Валерка и другие (поэма №2)

Страница: 19 из 19

классно!... Мылись в бане два бойца:

жарко тискали друг друга, целовались в губы... и —

обжимали губы туго напряженные хуи:

то Валерка брал у Сани, то брал Саня... и опять

пацаны в солдатской бане тёрлись-мылись — и кончать

не спешили: с упоеньем целовались вновь и вновь —

смаковали наслажденье... разве это не любовь?

Замкомвзвода кончил первым: содрогнулся сладко он,

обжигая своей спермой рот Валеркин... и потом

Сане в рот спустил Валерка, задыхаясь от любви...

На вечернюю поверку успевая, они шли,

и была весна в разгаре... да, в душе была весна —

звезды яркие мерцали, как алмазы, и луна,

эта спутница влюблённых, серебрила всё вокруг...

Саня, счастьем упоённый, произнёс негромко вслух:

«Когда кончится поверка, приходи в каптёрку...» И

билось сердце у Валерки: продолжения любви

он хотел, и было ясно, что зовёт не просто так

его Саня, — наслаждаться снова будут они, как

наслаждались сейчас в бане... и еще, наверно, в зад...

до чего же этот Саня охуительный... как брат!

Шли они — шагали в роту... рассуждая о любви,

парень парню — замкомвзвода салабону — говорил:

«Извращеньем называют гомофобы эту страсть...

ё-моё... да что, бля, знают о любви они?! Проклясть

эту страсть попы готовы — рвутся праведники в бой,

извращая лживым словом суть любви... между собой

разобрались бы сначала! Хуля лезть в штаны мои?!

А ведь лезут... то ли мало им божественной любви,

этим деятелям в рясе, то ли здесь иной расчет:

человек, который счастлив, деньги им не понесёт...

Пусть беснуются! — и Саня, чувств своих не удержав,

приобнял за плечи парня... и, плечо легонько сжав,

заглянул в глаза Валерке, еле слышно говоря

(сердце ёкнуло: а Верка?): — Я, Валер... люблю тебя!

И любовь эта не хуже, сероглазый мой... судить

о любви этой не нужно по ублюдовым: их прыть

или похоть, или злоба... злоба-зависть, — из таких

пидарасы-гомофобы получаются, и — их,

извращенцев этих, надо... или на хуй посылать,

или молча ставить раком и — в очко... в очко ебать,

не взирая на их вопли: в глубине души своей

эти пидары не против потереться о парней

своей жопой или хуем, да — не знают только, как...

оттого, бля, и психуют, и кричат на всех углах,

как «всё это безобразно!» и что это — «грех» и «срам».

А на деле... было классно тебе в бане?» И пацан —

сероглазый, миловидный — утвердительно кивнул,

и совсем... совсем не стыдно это было!... Сквозь весну

шли они, и сладко бились молодые их сердца...

Звёзды яркие светились... На поверке голоса

отзвучали, и в казарме погасили верхний свет...

и на тумбочке дневальный написал уже «Привет,

дорогая моя Настя!», а в каптерке, сняв трусы,

целовались на матрасе совсем голые бойцы,

и один был замкомвзвода, а другой — салагой... ох,

два бойца из пятой роты в голом виде — без трусов! — 

сладострастно обнимались, на матрасе лежа, и

жарко в губы целовались, задыхаясь от любви...

Уходил служить Валерка непроткнутым пацаном...

вазелином смазал целку замкомвзвода Иванов

и, раздвинув парню створки — половинки разведя,

вставил член в тугую норку... содрогаясь и сопя,

он натягивал парнишку... то и дело целовал,

не вытаскивая шишку... — с упоением ебал

замкомвзвода на матрасе сероглазого бойца!

Задыхаясь, педерастил он Валерку — и сердца

в унисон стучали-бились, и не надо было слов...

в лунном свете серебрились их тела... и — хоть не нов

этот способ наслажденья был для Сани, но в груди

ощущал он упоенье, — задыхаясь от любви,

он раздвинул ноги тоже, и Валерка в зад его

натянул-отмужеложил... ёлы-палы... до чего

хорошо всё это было! Юность. Армия. Пылал

жар в груди неистребимо...

часть пятая

IGNIS SUPPOSITUS EINERI DOLOSO

«Интересно ты сказал» —

так Валерка отозвался на Серёгины слова...

и — Серёга рассмеялся: «Ну, а что? Одна дала... — 

и, запнувшись на секунду, подмигнул Валерке: — Ох,

до сих пор, бля, не забуду, как вогнал ей между ног...

Прошлым летом дело было: я неделю с ней ходил,

и... однажды засадил ей не в ту дырочку — ввалил

ей в очечко... до упора! — вдохновенно Серый врал,

не сводя с Валерки взора. — Охуенно отодрал

биксу в попку! И не хуже это было, чем в пизду...

потому как норка уже — обжимает лучше... ну,

бля, об этом не расскажешь — это надо показать...»

«Ха-ха-ха! И ты покажешь?» — у Валерки вмиг глаза

заискрились: это что же... друг Серёга — шутит так?

вроде шутит... или, может, он не шутит? — и долбак

у Валерки шевельнулся... сердце ёкнуло: а вдруг?..

«Ну, а что, бля... — улыбнулся, на Валерку глядя, друг, — 

покажу, бля... по приколу — почему не показать?

Покажу...» И Серый снова рассмеялся. А глаза...

он, Серёга, рассмеялся, а в глазах мелькнул вопрос...

и опять... опять неясно: шутит он? или всерьёз

говорит? и — ч т о покажет? как он биксу в жопу драл?

Интересно... очень даже интересно!"Я не знал,

что ты, бля, такой развратный!» «Ха-ха-ха! Какой разврат?

Удовольствие!» «Да ладно! Что за кайф — ебаться в зад?» —

произнёс Валерка, словно... не поверил, — он смотрел

простодушно-удивлённо на Серёгу — он хотел

убедить Серёгу-друга, что с аналом не знаком...

а в трусах уже упруго хуй вздымался! И не сон

это был, не наважденье, — друг Серёга говорил,

что в очечко — наслажденье, и что он в очко дуплил

биксу, и — еще: он может показать Валерке, как

это делал... это что же — намекает Серый так

на возможность гомосекса? Одноклассник, лучший друг!

У Валерки билось сердце: шутки шутками... а вдруг

Серый хочет в самом деле? вдруг всерьёз он говорит?

Ёлы-палы... неужели намекает Серый?! — И...

таким образом Валерку он подводит к мысли, что

обойтись можно без Верки?... А иначе — для чего

говорит он?... Будут в бане они париться, и там...

хорошо — рука в кармане, — у Валерки встал пацан,

и Валерка, прижимая подскочивший хуй к ноге,

сладко замер, ожидая, что ответит Серый... «Мне... — 

не сводя с Валерки взора, произнёс Серёга, — бля,

это было по приколу... в кайф, короче говоря!

И тебе, вполне возможно... — улыбнулся вновь Сергей, — 

по приколу будет тоже...» Ё-моё... неужто гей

друг Серёга?! Быть не может! Почему не может быть?

Про себя Валерка тоже так не думал... но служить

мама-родина призвала, и — открылся этот дар...

отслужил — и не узнала ни одна душа, как там

он, Валерка, с замкомвзвода перепихивался в зад...

так и Серый... за два года мог ведь запросто расклад

получиться, что он тоже — точно так же — с кем-нибудь...

ну, а что? — вполне возможно: мог кому-либо воткнуть...

или — запросто подставить по приколу... тоже мог!

и никто... никто не знает, что он тоже... Между ног

у Валерки всё гудело... и хотя наверняка

он не мог сказать, что Серый стопроцентно намекал

на возможность гомосекса... тем не менее, в груди

у Валерки билось сердце от предчувствия любви...

«Значит, топим завтра баню», — подмигнув, сказал Сергей...

и — Валерка вспомнил Саню, как впервые они... Млей,

растревоженное сердце! Жди до завтрашнего дня!

А живут ведь по соседству... одноклассники... друзья

закадычные... и вроде друг про друга знают всё!

А на деле — что выходит? А выходит — ничего

утверждать нельзя... короче, если Серый неспроста

говорил сейчас... а впрочем — что особенного? Да,

друг про друга всё когда-то они знали... а теперь?

Про Валерку — про солдата! — разве что-нибудь Сергей

знает? Нет. И даже... даже у Серёги нет причин

для догадок! А был Саша у Валерки, и он с ним...

он, Валерка, трахал Саню, и давал он Сане сам...

ничего Сергей не знает! А ведь был ещё пацан

из Хакасии — Андрюха... и ещё был Толик... ох,

у Валерки хуй упруго вырывался из штанов,

но Валерка его крепко прижимал рукой к ноге...

Серый думает, что Верка виновата — и, как все,

ничего дружок не знает... и не может Серый знать!

Вот и думай: завтра в бане что он хочет показать?

Да, росли-взрослели вместе... ну, и что теперь? Судить

невозможно, — жизнь на месте, как известно, не стоит,

и судить о дне насущном лишь по прошлому нельзя!

У Валерки было чувство, что Серёга... что не зря

он расписывал, как классно биксу в жопу он ебал, — 

это кайф для педерастов! То есть... Серый намекал

на возможность гомосекса, говоря про биксу? Ох,

у Валерки билось сердце... и гудело между ног,

и ему казалось: стоит протянуть лишь руку, и...

вот он, Серый, наготове — в ожидании любви

перед ним, Валеркой, замер! Закадычный лучший друг...

«Значит, топим завтра баню...» — произнёс Валерка вслух,

вслед за Серым повторяя, словно в шутку, все слова, — 

интонацией играя, подмигнул Серёге... Да,

это было лишь догадкой, и не более того,

но стучало сердце сладко у Валерки... что с того,

что ни разу они в детстве не дрочили вместе и,

хотя жили по соседству, имитацией любви

никогда не занимались... даже, бля, через штаны

они в детстве не «ебались», как другие пацаны

это делают, играя в «папу-маму», — что с того?

Просто, блин... не понимали они раньше ничего!

Потому и пропустили в Книге Дружбы ту главу,

где о сексе... не открыли в своё время... ну и ну!

Сердце билось... неслучайно разговор этот возник...

Жизнь — чарующая тайна. Жизнь — и омут, и родник.

Жизнь — река: поток бурлящий, и поток этот несёт...

Кто ответит, что есть счастье в этой жизни? Что их ждёт,

пацанов, знакомых с детства? Детство кончилось давно...

У Валерки билось сердце... и хотя он ничего

знать не мог, но сердцу верил: бьётся сердце неспроста...

Жизнь — распахнутые двери, и уходим мы... Куда,

горизонты раздвигая, уже нёс поток друзей?

Жизнь — игра, — она такая, что не знаешь... ах, скорей

наступило б завтра это! — так Валерка думал...

и,

мой читатель, мы на этом — на предчувствии любви —

остановимся, — 

упруго у Валерки член стоял,

и Валерка, грезя, друга завтра в бане представлял...

 — — ------------------

ПРИМЕЧАНИЯ:

* не хо по ха? — не хочешь по харе?

** Видимо, Стас хотел сказать «принцесса на горошине».

(1997—98)

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх