Долли. Лирика о моей суке

Страница: 1 из 2

Я долго думал, с чего начать бесхитростную историю о моей Долли. Но, поскольку Долли моя рабыня, моя собственность, начну с того, что представлюсь сам. Господа, я мразь. Говорю это без тени садомазохистского самолюбования, просто хочу сказать, что в этой истории решил быть откровенен до конца. Это история о моей девочке, и я играю в ней не лучшую роль. Вам бы и в голову не пришло, столкнись мы по работе, на банкете или, скажем, на презентации, даже подумать обо мне так. Если вы женщина, я завлек бы вас обаянием галантной нахальности. Если вы мужчина, вы бы назвали меня «дружище» после какого-нибудь разговора по душам. Все дело в том, что я «свой» в любой компании; тот, кого, поговорив всего каких-нибудь полчаса, дружески хлопаешь по плечу, увидев всего-то в первый раз. Это потому, что я, как и большинство из вас, ношу маску.

Но довольно предисловий, я хотел бы рассказать вам о своей девочке. Вернее, о том случае, когда я понял, что я мразь, а она шлюха. И, если вас не коробит от стиля моего изложения, я приступлю.

Я никогда не был обделен женским вниманием, но однажды решил покончить с холостяцкой жизнью. Хотя я и не склонен к моногамии, и от самого выражения «добропорядочная семья» меня порядком подташнивает, однако во многих отношениях иметь жену приятно и полезно. По крайней мере, я так считал на тот момент. Впрочем, здесь я мало чем отличаюсь от большинства.

Подходящую кандидатуру я искал долго, где-то полгода, точно не помню. Пока не обратил внимание на молоденькую сотрудницу из соседнего отдела. Красотой она не блистала, просто симпатичная скромница. Однако было в ней что-то, что меня, признаться, зацепило: это был ее взгляд. Просто-таки сама непорочность. Про себя я прозвал ее «овечка Долли». Позволю себе здесь и дальше называть ее этим именем. В общем, я думаю, вы поняли, что я имею в виду. Та, для которой я стал бы Богом, Всем, которая будет верной, преданной, любящей сучкой.

Избавив вас от излишних подробностей периода ухаживания и встреч, я начну с момента, когда Долли уже поселилась у меня. Я взял ее к себе спустя пару месяцев после первой встречи. Расписываться, правда, я не спешил, и это бы единственный пункт, по которому моя сожительница первое время устраивала сцены плача. Впрочем, я ничего не имею против женских слез, скорее наоборот. Я бы сказал, для женщины слезы — лучшее украшение. По крайней мере, в моих глазах.

Моя овечка выделялась на общем фоне истеричных особ, громко сморкающихся в платок с воплями «ты меня бросил» (как будто я что-то обещал) или «дай денег на аборт, иначе покончу с собой» (как будто я виноват в том, что они не предохранялись как следует). Нет, моя Долли плакала молча, слезы текли по ее бледным щекам, и это было так трогательно, что хотелось доводить ее до слез как можно чаще.

В общем, моя овца во всем нравилась мне, кроме двух вещей. Во-1, в постели она была зажата и, я бы сказал, весьма консервативна. Во-2, уж слишком она была овцой. Ты ее и так, и эдак, а она овца овцой. Или как грустная собачонка. Иной раз ударишь ее, оскорбишь, унизишь чисто из любопытства: умеет ли она кричать? Оказалось, умеет. Визжать. Если руки выкручивать посильнее.

Первую ночь я пытался раскрыть в ней шлюху, но что-то девочке мешало, несмотря на собачье обожание в глазах. Видимо, виной тому пуританское воспитание. Что ж, решил я, шлюх полно и без нее, а вот для роли жены моя овца идеальна.

Чуть не упустил из виду еще одно обстоятельство, не устраивавшее меня: работу Долли. Во-1, занятость моей сучки отрицательно сказывалось на ведении домашнего хозяйства. Я так считаю, функция жены — заниматься бытом. Здесь я полностью за наследие патриархата. Во-2, после работы, особенно в удачный для Долли день, она была не такой уж овцой, а ее независимость или, не дай бог, карьера не входила в мои планы насчет моей бесплатной прислуги. И, в-3, для меня было бы проблематично отказывать себе в удовольствии лишний раз въе... ть своей овце в глаз. Потому как идеал женщины для меня — это шлюха и б... дь, правда, с оговоркой — исключительно для моего личного пользования. И если в постели Долли до шлюхи было далеко, зато ее кроткое лицо с подбитым глазом возбуждало меня не меньше, чем секс с развратной девкой.

Впрочем, проблема разрешилась сама собой: пришел домой — на стол не накрыто — въе... л в глаз — уехал до утра — утром увидел заплаканную спящую с подбитым глазом б... дечку. (После того дня о работе не было и речи). И изнасиловал ее в попу. О, наконец-то я услышал, как кричит моя сука.

Вы спросите, отчего она не сбежала сразу? Милые дети. Все женщины — потенциальные садомазохистки, и либо мы оскорбляем, муштруем, подчиняем их — либо они держат нас под каблуком и садятся на шею, свесив ножки, периодически наставляя рога. Не знаю кто как, а я лично себя к разряду клоунов не отношу.

Первые дни нашей «семейной» жизни я не счел за труд посвятить обучению своей рабыни (если уж называть вещи своими именами). В обязанности жены входило: чистить мне ботинки, обувать-разувать меня, массировать мне ступни руками и языком, готовить, подавать и прочее, что делала бы практически любая женщина, если не хочет быть покинутой. В качестве наказания я либо банально п... дил свою овцу, либо применял обычное в таком деле средство при воспитании жены — ремень. П... дить жену лучше закрывшись с ней в туалете или в ванной, откуда ей сложнее убежать, а во избежание вызова соседями милиции после нанесения удара полезно сразу же закрыть ей пасть рукой, пускай мычит себе и своему супругу/сожителю на радость.

Что касается техники нанесения ударов, то она зависела от того, со следами или без. Если мне хотелось видеть свою овцу беззащитной б... дью, то лучше, конечно, въе... ть по лицу, по возможности не задев нос. Можно также оставить следы на груди, попе, руках и ногах. Если же следы нежелательны — легкое придушивание, несильные удары по почкам, по п... де, заламывание конечностей или пальцев рук/ног. Стоит, к примеру, слегка заломить руку за спину — и перед вами сука, покорная и готовая на все, лишь бы вы этого не повторяли.

Но, разумеется, п... дил я свою овцу не каждый день, а при либо сильном желании, либо особо плохом настроении, либо в качестве наказания, а то и просто так, для профилактики и поднятия своего тонуса. Чтобы сучка не визжала слишком громко,

я ставил порнуху на полную громкость. Пусть соседи себе думают, что мы дико любим друг друга. Может, и их вдохновило как-нибудь сменить позу миссионера на что-нибудь более продвинутое.

Однако, через месяц-два, просто п... дить свою женушку мне приелось. Хотелось чего-то... более острого, что ли. Тогда я прибегал к различным шалостям. К примеру, во время мытья пола моей рабыней выплескивал ведро воды на пол. Пока она орудовала тряпкой, усаживался поудобнее и, похрустывая сочным яблоком, время от времени бросал ей в голову тапок или огрызок. Тапок сучка должна была принести на четвереньках в зубах, а огрызок доесть за мной. Также забавно было пнуть ее, когда она меньше всего ожидает этого.

Да, пожалуй, самым приятным развлечением для меня было унизить или причинить боль внезапно, когда моя бедная овечка меньше всего ожидала. К примеру, неделя полнейшей идиллии. Она щебечет по телефону с подружкой, и вдруг получает плевок в лицо. Вы скажете — а-а, ну это детский сад. Однако, осмелюсь утверждать, важно не столько то, ЧТО ты делаешь, а КАК, и какова при этом ответная реакция. Вот врезалась в память картинка: она на секунду замирает и, вытирая с нежного лица слюну, становится снова моей овечкой Долли. Или она у меня на коленях, ласкает меня, целует, я нежен с ней как никогда — и вот, влепив ей оплеуху, я сталкиваю ее к моим ногам и расстегиваю ширинку. Или: она встречает с работы — а я с хорошенькой сотрудницей. Приказываю помочь раздеться гостье, принести чай к нам в комнату и оставить наедине, поскольку у нас «деловой разговор»....

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх