Лето 2. Рассказ Маринки

Страница: 2 из 4

в ад... все будут меня унижать, у меня не будет подруг, и не дай бог узнает об этом Костя. Но отступать было поздно и я, насильно ворочая протестующим языком, прошептала...

 — Я ёбанная блядь.

А ведь я тогда была ещё целочкой, даже ни разу не целовалась с мальчиками, даже с Костей — он почему-то не решался, а я всегда была стеснительной особой.

 — Громче!!! Кто ты ещё??? — упивалась местью Вика.

 — Я — хуесоска, грязная шлюха, дешёвая шалава, — уже громко сказала я, наплевав на гордость, чувство собственного достоинства и стыд.

 — Молодец... — сказала Вика, гладя меня по голове, что было ещё унизительней, чем когда она меня избивала. — Теперь мы тебя будем называть не Мариной, а... — почти было слышно, как скрипят от перегрузки шестерёнки её мозгов, и тут кто-то из девчонок предложил — «Маша».

А Таня тут же подхватила:

 — Да! Машка... Машка-какашка, — издевательски хохоча.

Вике понравилось это имя, и с тех пор все меня называют именно так.

 — Теперь мы установим для тебя правила, которые ты должна неукоснительно выполнять, иначе тебя ждёт наказание, поняла, блядь? — сказала мне Вика.

 — Да, госпожа... — покорно опустив голову, ответила я.

 — Во-первых, — продолжала Вика, — тебе запрещено носить нижнее бельё, во-вторых тебе не разрешено пить, жрать, срать или ссать и тем более дрочить без нашего разрешения. Кстати, ты обычно часто дрочишь?

 — Я это не делаю... — покраснев, соврала я.

 — Не пизди, — спокойно отреагировала моя мучительница. — По глазам вижу, что теребишь клитор. Да, в-третьих, тебе запрещено врать, а любые приказы ты должна исполнять беспрекословно, поняла, сучка?

 — Да, моя госпожа, — смиренно ответила я. — Вы праву, я дрочу, простите, что соврала.

 — Это хорошо... — сказала, хитро улыбнувшись госпожа, — а теперь раздевайся.

Я несколько секунд стояла, замерев, не веря, что это говорят мне, потом стала с неохотой и дрожью в коленках стягивать с себя через голову кофточку, аккуратно сложив её на своей кровати принялась расстёгивать пуговицы на юбке.

 — Быстрее, паскуда, — вошла во вкус Таня, — нам некогда весь день на твои тряпки любоваться!

Я заторопилась и вскоре осталась в одном нижнем белье, уставившись в недоумении на моих мучительниц.

 — Всё снимай, потаскуха, неужели не ясно?! — повысила голос Вика. — За свою нерасторопность ты заслужила своё первое наказание... Таня принеси верёвку.

Я стояла совершенно голая перед толпой девчонок, одной рукой прикрывая лобок, а другой безуспешно пытаясь закрыть большую не по возрасту грудь, которой я и без того стеснялась.

 — Тебе кто-то разрешал прикрываться???! — возмутилась Вика. Ишь какая стыдливая хуесоска! Поздравляю, заслужила уже второе наказание!

Тем временем вернулась Таня и Вика приказала ей связать мне руки за спиной, что та с удовольствием сделала. Я почему-то подумала, что Таня куда больше рабыня чем я хотя бы потому, что стала ей добровольно. Хотя возможно я просто утешала себя.

Вика тоже не надолго отлучилась и вернулась с горстью бельевых прищепок, две из которых прицепила мне к соскам, которые тут же пронзила острая боль, хуже которой было только ожидание того, когда прищепка коснётся моей нежной, незащищённой, не знавшей мужской ласки груди.

 — Неплохо... — протянула, задумавшись, Вика. — Итак, бабоньки, какое бы нам придумать для неё поручение?

 — Пусть полы вымоет, — пробубнила Люда, которая согласно графику дежурства, должна была сегодня выполнять эту обязанность.

 — Стерва! — вырвалось у меня.

В ответ Вика отвесила мне оплеуху и сказала:

 — Видимо по хорошему ты не понимаешь... Принесите сюда швабру!

Таня тут же принесла, не то желая угодить госпоже, не то от нетерпения увидеть шоу.

 — Значит руками работать не умеешь, — прошипела Вика, — только пиздой привыкла пахать! Ну поработай, поработай.

С этими словами меня опрокинули на кровать и стали раздвигать ноги, явно намереваясь вставить туда швабру.

 — Простите меня пожалуйста!!! — зарыдала я. — Пожалуйста, не надо, ведь я ещё девочка! Обещаю вести себя хорошо, всё сделаю, что не прикажете, если хотите — бейте, только не лишайте меня невинности, умоляюююю!!!

Вика опустила швабру:

 — Правда что ли целка? — искренне удивилась она — проверим...

Я решила не противиться и расслабила ножки, после минутной унизительной процедуры Вика вытащила свой нос из моей щёлочки и расхохоталась:

 — И вправду целка! Что не ебёт никто такую уродину как ты, да?!

 — Нет, госпожа, — потупилась я. — Оставьте мне девственность, пожалуйста, госпожа, — взмолилась я.

 — Ладно, не заслужила конечно, но прощу на первый раз... — говорит Вика. — Но пол ты вымыть должна. Выбирай — языком или в жопу вставим тебе швабру?

Все девчонки зло заулыбались, я была окончательно опущена необходимостью самой выбирать своё унижение, но мне показалось, что лизать языком уж очень негигиенично, да и намного дольше.

 — Вставьте в попу... — прошептала я.

 — Что? — издевалась Таня.

 — Вставьте, пожалуйста, мне в попу швабру, — сказала уже погромче я.

 — Это у тебя попа то?! — ржали девчонки.

 — Вставьте в мою задницу швабру, умоляю! — уже перекрикивала их смех я, обливаясь слезами.

 — Ладно, уговорила, — отходя от смеха выдавила из себя Вика, — но предупреждаю — если пикнешь — выебу шваброй в пизду, поняла, говноедка?

 — Да госпожа! — изображала радость я, — спасибо госпожа, Вы такая добрая!

 — Если пёрнешь — тоже!!! — сострил кто-то, все разумеется заржали.

Вскоре я пожалела о своём выборе. Я поняла, что приём у зубного — просто наслаждение по сравнению с этим. Боль была не просто сильной, она была чудовищной, но девственность была важнее, я берегла её для своего будущего мужа и готова была на всё, что бы сохранить её до свадьбы, поэтому я закусила клыками губы, из которых вскоре заструилась кровь.

Толстая рукоятка швабры беспощадно таранила мой нежный девственный анус без всякой смазки, казалось, это никогда не кончится, сквозь мои губы стало проникать мычание.

 — Тихо, падла, тихо, — глумилась Таня, — ты же обещала молчать! А не то целку порвём. Этой же шваброй.

Я зажмурилась и подавила звук, а в это время швабра упёрлась в стенку толстой кишки.

 — Крепко сидит? — спросила Люда.

 — Попробуй вырвать! — усмехнулась Вика.

Люда несильно дёрнула швабру назад, но я изо всех сил сжала ягодицы, чтобы этот процесс не дай бог не повторился. Все рассмеялись — ещё бы, а Вас оставило ли равнодушным такое зрелище... юная абсолютно голая девушка, которая кряхтит при попытки достать швабру из её ануса, словно собака, не желающая отдавать палку.

 — Ну что приступай, — ухмыльнулась Вика.

Не буду пересказывать, как я наматывала со связанными за спиной руками на швабру тряпку. Но возить по полу шваброй, торчащей из попы больно. Очень больно. Я даже забыла, насколько унизительно это выглядит. Меня «подбадривали» бывшие подружки...

 — Не халтурь!

 — Тут пятно пропустила, шваль!

 — Быстрее работай, что телепаешься!

Казалось, это длилось вечность. Потом Таня одолжила у одной из девушек ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх