Счастье Единения

Страница: 2 из 3

что у тебя затмевает разум, и ты видишь во мне красавицу. И я очень благодарна тебе. Своей любовью ты вернул меня к жизни, когда я уже потеряла надежду быть любимой. За это я полюбила именно тебя. Всё происходило, как в кино: вечер, мы одни, признание в любви с использованием красивых и незаготовленных фраз: Так мне впервые призналась в любви девушка.

Затем был наш первый поцелуй. По мере того, как Оля признавалась мне в любви, наши лица оказывались всё ближе и ближе друг к другу. Когда она договорила, было уже глупо что-то менять. Никто из нас никак не мог решиться, и мы застыли в этой позе секунд на десять. Невероятные десять секунд! Тот, кто никогда не ждал первого поцелуя у самых губ девушки, не способен понять мои ощущения в тот момент. Мы преодолели страх одновременно, и, как только я поборол себя, решил взять инициативу в свои руки и двинул голову навстречу девушке, Оля подалась вперёд, и наши губы встретились. Десять секунд ожидания, казавшиеся вечностью, оказались лишь песчинкой в песочных часах по сравнению с этим поцелуем. Я не знаю, сколько минуло времени, когда мы разъединили губы — мне показалось, что прошла целая вечность — лучшая вечность в моей жизни! Даже сейчас, по прошествии шести с половиной лет, я помню каждый миг этого события. Минуты делились на секунды, секунды — на мгновения, мгновения — на осознания прелести бытия. Мы бы так и сидели, застыв над столом и соединив губы, но звук дверного звонка мгновенно отрезвил нас, подействовав как ушат ледяной воды. Мы вскочили, раскрасневшиеся и взволнованные.

 — Спрячься у меня в комнате. Я сейчас что-нибудь придумаю, — прошептала мне Оля, бросившись открывать дверь.

 — Только убери вторую чашку со стола, — вдруг догадался я.

Оля рассеянно кивнула и побежала открывать. Я, не теряя времени даром, кинулся в её комнату, стараясь особенно не шуметь.

И тут я подумал, что про чашки-то я вспомнил, а спросить, какая комната олина, не догадался. Я и в доме-то у неё был впервые. Но по счастливой случайности я попал именно туда, куда было нужно. В это время хлопнула закрываемая дверь. Я не особо разбирал, о чём оля говорила с вошедшим человеком, но хорошо услышал, как Оля сказала, нарочно чуть не выкрикивая слова:

 — Хорошо, я сейчас вынесу мусор. Секунду, только оденусь. Дверь её комнаты открылась, и я услышал бормотание её отца:

 — На улице апрель. Могла бы и так выйти.

Но по-видимому у него были более важные дела, чем следить за тем, вынесет ли его дочь мусор. Тем временем, Оля уже зашла в комнату и, тяжело дыша, произнесла:

 — Видишь, всё просто! Сейчас выйдем.

 — А ты и в самом деле собралась переодеваться? — с улыбкой подковырнул я.

 — Раз сказала — значит придётся, — решительно сказала Оля. — Только ты отвернёшься!

 — И даже очки сниму, если ты хочешь, — притворно надувшись, я повернулся к ней спиной, снимая очки и прикладывая к ним чёрный носовой платок. Эффект получился потрясающий. За счёт сразу же ухудшившегося зрения я почти перестал понимать что-либо вокруг, но зато прекрасно видел отражение переодевающейся девушки в затемнённых очках. Отсутствие секса в последние два месяца моей жизни давало о себе знать, и я не удержался, продолжая смотреть и, когда Оля сняла футболку, и, когда она сняла брюки. И лишь когда на ней оказались другая футболка и джинсы, я подавил естественные желания плоти, ещё не успевшие окончательно затмить мне разум, и спрятал платок в карман.

 — Всё, я готова. Так, сейчас я выйду, открою дверь, и, по моему знаку, ты выбежишь из квартиры. Я выйду сразу за тобой.

 — Искренне надеюсь, — пробормотал я, — что твой отец нас не заметит.

Но всё прошло, как по маслу. Я вышел, вслед за мной — Оля с пакетом мусора в руках, который я, невзирая на протесты, перехватил.

 — Оля, Ария через месяц, тебе не стоит таскать такую тяжесть! — попытался пошутить я. Как будто это ей придётся два часа держать на своей шее девушку, впадающую в эйфорию рок-н-ролла! Но я не жалуюсь, наоборот: Оля — девушка очень и очень занятая, поэтому каждая возможность увидеться с ней после уроков — это настоящий праздник. И каждый такой праздник выпадает на рок-концерты, куда мы ходим вместе уже не один месяц. Оля поняла шутку и улыбнулась. Господи! Спасибо тебе за то, что у меня есть возможность наслаждаться самой прекрасной улыбкой на свете.

Я выкинул мусор. Пора было прощаться.

 — Оля, — начал я, вновь чувствуя нерешительность, — мы: целовались?!

 — Да, мы целовались. Увидимся завтра, пока! Оля привычно подняла руку в знак прощания, но я не ответил, как это делал раньше. Вместо этого я сделал шаг по направлению к ней, так, что мы теперь стояли почти вплотную.

 — Оля, я люблю тебя.

 — И я тоже тебя люблю.

Этих слов я ждал всю свою жизнь.

Это было пять лет назад. Мы с Олей уже сдали экзамены и теперь проводили дни в праздном безделье, ожидая результатов. Нет, всё-таки мы не совсем бездельничали — мы вплотную занимались музыкальным творчеством. Научившись профессионально играть на электрогитаре и познакомившись с отличным барабанщиком Сергеем Левым, я смог поставить олины стихи на музыку. Мы с Сергеем отлично сыгрались вместе, и сотворили, не побоюсь этого громкого слова, шедевры тяжёлого рока. Правда, заслуга здесь не столько наша, сколько олина. Без её стихов мы бы ничего не смогли сделать. Кроме того, она подыгрывает нам в некоторых песнях на синтезаторе. Так течёт наша дневная жизнь — беззаботная и приятная жизнь. А по вечерам, когда регулярно приходящие друзья разбегались по домам и мы оставались вдвоём, наступало прекрасное время. Время нашей любви. Мы регулярно уезжали за город: садились в десятичасовой автобус, и уже к полуночи были на месте, километрах в ста от Питера. У нас было несколько излюбленных холмов во всех направлениях от Санкт-Петербурга, на которых был отличный вид, но на которых росло достаточно деревьев, чтобы закрыть нашу палатку от пронизывающих ветров, бушующих на склонах холма. Не то чтобы в палатке было холодно, но и особенно жарко там тоже не было, поэтому мы, укутавшись в тёплые спальники, прижимались друг к другу и согревались нашим общим теплом. Не подумайте ничего плохого, у нас до сих пор не было секса, и это уже начинало меня серьёзно беспокоить.

Дикие позывы плоти порой доводили меня до умопомрачения, и желание слиться со своей любимой девушкой не только душой, но и телом, жгло меня изнутри. Духовного единения я и Оля достигли давно. Я на удивление легко смог примириться с её верой в Бога. Более того, я стал абсолютно терпимым к любой религии и даже стал соблюдать православные посты вместе с Олей. Я не могу объяснить этот феномен, но я получаю удовольствие, разделяя с любимой девушкой неудобства поста. Но кое-что изменилось за этот год: я перестал обращаться к Богу. До того, как Оля призналась, что любит меня, я каждый вечер взывал к небесным силам с мольбой свести меня и Олю вместе. А когда это произошло, я, по-видимому, лишился цели своих молитв. Похоже, Бог всё-таки услышал меня.

В тот раз я вывез Олю в Токсово. Там есть очень красивое озеро, на одном из берегов которого можно укрыться так, что тебя не видно. Вдоволь накупавшись, мы легли на полотенца, расстеленные на траве. Ещё было только пять часов, но в мае в этом месте ещё нет дачников, и мы оказались совсем одни. Я повернул голову и увидел олино юное тело, прикрытое лишь купальником. Неожиданно меня как будто что-то ударило в голову, и я потерял разум. Чувства и желания победили скромность и стыдливость к Оле. Я приподнялся на локтях, и, глядя прямо в олины удивлённые глаза, наклонился и поцеловал её. Оля ответила на поцелуй, ия начал медленно брать ситуацию под свой полный контроль. Я ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх