Валерка и другие (поэма №2)

Страница: 13 из 19

сердце страстно у сержанта от любви...

Сероглазый... вот он, рядом, стоит руку протянуть...

протянуть — и... нет, не надо! Что скажу я пацану?

Что я дед? И что сильнее? Чушь всё это! Глупость... нет!

Если б был Валерка геем... но не гей он, и в ответ

свою руку не протянет... он не гей... — исподтишка

наблюдал за парнем Саня, и предательски рука

вниз скользила то и дело — поправлял сержант штаны,

и гудело его тело от любви и от весны...

оттого, что парень — рядом, что вдвоём они... вдвоём!

Что еще для счастья надо? Лишь признаться — обо всём

рассказать, и будь что будет... Расскажу... а он в ответ

вспомнит, как его Ублюдов изнасиловать хотел —

как пристраивался сзади, руки вывернув... козёл! — 

думал Саня. — Испохабил похотливый пидор всё...

и теперь Валерка мигом, стоит руку протянуть,

вспомнит, как Ублюдов прыгал на него... и как проткнуть

стояком своим пытался... ну, бля, сука... пидарас! — 

Саня мысленно ругался, не сводя с Валерки глаз...

повернувшись к Сане задом — наклонившись! — салабон

гвоздь выдёргивал... и сладко наблюдать было, как он,

сероглазый, свою попку оттопырил... типа: на!

И сержант, пацан неробкий, впившись взглядом в пацана,

замер... замер боязливо, как нашкодивший школяр...

сероглазый... мой любимый... дверь закрыта... сейчас я

подойду — и будь что будет!... обниму тебя... прижму... — 

стоя сзади, Саня думал, — я люблю тебя!! люблю!!!

И — от нежности горячей сердце прыгало в груди...

Я люблю тебя, мой мальчик! Что плохого в этом? — и...

он боялся шевельнуться, чтоб Валерку не спугнуть, — 

хоть бы он не оглянулся... Что скажу я пацану,

если он мой взгляд увидит? Ведь поймет наверняка,

что я тоже... тоже пидер... что хочу его... — рука

вниз скользнула торопливо, и, сквозь брюки сжав стояк,

Саня замер... нет, любимый! я хочу тебя не так,

как Ублюдов... я не пидор, я — влюбленный педераст...

ты — другой совсем, и стыдно мне признаться... вот сейчас

подойду я — и что дальше?... Разверну тебя к себе...

обниму тебя, мой мальчик... сероглазый мой... — смотрел

на Валерку Саня сзади... и при этом был готов

отвести глаза, чтоб взглядом не столкнуться с пацаном,

потому что... потому что: сероглазый — он другой...

не поймёт он эти чувства... он не гей... не голубой,

и — решит в одно мгновенье, что хочу я так же... нет!

Саню мучили сомненья, и не рад он был, что дед,

что сержант и замкомвзвода, — это всё мешало лишь...

Усмехнулся Саня: вот он... мы вдвоем... а ты стоишь

и боишься шелохнуться... ну, какой ты, Саня, дед?

Трус ты, Саня... — усмехнулся замкомвзвода сам себе. — 

Ты влюблен, и ты уверен, что любовь твоя чиста...

Или — сам в это не веришь? Ты чего боишься, а?!

Не поймёт Валерка если, значит... значит, не поймёт.

А поймёт — мы будем вместе! Ну, чего стоишь? Вперёд...

нет, не надо! Потому что... не поймёт он, и — конец...

всё испорчу... как-то нужно по-другому... мы же здесь

не последний день — не надо торопиться... ни к чему...

не Ублюдов я — и гадом я не буду!... Что ему

я скажу сейчас? Увидит и почувствует пусть сам,

что хочу я не обидеть... я люблю тебя, пацан! — 

думал Саня... и работой он эрекцию глушил...

Между тем, была суббота, и в гвардейской части был

банный день... О, эти бани! Лично сам я до сих пор

с наслажденьем вспоминаю, как скользил украдкой взор

по тугим солдатским попкам, по висячим писюнам, — 

своим взглядом словно фоткал эти прелести я там,

где они были доступны для любующихся глаз...

впрочем, это я попутно — не о том сейчас рассказ!..

Взвод последним мылся в бане, и командовал Ашот.

Замкомвзвода, то есть Саня, в баню мыться не пошел

со всем взводом, а с Валеркой он решил сходить потом,

чтоб «в каптёрке до поверки поработать», и с Бобром

он вопрос этот уладил — старшина им разрешил

не со всеми мыться в бане, а сходить попозже, — был

для неопытного взгляда несомненный здесь резон,

и Бобёр сказал им: «Ладно, поработайте! Потом

у дежурного по бане ключ возьмёте...» «Хорошо», — 

отозвался тут же Саня, и — когда Бобёр ушел,

на Валерку замкомвзвода деловито посмотрел:

«Ну, Валера... за работу?» «Да...» — Валерка покраснел,

на мгновение представив, что они будут одни, — 

никого не будет в бане... покраснел Валерка... и —

торопливо отвернулся, чтоб смущенье своё скрыть, — 

замкомвзвода улыбнулся... и — подумал, что спешить

с объяснением не стоит: подожду до бани... и —

свою душу там отрою... Нет лекарства от любви,

и — любовь не выбирает, у кого какой там цвет,

и — она не различает, салабон ты или дед...

впрочем, всё это условно — сроки службы и цвета, — 

у любви свои законы! А еще — была весна, — 

банный день... точнее, вечер, — на помывку второй взвод,

про войну горланя песню, строевым пришел... И вот —

баня... Баня! — море пара! шумно! весело! О, бля...

парни голые на пары разбиваются!... Но зря

кто-то вдруг сейчас подумал, что «на пары» — это... нет,

парни спину трут... а умным — самым умным — мой привет:

сам служил я и два года мылся в бане полковой, — 

никогда не видел, чтобы там шалили... впрочем, мой

опыт не универсален — и, возможно, кто-нибудь

был свидетелем, как в бане молодых бойцов ебут

старики, поставив раком... или — хором одного

вместо женщины... однако я такого ничего

за два года сам не видел, потому — не буду врать...

Даже самый ярый пидер, как мне кажется, скрывать

будет в бане, что он хочет, и — любуясь втихоря

пацанами, он отстрочит после бани, — лично я

делал так неоднократно, но рассказ — не обо мне...

Парни мылись... и понятно, что, мочалкой по спине

сверху вниз скользя упруго, кто-то взгляд свой опускал

на тугую попку друга... и — боясь, чтобы не встал

хуй от близости опасной, взгляд свой тут же отводил,

чтоб в казарме педерастом не прослыть... Короче, был

банный день, вполне обычный: била струями вода...

парни мылились привычно... терли спины... красота!

Наслаждение для взгляда! Но и мука... ё-моё!

сколько членов, попок рядом! и — всё это не твоё...

Васька, наскоро помывшись, хотел было улизнуть

незаметно, да — не вышло... «Ты куда, Ублюдов? — путь

преградил Ашот с улыбкой. — Не спеши... поможешь мне

посчитать трусы...» И липко заструился по спине

пот у Васьки — побледнел он: не шутил, значит, Ашот...

«Мне в казарму... — еле-еле разомкнул Ублюдов рот, — 

мне, Ашот, в казарму надо... может, Игорь... он трусы

посчитать поможет... ладно?» «Нет, Васёк... поможешь ты!

Не по службе, а по дружбе я прошу тебя... — в ответ

произнёс Ашот. — Не нужно, если просит тебя дед,

говорить, что ты не можешь... бля, никак не ожидал...»

Васька слушал, и — до дрожи, до озноба пробирал

голос ласковый Ашота. — Улизнуть хотел? Чудак!

Это ж честь, а не работа — помочь дедушке... ведь так?

Посиди... а то помойся, если хочешь, ещё раз, — 

подмигнул Ашот. — Не бойся. ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх