Валерка и другие (поэма №2)

Страница: 1 из 19

часть первая

НЕ ПЛАЧЬ, ДЕВЧОНКА...

Уходил служить Валерка — провожала вся родня...

и девчонка его — Верка, и соседи, и друзья

парня тоже провожали, — ели-пили за столом...

«Все мы в армии мужали, — старый дедушка Пахом,

опрокидывая стопку, улыбался. — Не боись!»

И, поддев огурчик ловко, дед рассказывал «про жись»...

Друг Колян «про дедовщину» без утайки говорил

и, как опытный мужчина, безопасности учил

захмелевшего Валерку, — ужасалась тихо мать...

Раскрасневшаяся Верка обещала парня ждать...

и хотя не очень верил ей Валерка — что слова! — 

тем не менее, твердели у него штаны, едва

в полутёмном коридоре прижималась передком

к нему Верка... и, рукою теребя ей сиськи, он

целовал девчонку в губы... «Никого не подпущу...

дожидаться тебя буду...» — гладя парня по плечу,

щекотала Верка ухо жарким шепотом своим,

и штаны бугрились туго от желания любви —

член стоял, и прогуляться звал Валерка, но она,

не желая отдаваться, не пускала пацана

в свои трусики, и губы продолжал он целовать,

и шептала она: «Буду... честно буду тебя ждать!»

Закадычный друг Сережа, обещая проследить,

обнимал Валерку тоже, — уходил пацан служить

на два года... и украдкой вытирала слёзы мать...

На бумаге это гладко — долг Отечеству отдать...

А на деле... а на деле — две зимы и лета два, — 

провожали: пили-ели... «Ты, мамаша, не права,

что рыдаешь... Оглянуться не успеешь, как орлом,

смотришь, он уже вернулся! — пьяный дедушка Пахом

опрокидывал стопарик... улыбался: — Не боись!

Отслужить обязан парень!» И — рассказывал «про жись»:

как в Германии когда-то сам служил после войны...

и каким лихим солдатом был тогда он... — пацаны

деда слушать не хотели, и орал магнитофон...

танцевали-пили-ели... содрогался сельский дом!..

... Утром у военкомата капитан команду дал:

«По автобусам, солдаты!» И — «солдат» поцеловал

неуклюже мать... Веруню засосал от всей души...

по-мужски обнял Сергуню... Мать заплакала: «Пиши...»

Проводили...

часть вторая

СЛУЖБА В АРМИИ (IN BREVI)

И — два года

пролетели-пронеслись...

Те, кто выжил, на свободу — «Смирно! Вольно!» — разошлись

с чистой совестью...

часть третья

MAGNA RES EST AMOR

Валерка

долг Отечеству отдал...

Не дождалась его Верка — вышла замуж... «Не беда! — 

опрокидывая стопку, старый дедушка Пахом

поддевал огурчик ловко. — Где ей, курице, с орлом

вровень быть? — Витиевато успокаивал дедок

захмелевшего солдата. — Не печалься, голубок!

Верка ждать не захотела? Ну, и ветер ей под хвост!

У тебя их, этих девок, еще будет целый воз...

Не боись! — И дед, огурчик разжевав беззубым ртом,

обещал: — Мы девку лучше во сто крат тебе найдём!»

Тем не менее, Валерка гнул своё — и говорил,

что он любит только Верку... что одну её любил...

и что он уже не сможет так влюбиться ни в кого...

Закадычный друг Сережа успокаивал его:

«Не дури! На Верке клином не сошелся белый свет...»

Мать Валерке говорила, что он встретит ещё... «Нет, — 

отвечал Валерка грустно, — я других не полюблю...»

Так разыгрывал искусно и друзей он, и родню,

говоря, что только Верка его сердцу дорога,

что решили все: Валерка однолюб... И предлагал

закадычный друг Сережа то рыбалку, то вино...

«Чтоб развеяться немного», — пояснял он. «Всё равно», — 

отвечал Валерка... «Или... может, баню истопить?»

По соседству они жили... И дружили... Как открыть

свою душу?... Невозможно... И молчать невмоготу...

«Истопить?» — спросил Сережа. И сказал Валерка: «Ну...

истопи», — и так искусно он при этом радость скрыл,

что Серёга свои чувства с лёгкой грустью осадил,

в миллионный раз подумав, что любви ответной ждать

и смешно, и безрассудно... Глупо думать и мечтать,

что понять Валерка сможет... Не поймёт он никогда... — 

про себя вздохнул Серёжа... Улыбнулся: «Ну, тогда...

протоплю я завтра баню. Купим пива. Рыба есть...

Пацанов своих попарим, и — по бабам!» — «А ты здесь

не терял, наверно, время?» — «Я? Да как тебе сказать...»

Рассмеялись оба. «Серый, ты мне должен рассказать!» —

«Не расслышал я... ты хочешь, чтобы... что я показал?» —

«Ха-ха-ха!» — «Чего хохочешь?» — «Интересно ты сказал...»

Интересно... ну, ещё бы!

часть четвертая

ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ ВТОРОГО ВЗВОДА (IN EXTENSO)

Здесь вернёмся мы назад —

в дни армейской службы, чтобы прояснить, чему был рад

сероглазый статный парень, когда друг его — Сергей —

зазывая его в баню, пошутил... совсем как гей

пошутил Серёга! — ну-тка, отчего Валерку вдруг

возбудила эта шутка? — без намёков скажем вслух:

уходил служить Валерка непроткнутым пацаном...

а пришел — уже не целка... Замкомвзвода Иванов

сразу выделил солдата, стал в каптёрку зазывать,

земляком и даже братом стал салагу называть...

но, хотя после отбоя гомосекс в казарме цвёл,

Иванов в кровать с собою не тянул Валерку, — пёр

замкомвзвода в зад Серёгу, тайно Юрика вафлил...

было с кем, и он не трогал «земляка» и «брата»: был

настоящим гомофилом замкомвзвода, и в душе

не хотел он парня силой принуждать ебаться в «ж», — 

секс не путая с любовью, с замиранием в груди

от подъёма до отбоя Иванов хотел любви...

И беспомощно, и страстно о Валерке думал он —

настоящим педерастом замкомвзвода Иванов

был в душе, и под бравадой пряча истинную суть,

миловидному солдату он хотел не просто вдуть, — 

был для этого Серёжа... и Валерку без труда

мог бы он отмужеложить, но — влюбившись в пацана,

Иванов хотел, чтоб парень потянулся сам к нему, — 

о взаимности мечтая, помогал он пацану...

Жизнь в казарме для солдата, если он к тому же мил, — 

что скрывать! — порой чревата покушением на тыл:

сохранить не каждый может в первозданном виде зад —

салабонов мужеложат старики... и есть разврат —

когда делается явно... и совсем иное есть —

когда делается тайно, — вариантов море здесь!..

Преотлично зная это, замкомвзвода Иванов

за Валеркой незаметно наблюдал — и был готов

свою помощь, если надо, оказать в любой момент...

«Земляком» и даже «братом» называл салагу дед —

опекал его повсюду и в обиду не давал...

Как-то раз черпак Ублюдов фаловать Валерку стал:

заманил его в сушилку, брюки сдёрнул с него вниз,

развернул к себе затылком, жарко выдохнул: «Нагнись!

Поиграем в маму-папу... — Нетерпением горя,

вмиг Валерку он облапал и, штаны спустив с себя,

зашептал на ухо: — Тише... вазелинчик я припас...

позабавимся, парниша... один раз — не пидарас...»

Наклонив Валерку грубо, руки вывернув ему,

между ног тугой залупой обжигающе скользнул

в темноте Ублюдов... «Тихо! — повторил он горячо. — 

Стой, не бойся! сейчас мигом смажу я тебе очко...»

Стал Валерка вырываться — голым задом закрутил...

никогда ведь не ебался с пацанами!... Обхватил

полуголого Валерку возбудившийся черпак

и, держа за бёдра цепко, залупившийся долбак

попытался всунуть сразу, позабыв про вазелин...

ох!...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх