Десять писем. Часть III. Письмо девятое

Страница: 1 из 2

Бернвиль 4 мая, 1959 г.

Драгоценная Кэт, можешь поздравить меня во многом! Приехал Боб, все улажено, все ясно. Праздновать свадьбу будем вместе с вами! Как здорово! Классно? Обдумай с Джоном, когда лучше.

Твое письмо я получила перед приездом Боба. Ты оказалась почти во всем права.

Он приехал вечером. Сперва мы как-то стеснялись друг друга, но потом после первого поцелуя... Ах, что за поцелуй!...

Боб устроился в отеле, но мне идти туда было не совсем удобно и невозможно.

Поздно вечером я повела Боба в мой укромный уголок в саду... Не знаю, как я дошла туда... Я так была возбуждена, что у меня колени подкашивались, и мне хотелось тут же, где угодно лечь... Я с трудом передвигала ноги и всей тяжестью своего тела опиралась на Боба.

Боб конечно понимал мое состояние и, ни слова не говоря, снял пиджак, положил меня на него и лег рядом со мной. Целуя, он осторожно и нежно поглаживал меня между бедрами, которые я раскрыла ему навстречу и, само собой, должен был заметить, что мои трусики были совсем мокрые. Когда он их снимал, я приподняла свой зад, чтобы помочь ему, а потом подняла ноги.

Все это я ожидала, но как бы тебе сказать, все произошло как-то неожиданно и не так как я думала.

Боб двигал мне «его» совсем не так, как Дик, а очень медленно плавно, без толчков. Его толстый член сначала придавил мои «губы», раздвинул их, уперся в чуть надорванную Диком пленку, нажал на нее... Я почувствовала боль и слегка толкнула Боба в грудь. Но его член неутомимо усиливал давление... И все сильнее... Я заерзала ногами от боли, забилась под ним, отталкивая его, но Боб крепко удержал меня под собой, вдавливая «его» все глубже, не раскрывая, а как-то больно, очень больно, мучительно растягивая «колечко» уже немного поврежденной пленки...

 — Пусти!... Пусти же!... — прошептала я, чувствуя, что больше не выдержу такой муки.

 — Ну потерпи...

Боб только сильно дышал и немилосердно давил, совершенно не двигаясь.

 — Не мучь!... Это же садизм!... — прошептала я, чувствуя, что мой живот, бедра и лоб покрываются потом от неимоверной боли до предела растянутой пленки.

Я вновь забилась под ним и, не знаю, может быть инстинктивно, но я с силой подняла свои ягодицы, чтобы оттолкнуть его... Но вдруг резкая боль заставила меня вздрогнуть и я, кажется, вскрикнула.

 — Тише! — зажал мне рот Боб рукой.

Резкая боль тотчас же утихла, и сменилось ощущением сильно расширенного толстым членом влагалища. Ощущение совокупления теперь было полным, удовлетворяющим. Его орган заполнил там всю меня. Я обняла Боба за шею и лежала неподвижно, слегка согнув колени.

 — Тебе приятно? — спросил он.

 — Да... — тихо ответила я.

Он делал сперва медленно, но сильно, а затем начал делать быстрее и ощущение сладости и, одновременно боли начала нарастать у меня довольно быстро.

Но очень скоро я почувствовала, что он кончает. Кончил он мне на живот.

И вот представь себе, Кэт! На это раз я не кончила! Я даже сама удивилась. Может быть оттого, что он не делал долго? У тебя не было так?

Боб вытер мне живот и между ногами, потом свой орган, лег и поцеловал меня.

 — Ты кончила? — спросил он.

 — Я не знаю, что это такое — ответила я.

Потом мы долго лежали на траве, и он подробно рассказывал мне о том, как кончают мужчины и женщины.

 — Я кончил тебе на живот... — сказал он после длинного и интересного своего объяснения.

 — Почему? — спросила я.

 — Потому, что ты еще маленькая, чтобы иметь ребенка, а если бы я спустил тебе туда... Мэг хочешь еще?

 — Боб милый у меня все болит там!

 — Ну хорошо, — сказал он, — поиграй немного пальчиком с ним.

Он взял мою руку и положил ее на свой член...

Я конечно стеснялась, неловко одергивала свою руку, но... он не отставал, а я едва могла совладеть с собой, чтоб не схватить его обеими руками... Долгая возня завершилась тем, что Боб второй раз кончил, но на этот раз мне в руку.

Ах, Кэт, если он доверился сделать тоже самое мне!

И вот только ночью лежа в спальне в постели, я сделала это одна... Вот видишь, Кэт, как все неожиданно произошло. Два дня мы ничего не делали с ним. Вчера я только мяла рукой его член, но недолго. Сегодня у нас опять встреча. Не знаю, кончу я под ним или нет. После тебе напишу.

Кэт, а почему твоя японка Ицида интересовалась моими письмами? Пожалуйста, не бросай их на столе, а прячь в шкатулку, как я твои. Ты ведь уже обещала мне хорошо хранить мои письма. Прошу тебя!

Вчера я отдала Элли переписанную мною тетрадь Ландаля «Побег», а она вручила мне его последние записки — «Мираж» и сказала, что это все и больше ничего нет. А потом она порылась в портфеле, перелистала одну небольшую тетрадку и сказала:

 — Да совсем забыла! Вот еще его записки «Поиски». Вот теперь все.

Я ничего не сказала, но дело вот в чем. Все, что я тебе сообщила, храниться у Элли в особом кожаном портфеле, там записки Ландаля и дневники самой Элли. И все сложено по порядку и даже проставлены номера.

Между прочим, все то, что я тебе рассказала из жизни самой Элли, буквально все записано у нее в дневниках, которые она мне и начала читать с первого же вечера.

Так вот. На этой тетрадке, которую я уже переписала для тебя, «побег», стоит цифра 6 и 8. А другую седьмую тетрадь, почему она мне ее не хочет дать? Спросить?

Лучше, я думаю так. Сегодня вечером Элли уезжает на два дня. Последнее время она вроде очень часто уезжает куда-то. Ну и я загляну в ее портфель... Ах, Кэт! Это очень нехорошо! Но безумно все интересно! И ты же сама требуешь, чтобы было все, и все без пропусков и поскорее..

Пока я буду с огромным интересом переписывать шестую, очень тоненькую тетрадку «Поиск», а завтра загляну... Я должна убедиться, неужели Элли от меня что-то таит? Это письмо я еще допишу тебе. А пока помни, что я о тебе всегда думаю.

Твоя Мэгг.

ПОИСКИ.

Впервые имя Динамит появилось в японских газетах после двух дерзких ограблений. В одном случае был ограблен ювелирный магазин, в другом — богатый биржевик-японец. Подробности были противоречивы и маловероятны. В одних газетах говорилось, что небольшая шайка грабителей совершала вооруженный налет на ювелирный магазин и похитила на несколько тысяч долларов ценностей. Когда примчалась полиция, грабители бросили несколько бомб, и, ранив двух полицейских, скрылись. Другие газеты утверждали, что когда двое неизвестных проникли в дом богатого биржевика, редкие прохожие услышали взрыв в этом доме и сообщили об этом в полицию. Прибывший полицейский отряд установил только то, что в горящем доме вскрыт сейф, а грабителей и след простыл. Только садовник соседнего дома утверждал, что он якобы видел двух подозрительных людей, прохаживающих незадолго до взрыва у дома биржевика. Все газеты, однако, сходились на том, что в обоих случаях в шайке была замечена женщина, причем, женщина необыкновенной красоты. Вскоре было зафиксировано еще несколько случаев ловких и дерзких ограблений, всегда сопровождающихся взрывами. При этом было точно установлено участие женщины необыкновенной красоты. Некоторые газеты указывали на странное совпадение такого рода: все подвергающиеся грабежам были так или иначе связаны с некоторыми сотрудниками полицейского отдела министерства внутренних дел. Падкие до сенсаций и броских заголовков репортеры поспешили назвать неизвестную женщину «Мисс Динамит». «Кто будет взорван мисс Динамит завтра?», «Полиция в панике», «Террористы из Москвы!», «Мисс Динамит грозит министерству внутренних дел!», «Кто следующий?»... Этими и подобными заголовками пестрели очередные выпуски газет. Появились даже фотографии никому неизвестных женщин, выдававшихся за «Мисс ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх