ПЬЕДЕСТАЛ. Вектор 6

Страница: 6 из 7

нельзя, за рулём.

Я иду к мангалу, останавливаюсь у открытой двери трейлера. Там, Леди на столике свернула Элли за волосы в дугу и трахает её то в перед, то в зад, стегая плёткой. Во рту у рабыни — роторасширитель. Обе уже взмокли от сеанса. Я приношу шашлык, разливаю вино, мы продолжаем лениво общаться. На деревья уже ложатся тени, приближается вечер. Из трейлера вываливаются Леди и Элли, рабыня под мощными пинками на четвереньках забивается головой в кусты, последние удары плётки по отставленному заду. Леди отвязывает раба, он падает в траву, она подходит к нашему столику мокрая, горячая и уставшая.

 — У, гадина! Все соки из меня высосала! Рука уже отнялась!

 — Тренироваться надо! Сходи в тренажерный зал... или смени девайс на более жесткий с косточковыми или металлическими вставками.

 — Ваше Величество, это невозможно, как я куда-нибудь уйду, они трахаются как заведенные. Порю до крови, до мяса, всё равно как кролики...

 — Конечно, ты права, им нельзя без разрешения...

 — Как-нибудь застану — убью обоих! А вот и наш лапочка проснулся!

Из машины появляется здоровенный серебристо-серый мастино, разминая лапы после сна, подходит к Леди, виляя задом. Мы гладим собаку, брыли раздуваются от довольства, Леди его кормит.

 — Долго гулять ему нельзя, клещей нахватает. — Сообщает Гингема. — Вот — единственный из моих, кого люблю и не бью. А эти твари пусть хоть посдыхают — не жалко! Марш в речку оба, мыться и потрахайтесь там, может, хоть утонете...

Урфин с Элли уходят к реке.

 — Элли, ко мне! — Кричит в след Леди. — Совсем забыла...

Рабыня шустро возвращается. Не доходя двух шагов до Леди, падает на колени с раскрытым ртом. Леди, не спеша, пристраивается к её рту, возит руками в промежности и порциями мочится в Элли. Закончив, дает ей пощёчину и отправляет к реке. Такие у них порядки. Мы снова обсуждаем красавца-пса. Леди самозабвенно описывает его собачьи и сексуальные достоинства. Он, оказывается, трахает всех, во все дыры, в том числе и Леди, сперма — стаканами, ухаживают за ним рабы. Так проходит около часа. Леди отдохнула и приказывает отмывшейся Элли, которая с невинным видом, стоит перед ней на коленях, привязать к дереву Урфина и приготовить какой-то восточный столик. Урфин заметно нервничает, но приказ есть приказ.

 — У Элли специальные китайские тончайшие и очень крепкие иглы из серебра вольфрамовым стержнем. Прокалывают всё, не повреждая сосуды, только электрическая боль по нервным точкам, что она только ими не прокалывала. Сейчас увидите. — Гордо заявляет Леди.

Я не очень люблю зрелища как фильмах, типа «Шокирующая Азия», где всё протыкается, кожа лопается, кровища, вывороченные суставы и т. д., но не посмотреть — обидишь Леди, а она явно хочет нас поразить.

Умытая и причесанная Элли с детской улыбкой розовыми пальчиками копошится в биксе на столике рядом с привязанным рабом. Длинными иглами крест на крест прокалывает Урфину соски, потом всаживает иглу в кончик языка. Крови нет. Но раб стонет и дёргается, садистка поглаживает его и даже подрачивает и целует головку члена. Снова иголки в мышцы груди, потом зубатые прищепки на оттянутые иглами соски, грузики, колёсико с иголками по головке и стволу члена. Вопли и стоны истязаемого. Облизывание головки и по мокрому — снова иголки, колёсико. Вой, плач.

Головка члена последовательно усеивается крошечными иглами, в канал вводится микроёршик и бужируется просвет. Урфин бледный, судорожно вцепился в ствол дерева, боясь пошевелиться. Элли лижет и сосет ему яйца, и при этом длиннющими иглами медленно под углом через мошонку прокалывает их, размякших от сосания, насквозь по одному, но этого мало и две иглы прокалывают оба яйца сразу как шампур. Крови — ни капельки!

 — Хотите увидеть её коронный номер? — Шепотом спрашивает Леди, неотрывно следящая за рабами. — Прокалывание тончайшей длинной иглой глазного яблока насквозь. Водится игла с наружи и кончик выходит у переносицы! Последствий — никаких, даже зрение улучшается. Раб — в шоке, он знает, что если моргнёт — глаз вытечет на землю! А Элли ему еще и минет при этом делает, а он глаза таращит от страха моргнуть!

Я не хочу видеть этого ужаса. Но меня опережает Госпожа:

 — Такой прекрасный день, хочется любви, музыки и цветов, а не хочется кровавых глазниц. Как-нибудь в другой раз!

 — Слушаюсь, Ваше Величество. Элли, падла, кончай его на хрен...

Элли молниеносными движениями выдёргивает иглы, отрывает с мясом прищепки и, упав на колени, языком с двухшаровым пирсингом облизывает Урфину головку члена, затем, продолжая лизать, одной рукой катает колёсико с шипами по верху члена, второй — отдирает вниз его уздечку за висящий на ней пирсинг. Урфин, дико вытаращив глаза, по-звериному рычит и в рот Элли летит сноп спермы. Жуткий, животный минет, но как в бешеном оргазме дёргается тело Урфина! Конечно, испытав такое, он будет просить его снова и снова. Страдать, но просить! Урфин отвязан, тяжело дышит, пьет воду. Вид у него ошалевший и очень довольный. Элли невинно и беззаботно укладывает по коробочкам свои китайские причиндалы. Как будто она маленькая девочка и сейчас пойдёт собирать полевые цветочки...

Я, по предложению Леди, иду осмотреть содержимое её трейлера. Внутри — комната пыток. Длинные никелированные трубы у потолка, крючья, шипы, веревки, кольца, плётки, карабины, всякая садистская оргтехника. Клетка для раба с мягким сиденьем для госпожи, трон с подножьем для поклонения, прозрачный стульчак для туалетных игр. Всё, как говорит Леди, фирменное или с любовью сделано Урфином и Элли.

 — Хочешь — поиграем?

 — Ты опять за своё? — Смеюсь я.

 — Что ты, я до сих пор в глаза Королеве взглянуть не решаюсь. Всегда ею восхищалась, а после того случая — я её боготворю. Тебя выгонит, я к ней в туалетные рабыни пойду, на брюхе поползу, если пальцем поманит! Она для меня — Солнце незакатное! Подохну за неё! В жизни никого так не любила!!! Слушай, а она правда забыла про то... ? Хоть бы забыла!

 — Госпожа — Великая Женщина, но упаси тебя попробовать...

 — Даже и не думаю, как отрезало... Ко мне ведь никто, так как она, в жизни не относился. Стерва — я потому, что.

Мы обсуждаем убранство трейлера.

 — Слушай, приспичило, пойду-ка с Урфином прогуляюсь.

 — Ваше Величество. — Обращается Леди к Госпоже, когда мы возвращаемся. — Я прогуляюсь с рабом, по-большому.

 — Что ты меня спрашиваешь? Сама себе — хозяйка!

 — А Ваш раб хочет красивое копро посмотреть, с Урфином это классно! И пасть, и косичка в ход идут!

 — Нет. — Отвечаю я.

 — Понятно, копро из любимой попки всегда слаще? — Игриво спрашивает меня Леди.

 — Я не попку и не копро, я — Госпожу мою люблю, а для неё — всё!!!

 — Поняла? — Довольная моим ответом улыбается Госпожа. — Иди, а то, как бы чего не вышло!

 — Элли, сучка, пока я хожу, сделай Гудвину очень нежный минетик. Пусть он мне только тявкнет, что плохо выполнила!

Леди, заливаясь от хохота, хватает за косу Урфина и он на четвереньках семенит за ней в лесок, подальше.

Госпожа встает, и мы снова идём к реке. Элли устраивается под брюхом Гудвина. Собака вальяжно лежит на боку, отведя вверх заднюю ногу, собачьи глаза смотрят в небо. Интересно о чём он при этом думает?

 — Очень хочется посмотреть нашу плёнку. Думал такое только в кино бывает.

 — А мы чем не кино? Сценарий — вечная тема любви. Режиссер-гений и исполнители с талантом. Вот такое кино! Если ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх