ПЬЕДЕСТАЛ. Вектор 7

Страница: 5 из 12

как студия: экраны, стойки юпитеров, всякая световая и фотоаппаратура, кабели и стелажи с продукцией. Ни души. Прошло время и ко мне вышла Госпожа. Хоть она была в больших темных очках, я, конечно, узнал бы её по любому жесту. А как она была хороша в роскошном блестящем вечернем платье! Не дав мне опомниться, она отвела меня за огромный стеклянный экран во всю стену и я сел в кресло. Госпожа исчезла, оставив меня в тающем облаке своего парфюма и с тревогой предчувствия неотвратимого. За стеклом была стилизированная под спальню обстановка: двуспальная кровать, огромные кресла и диван, столики, стулья. На диване сидел крупный мужчина в костюме, на столике в ведерке шампанское и цветы. Появилась Госпожа, мужчина встал и, подхватив её под руку, усадил рядом с собой! Началось! Я стал собирать в себе всю силу воли, чтобы выдержать предстоящее. Пара за экраном после небольшого разговора под шампанское перешла к делу. Они обнимались, целовались, постепенно освобождаясь от одежды. Во мне нарастало напряжение и желание обозначить своё присутствие. Но мне было поставлено жесткое табу, и я терпел. Когда почти обнаженные тела Госпожи и мужчины стали сплетаться в сексуальный клубок, мужчина стал красиво целовать её плечи, шею и грудь, а она, лаская его, извлекла из стрингов его член мне стало совсем худо. Наблюдая красивый минет этому самцу, я ощущал, что дрожь протеста захлёстывает меня. Как уж они крутились, как изгибались, это надо было видеть. Триумфально кончив, мужчина расслабленно осел, а Госпожа эффектно выпустила изо рта его белок себе на ладонь. После очередного бокала и сигарет, всё продолжилось. Теперь на члене был презерватив, и этот самец после прелюдии вошел им в женщину. Я был на грани срыва.

Но наше сознание очень совершенная адаптационная машина, если нельзя изменить обстоятельства, оно меняет, щадя нас от сдвига по фазе, наше отношение к ним. Протектор обозначился самой обстановкой. Конечно! Это — студия, я вижу сюжет порнофильма, в женской роли — моя Госпожа! Ведь не сходят же с ума мужья киноактрис, когда те целуются и интимничают за актерскую карьеру с сотнями мужиков. Эта находка разума дала эмоциям спасительный канал слива негатива. Немного придя в себя, я стал наблюдать секс-экшн более трезво. Член у мужчины был огромный, это, как я догадался, было сделано специально. Для моего же уязвления. Я никогда не комплексовал по поводу моего дружка, но тут превосходство было очевидным. Чтобы я почувствовал разницу. Пока они меняли позиции, со стонами предаваясь плотским наслаждениям, я подумал, а что делают эти, ну, свингеры, когда их половинки сношаются у них на глазах. Жадно смакуют их секс? Мастурбируют? Дохнут от зависти. Мне не хотелось ничего. Кроме того, чтобы всё это как можно скоре закончилось. Я в охотку люблю поглазеть на порно, и эрекция всегда откликается на зрелище, но тут оцепенение полностью выключило мой орган из игры. Сама мысль дрочить под это казалась кощунственной. Может это и нужно делать в принципе, но у меня есть уважение не только к сексу, не только к красивым пассажам моей Любимой, но и мужское достоинство. И я сидел и смотрел на происходящее, заставлял себя отвлекаться, разглядывал обстановку, закрывал глаза. А пара всё ещё была в движении, сброшен очередной презерватив, передышка и снова их секс во всё новых и новых позициях.

Любому кошмару приходит конец. Мужчина ушел из студии, Госпожа лежала нагая на кровати, отвлечённо курила, потом поманила меня к себе. Я пошел, настраиваясь на то, что буду просить её прекратить дальнейшие выверты, вернуться к прежним отношениям и простить меня. Мне не дано было говорить. Госпожа велела мне встать на колени, прополоскав горло шампанским, многократно сплюнула мне в рот, приказала вылизать отёкшие и размягшие от секса киску и анус. Потом медленно поднялась и сказала, что ей нужно в душ. Я сидел почти час в пустой студии, затем зазвонил телефон, Госпожа сообщила, что мне нужно уходить и что она уже дома...

Надо ли говорить, что наши прежняя интимная жизнь на период реализации этих заморочек была прервана. Я, как ни старался уговорить Госпожу закончить это безумие, ничего не выходило. Как-то, заведя с ней слишком настойчивый разговор, я услышал:

 — А знаешь, дорогой, это уже свинство. Думаешь в тебе говорит любовь ко мне, забота о нашем будущем? Нет уж! В тебе изливается торгаш: ты подсознательно прикинул, что теряешь и что приобретаешь. Дебет и кредит. И решил, что в проигрыше. Ну, или есть шанс раскошелиться на большее, чем ты привык. Ты хотел звезд Фемдома? И ты кончаешь у их ног. У их ног, а не моих, которые ты, лицемер, утверждаешь, что обожаешь. Так, что терпи, а итоги подводить время ещё не пришло!

Накануне моего нового похода, Госпожа сама завела со мной откровенный разговор.

 — Вот сижу в раздумье. Есть два варианта. Оба эпатажных. Ну, один-то точно будет использован. А вот другой... Что ты вообще знаешь об унижении? Об унижении человека и пределов этого унижения?

 — А какой второй? Что-то не тянет на крутую деградацию.

 — Отвечать вопросом на вопрос неприлично! Есть такая Домина, одна из самых высокооплачиваемых. Фрау Наци! Но, я должна тебя подготовить. Во-первых она работает в нацистской форме с антуражем Третьего Рейха...

 — Не пойду я к нацистке! Уволь! Войну они нам проиграли, миллионы людей угробили, а я им должен сапоги лизать? Нет, пожалуйста. Дурдома со свастикой и портретами бесноватого фюрера на стенах не надо, прошу тебя.

 — Это только декорации. А форма штандартенфюрерши ей очень к лицу. Фуражечка с кокардой дивизии СС «Мёртвая голова», галифе, сапоги, стек. Вспомни Штирлица, как он смотрелся! Это же только спектакль. Ролевая игра. Дела не в её фашистском образе, а методике её унижений людей, клиентов. Ноу-хау! Цепное унижение — её личное изобретение.

 — Куда там! Собачья конура, цепь, собачья миска, ошейник, писать, задрав ногу, мы же как-то с тобой в это играли...

 — Цепное унижение — это не унижение на цепи! Это — цепь унижений! Например, Фрау Наци, очень красивая, кстати, блондинка, желает полюбоваться как её клиент, нижний будет потчеваться собачьим дерьмом. От её доберманов. Ну, очень хочется ей этим насладиться. Но, прежде он должен пройти цепь предварительных унижений, чтобы это заслужить. Скажем, должен вылизать собачий анус, а чтобы вылизать, должен вымыть собачкам лапки после прогулки языком, а на прогулке сделать песику минет или, если сука — куни, а чтобы сделать это нужно собачку повозить на себе и так далее. И пока все стадии не пройдены награды, т. е. собачьего дерьма ему не обломится. А цепочка выстраивается длинная! Да, чуть не забыла, собачки конечно злые, без намордников, так что награда достаётся в кровь искусанному рабу!

 — Я в шоке! Неужели ты меня на это опустишь? Не верю, ты не такая!

 — Зря! Женская Доминация бывает такая, что уму не постижимо! Или вот еще. Она любит кладбищенскую тематику. Скажем, знает, что нижний похоронил дорогого человека — маму, папу, девушку свою и заставляет глумиться над могилами или усопшими, до эксгумации и некрофилии. Думаешь, нет у неё клиентов? Да её доходы самые крутые в отрасли!

 — Да она — моральная ублюдочная уродка! Это уже изуверство, это до тошноты! Это же... ну, нет слов!

 — Так ведь ты хотел всякого! Вот прошу — визит к Фрау Наци! Есть её визитка. Вот, с голографической свастикой...

 — Нет, категорически!

 — А разве ты мне можешь отказать? Противиться в праве? Разве мы так договаривались? Ты же клялся мне в абсолютной покорности!

Я молчал подавленный. Я не знал, что и ответить.

 — К этой стерве я тебя, конечно, не направлю, у меня ведь тоже есть свои понятия о мере унижения и оскорбления. Мне такое не в кайф и иметь после этого тебя, наевшегося собачьего дерьма,...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх