ПЬЕДЕСТАЛ. Вектор 8

Страница: 5 из 7

вплотную и шепнула мне:

 — Какой у нас здесь самый надёжный банк?

 — Сбербанк, я думаю. Ну и конечно филиал швейцарского банка.

 — Филиал, там, поди, заправляют наши толстомордые олигархи?

 — По-моему, филиал собственность все-таки Швейцарии.

 — Это надо знать наверняка. А пока позвони в Сбербанк и узнай, как и почём аренда банковской ячейки.

Я стал звонить. Госпожа сложила туфли и плётку назад в сейф, взяла массивный футляр и закрыла дверцу.

 — Ну, вот наши пути и пересеклись! — Сказала она, разглядывая кожаную поверхность тома.

Я увидел на серовато-зеленой поверхности синюю татуировку:

В желтом, зимнем, огромном закате

Утонула (так пышно!) кровать.

Еще тесно дышать от объятий,

Но ты свищешь опять и опять.

Он не весел — твой свист замогильный.

Чу! опять — бормотание шпор.

Словно змей, тяжкий, сытый и пыльный,

Шлейф твой с кресел ползет на ковер.

Ты смела! Так еще будь бесстрашней!

Я — не муж, не жених твой, не друг!

Так вонзай же, мой ангел вчерашний,

В сердце — острый французский каблук!

 — Что это?

 — Рабская кожа.

 — Да нет. Что в футляре?

 — Потом скажу, пьём чай и поехали в банк. Закажи такси.

 — Я давно хочу у тебя узнать про эти предметы из кожи рабов. Один есть у тебя, у Гингемы видел, у тёти вот и ещё...

 — Есть подлинники, но большинство подделки, татушки с трупов, не имеющих отношения к BDSM, татуируют безродных после смерти и сбывают.

 — А у тебя, то женское портмоне?

 — Настоящее, из фурнитурного раба и у Гингемы, ну и тетя, не признавала подделок...

 — А для чего они вам и другим...

 — Отношение к ним разное. У меня по жизни тоже менялось восприятие подобных штучек. Вначале, как для Гингемы, — символ дьявольского куража, шокурующего атрибута беспредела власти над мужчинами, потом, как циничное пренебрежение к человеческой жизни, как скажем, для Спикера с абсолютом секса, но я умнела с годами и сейчас — это напоминание об ответственности за тех, кого мы приручили, кто в сессиях отдает нам во власть тело, здоровье и часто саму жизнь.

Когда Госпожа вышла из банка, у неё было спокойное, но серьёзное лицо.

 — Давай поедем в Летний сад. Погуляем там и поболтаем, он меня всегда успокаивает и радует, красивое место и теме соответствует. Только сначала в Никольский собор, его любят горожане, там молятся жены моряков, находящихся в плавании. Свечки надо поставить...

* * *

 — А ещё, из нашего цикла «Времена года» или «Маленькие трагедии»?

 — Охотно!

 — Итак: «Весь покрытый зеленью,

Абсолютно весь...»

Остров Невезения

Необитаемый остров! Кто из нас хоть однажды не мечтал попасть в такое место, в такой ракурс с любимой женщиной. Но наши фантазии беспредельны, а открывающиеся возможности иногда переворачивают невинные идеи в шокирующий фарс. И это тоже здорово!

Я очнулся и сразу ощутил себя в очень неудобной позе. Перед глазами расстилалась водная гладь, берег, заросли деревьев, а передо мной костёр с сидящей у огня женщиной. Я привязан за ноги, за руки в обхват ствола и за шею к дереву. Я абсолютно гол. Заметив, что я пришёл в себя, женщина встала и приблизилась. Как она красива! Стройное до идеала смуглое тело туземки, набедренная повязка из крупных листьев, белые бусы над манящим дерзким бюстом, копна разноцветных, заплетенных в мелкие негритянские косички волос, а лицо! Выразительные глаза с яркими багровыми тенями, коралловые чувственные губы и тонкий носик — лик королевы, только дикой.

 — Ты кто такой? И как попал на мой остров? — Раздался певучий бархатный голос туземки.

 — Я моряк, мой корабль затонул, я чудом спасся... Меня зовут...

 — Ты лжёшь! И мне не важно как тебя зовут!

 — Я говорю правду!

 — Нет! Однажды на этот остров, где жило моё племя, уже приплывали бледнолиции. Мы жили своим племенем, а они разграбили всё! Убили мужчин, забрали всех женщин и детей в рабство. Один погнался за мной, я прыгнула в воду, он тоже. А вынырнула только я, он остался на дне с прокушенным горлом. И вот теперь я живу здесь одна.

 — Я сожалею, но я не винен!

 — Наше племя называлось Крылья Ночи!

 — Красивое название.

 — Потому, что на ночь мы пили отвар особой травы и у нас возникали видения. Мы превращались в ночных бабочек и райских птиц и летали над своим островом. Теперь некому летать, а я в одиночку не могу.

 — Прекрасная туземка! Позволь мне летать вместе с тобой.

 — Хитро придумал, бледнолиций! Я тебя отвяжу, а ты исполнишь свой умысел. Убить меня, есть моё мясо, пить мой отвар и летать ночью мерзкой летучей мышью!

 — Я не...

 — Я завяжу тебе рот, чтобы не слушать лживого яда твоих речей.

Тряпка, завязанная через рот, лишила меня речи.

 — Ты немножко поживешь, жалкая тварь! Я буду называть тебя Бледнолиций Скунс или просто Скунс. Мне нужно чем-то питаться и ты моя добыча. Чтобы ты не пел мне, ты из племени, что погубило мой род и мне всё равно, кого именно и сколько туземцев ты убил и съел за свою презренную жизнь. Но ты мужчина и я всё возьму от тебя, что мне нужно. У меня давно не было мужчины и я хочу твой плоти.

Туземка присела передо мной взяла в руки мой член, долго рассматривала его, натягивая и стягивая крайнюю плоть на головке, ощупывая яички, я возбудился и её это обрадовало. Сунула соломинку мне в канал и подвигала ею. Потом она залезла пальчиком в мой анус, подвигала им и осталась довольна.

 — Ты пригоден. Старайся, что бы твой член стоял дольше и был крепким, тогда я не буду тебя мучить и смерть твоя будет лёгкой. Но сейчас мне нужно поесть, чтобы иметь силы для случки.

Крыло Ночи вернулась к костру и подбросила в него несколько поленьев. Потом тряпкой обмыла мои бедра и ягодицы.

 — Возьму немного твоего мяса. Не дергайся, тогда будет терпимо, поем и возьмусь за твой член. Тебе будет тоже приятно.

Я задёргался от ужаса предстоящего освежевания. Крыло Ночи нахмурилась.

 — Я ведь могу просто тебе руку мачете отрубить и наесться! А ты будешь без руки! Не будь дураком!

Я присмирел. Она острым как бритва тесаком срезала с моих бедер мясные ломти, обвязала листьями места срезов и, нанизав куски на прутья, пошла жарить на огне. Через некоторое время воздух наполнился запахом вкусного мяса и, не смотря на чудовищность его происхождения, добрый стакан желудочного сока образовался в моём желудке. Туземка ела и делала это с изяществом. Снимала зубками жаренный кусочек не спеша жевала, проглатывала, причмокивая от наслаждения языком. Потом отрезала большой ломоть арбуза и с наслаждением обглодала его до корки. Крыло Ночи взяла маленькую сигарку, прикурила веточкой от костра и подошла ко мне. Наверное, ей захотелось поболтать после трапезы и она развязала мне рот.

 — Спасибо, Крыло Ночи. — Сказал я, облизнув губы.

 — Ты постарайся подольше не умирать. Сюда редко, кого приносит вода.

 — Так я тут не первая жертва?

 — Были ещё. — Усмехнулась туземка. — Но всё идёт в прок и мясо, и кости, и череп, и кожа. Человек — очень ценная добыча.

 — Они умерли?

 — Конечно! Но дали мне много радости. Так, ты я вижу, хочешь пить. Будет так: воды почти нет, есть немного фруктов, тебе их давать нельзя — самой не хватает. Пить будешь воду из меня, есть моё дерьмо, они питательно, в нём твоё переваренное ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх