Десять писем. Часть IV. На распутье (дневник Элли)

Страница: 1 из 13

Калейдоскоп событий! И захватывают и страшат! Вчера вечером собралась, наконец, как следует отдохнуть и поразмыслить! Куда там! Пришел Рэд, нахмуренный, чем-то недовольный, расстроенный.

 — Поужинаем?

 — Нет потом. — Он тяжело опустился на кушетку, помолчал и добавил:

 — Только что видел француза.

 — Анри Ландаля?

 — Его, его.

 — Ну и что?

 — Что... что... Если не врет, то наши с тобой поиски выеденного яйца не стоят.

 — Но в чем дело?

 — Он имеет сведения, что документы Ришара не существуют. Он сам их сжег. Такие сведения имеет и «контора» Хаяси. И мы тоже. Ну, и вот. Столько протерпеть! Столько всяких неприятностей, страданий и, как ты говоришь, преступлений, и все в пустую!... Голову потеряешь! А может врет!... Нет не похоже. Он знает пароль — «Хиросима-33»... какие-то сведения есть у него. А вдруг документы у него в кармане? И он увезет их во Францию!... Рэд подпрыгнул на кушетке. — Фу, даже жарко стало. Неужели он мне морочит голову?

 — Надо еще раз все проверить и как можно тщательнее, — протестовала я.

 — Придется.

 — Я бы хотела сама с ним увидеться и поговорить. В госпитале он произвел на меня очень хорошее впечатление. Решительный, благородный такой...

 — Уж не влюбилась ли ты? Что-то он все допытывался о тебе...

 — Перестань! Кроме того, мне обязательно хочется найти человека с рассеченным подбородком. Ведь неспроста он мне оказал эту услугу. И даже два раза! Чем больше я думаю об этом...

 — Погоди-ка, расскажи мне подробнее о нем.

 — Да ты сам все знаешь! И гораздо больше, чем я. До сих пор, например, я совсем не понимаю, как тебе удалась вообще такая комбинация!

 — А... Ты права. Просто не было случая... В общем, я тебя искал. Долго, безнадежно, отчаянно.

 — Да, но ты сам тогда...

 — Верно!... Я уж тебе говорил, что чуть с ума не сошел, в бешенстве, катаясь в подвале «конторы по вербовке». Помню, что весь избитый, я только и думал, где же ты и что с тобой. Я узнал, что Хаяси не остановиться не перед чем. В его магнитофон не попал пароль — «мирных людей», но он твердо знал, что ты мне его сообщила. Вот он мне и обезобразил щеку каленым железом. Зато и сам получил, что следовало, когда мне удалось вырваться из рук, державших меня подручных. Не понимаю, как он выжил после такого удара! Живучи, как кошки эти японцы.

 — Есть сведения где он сейчас?

 — Пока нет... Так вот. Он сделал ошибочку с магнитофоном.

 — Какую?

 — Он предложил послушать ее моему боссу, хвастая, что он меня уже обезвредил.

 — Неужели?

 — Да, но кое-что из наших бесед, а именно то, о чем мы разговаривали громко, я докладывал боссу, знаю почти наверняка, что так или иначе, японцы могут нас подслушать. В этом искусстве пока их никто не обогнал. Ну а громко мы с тобой ничего особенного и не говорили. Но об этом я докладывал боссу, уверяя его, что кое-что я начинаю вытягивать из тебя.

 — Ну?

 — Что ж, босс разбил магнитофон, дал Хаяси по морде и приказал сию же минуту доставить ему меня, иначе он разнесет всю его контору. Хаяси должен был подчиниться. Я же поклялся боссу, что из-под земли вырою, но притащу ему бумаги инженера Ришара. Он создал мне все условия для работы. Даже устроил меня в японскую полицию, чтобы иметь повсюду доступ. Но ты исчезла бесследно.

 — Я сама не имела понятия, где я.

 — Конечно! А я искал, искал... Всю контору Хаяси перерыл.

 — А, что ты, как-то раз говорил мне о двойнике Хаяси.

 — О двойнике?... А... Это было в том подвале, когда я свалил Хаяси ударом на пол и когда меня опять схватили, мне показалось, что в дверях я увидел испуганное лицо... Хаяси! Я зажмурил глаза, думая, что у меня начались галлюцинации, а когда вновь открыл их, в дверях уже никого не было, а побитого Хаяси бережно поднимали с пола его подручные. Я теперь уверен, что мне все это померещилось тогда.

 — Странно об этом мне когда-то говорила и Мария. Вернее проговорилась. Да, а как же ты Марию встретил?

 — Совершенно случайно, и очень обрадовался ей.

 — Еще бы!

 — Да нет, совсем не то! Я думал, что только через нее я могу узнать где ты. Она ведь агент Хаяси. Кому же как не ей знать все! Искал я ее так же очень долго. Как в воду канула. Два месяца о ней ни слуху ни духу! С ума можно было сойти — никого и ничего!

 — А куда же она девалась?

 — Так вот послушай! Встретил я ее на бульваре с каким-то французом. Свалилась она откуда-то как снег на голову. Ну, ты знаешь, что она тоже работала над тем же, что и мы с тобой, только с другого конца. Я стал выслеживать их и уже через пару дней узнал, что француз тоже ищет бумаги Ришара, имеет кой-какие сведения, а Мария обхаживала его. А еще через несколько дней я выяснил, что Мария была во Франции по заданию Хаяси с документами на имя Марсель и, что там же наши перехватили ее и она работает на нас тайно...

 — Неужели это правда?

 — А черт ее знает! Факт, что она числится тайным агентом нашей разведки, но она и с немцами какую-то связь имела... Но дело не в этом. Я удвоил наблюдение за ней и французом, надеясь напасть и на твой след. Без тебя я как без рук. Ришар твой отец — тебе и карты в руки.

 — Ну попал ты в кафе...

 — Вот, вот. Я нащупал предполагавшееся свидание этого француза с кем-то в кафе. Ты знаешь, чем оно кончилось? Оказалось, что на свидание должен был прийти Хаяси. Он и пришел, но так что француз оказался ранен, а Мария арестована. А Хаяси заметил меня и поспешил скрыться. Да тогда и сделать с ним нельзя было ничего. Он был в стороне. Действовала полиция. Но тут мне подвернулся юнец американец. Мне удалось его так обработать, что он сказал комиссару полиции то, что я от него требовал. И Марию после некоторых формальностей выпустили. Даже не понадобился телефонный звонок одного из наших боссов, которому было подчинена Мария. На крайний случай я мог бы и этим воспользоваться. Вот так.

 — А дальше.

 — Что ж я увез ее к себе. Признаю, я уверен был, что она знает, где и ты и...

 — Не забыл, что у нее клитор большой, — я вставила... — Без предисловий, ты имел ее?!

 — Гм... Как тебе сказать... Не в этом дело, Элли!

 — Я не ревную, но хотела бы все знать. А то, что ты ее хотел, я заметила еще тогда, когда ты ее бил в моей комнате. Помнишь! У Хаяси!

 — Хорошо! Я употреблял ее. Но не думай, что я влюбился. Даже во время совокупления я думал о тебе. Хочешь верь, хочешь нет! Ты ведь единственная, которую я полюбил так крепко!

 — Но и ты с ней спускал?

 — Ты ничего не смыслишь! Я употреблял ее как жеребец кобылу. Задует он ей вот такой... — Рэд согнул правую руку в локте и помахал ею, — спустит, слезет с нее и тут же забудет о ней. Ни какой привязанности, симпатии. Понимаешь?

 — Да... Но у тебя он тоже не меньше, чем у жеребца, — сказала я, поглаживая «его» поверх брюк.

 — Надеюсь, что ты меня любишь не только за это?

 — Спрашиваешь! Но и... за это тоже. Но ты, пожалуйста, продолжай, я слушаю.

 — Хорошо, а ты гладь... Приятно... Я уже несколько дней хочу... Сегодня я буду ночевать у тебя. Как ты?

 — Конечно!... Но продолжай.

 — Так вот. Я избил эту Марию-Марсель-Секс-вамп, ласкал, вновь избивал, но никакого толку. Побои только возбуждали ее,...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх