Урок верности от Толика

Страница: 1 из 2

Эта история реальна. Всё что описывается в этом рассказе происходило со мной на сама деле.

В 15 лет я первый раз влюбилась. Влюбилась по уши в рыжего парня, который был старше меня на три года. Он был первым с кем я целовалась и первым моим половым партнёром. Однажды когда мы были вместе на дискотеке я встретила старого знакомого в баре и чтоб позлить Толика и вызвать у него ревность, доказать ему, что хоть он и лишил меня девственности я — не принадлежу только ему, я уселась старому знакомому на колени и стала довольно ласково с ним щебетать. Естественно, что Толик это всё видел и по его хмурому лицу было видно, что эта картина его не порадовала. Вот тут-то всё и началось... Он терпеливо дождался когда я наговорившись спрыгнула с колен знакомого подошёл ко мне и грубо взяв меня за руку выше локтя сказал мне: « мы уходим». Я пыталась что-то возразить, но он был так зол, что я согласилась. Выйдя на улицу Толик закурил и сказал: « Пошли сейчас к Сашке, домой то ещё рано возвращаться там и повеселимся?» Я согласилась. Сашка был закадычным другом Толика, я его хорошо знала, хоть он и был старше Толика на два года, они понимали друг друга с полуслова.

Мы сидели на кухне в доме у Саши, родителей его не было дома, где они были сейчас уже и не вспомню, но факт остаётся фактом в его доме нас было только трое: я, Толик и сам Сашка. Мы сидели, выпивали смеялись и как только мне стало казаться, что Толик забыл о моём поступке на дискотеке, он вдруг спросил у Сашки: «Хочешь я тебе Ленкину титьку покажу?» Я вся от этих слов обомлела — что за грубые шутки — подумала я — и почему моя грудь названа так по хамски «титькой» (раньше я таких слов от Толика никогда не слышала). Сашка смеясь ответил: « и не только посмотреть хочу, а ещё и помацать» Я покраснев сказала: « нет, ребята мне такие шуточки не нравятся» Вместо ответа Толик больно хлестнул меня ладонью по лицу и процедил зло сквозь зубы: «Как на яйцах у всяких козлов прыгать — так тебе нравиться, А как сиську свою моему другу показать — так ты против, шлюха!» Сашка с улыбкой потёр руки и довольно произнёс: « так вот в чём дело. Я б тогда эту твою Ленку наказал будь моя воля» я же ничего уже не говорила, а просто плакала. Толик пристально на меня посмотрел и уже как-то ласково сказал: «Что больно ударил? А мне то думаешь, не больно было смотреть как ты там... с этим...»

 — Прости. Прости меня любимый — вдруг взмолилась, остро чувствуя свою вину. Вдруг я поняла как больно я его ранила своим поступком и мне стало его так жаль. Я испугалась, что могу сейчас потерять своего любимого навсегда. Я разрыдалась. Толик посмотрел на меня, в его глазах блеснула слезинка, он отвернулся и сказал уже спокойно, тихо и как-то обречённо: «Я не смогу тебя простить пока ты не испытаешь ту же боль и унижение, которые ты доставила мне. Ты поняла?» Меня всю затрясло от страха. Я испугалась его потерять, но и боли у унижения я боялась не меньше. Парни ждали от меня ответа — я молчала. Толик не выдержал первым и прокричал на меня: « Сиськи быстро свои вывалила и продемонстрировала, блядь!» Я даже обрадовалась тогда тому, что Толик решил дилемму за меня сам. Я сгорая от стыда стала расстегивать блузку оголяя свои нежные девичьи груди перед посторонним и знакомым мне человеком, Толику показать свои груди я не стеснялась, т. к. он их уже видел и ласкал во время наших с ним близостей. Мне было стыдно демонстрировать своё тело Сашке и ещё было ужасно стыдно, что Толик видит как я сама показываю свои груди его лучшему другу. Даже сейчас спустя много времени мне безумно стыдно вспоминать об этом. Раз я послушалась приказа любимого, который обращался ко мне «блядь» — значит я себя признала блядью. Сознание этого смущало меня всех больше в тот момент.

Я сидела с голыми грудями перед двумя парнями и предательски краснела — слёз уже не было. В глазах Сашки мелькнул какой-то лукавый огонёк, он посмотрел на Толика — тот ему молча кивнул. Сашка протянул руку и больно сжал мне сосок. Я вскрикнула от боли и неожиданности, хотела отстраниться, закрыться, но Толик схватил меня за волосы и дёрнул резко на зад заломив мне голову со словами: «Ты что, сука, думала показом отделаться? Нет, я обещал тебе боль и унижения и ты это получишь по полной программе» Он снова ударил меня по лицу — «Ты будешь терпеть и молчать, поблядёшка?! Да?» он продолжал тянуть меня за волосы и я выдохнула «Да». «Давай её до гола разденем» — предложил Сашка и ухмыльнулся: « Сам то небось полностью голой её никогда не видел. Она ж тебе наверняка давала только в кромешной темноте и под одеялом?» и он был прав. Толик видимо сильно застеснялся этой правды и зло глянул на меня. Выход своей злости он выместил в паре пощёчин.

Лицо моё горело от оплеух, я стояла голая посреди комнаты, а на меня голую любовались два парня — стыдоба одним слом.

 — Ну что, будем сечь тебя — сказал Толик — давай-ка к столу ступай и ложись на него грудью. Я послушалась.

 — ноги, шлюха, пошире раздвинь! — прокомментировал Сашка явно для того, чтоб ему была видна моя писечка. Я стояла и не шевелилась — ну почему я его должна слушаться, ему то я ничего плохого не сделала.

 — Ты оглохла, сука?! — сказал Толик. Я раздвинула ноги сгорая от стыда и кляня всё на свете. Сашка вытащенной от куда-то верёвкой связал мне руки, сильно натянул противоположный конец и привязал к ножкам стола я не могла дёрнуться уже и выпрямиться. Толик же в это время вытащил из брюк свой ремень, примерился и с силой хлестнул меня по ягодицам — я закричала. Сашка замотал мне рот скотчем в три или в четыре слоя и тут началось: Толик хлестал меня несщадно, я билась, дёргая ногами, но кричать не могла. В конце концов они связали мне и ноги раскорячив меня у стола в непотребной позе, а попа моя уже пылала и горела от усердий Толика. Сашка ходил вокруг стола и подбадривал своего друга, мол «Правильно, правильно. Так сучке и надо, а то почувствовала волю впредь умнее будет и такой жопой на чужих коленках уже не прыгаешь. « Вдруг Толик перестал меня бить со словами: «Пока хватит». Как же я ему была благодарна за эти слова мне безумно захотелось его расцеловать и я для себя решила, что если он хочет и ему приятно меня лупить, то я ещё выдержу даже десяток его ударов — глупо наверное со стороны, но видимо я так устроена, что для своего любимого могу решиться на многое. В тот момент мои чувства переполняли меня и жалела, что рот мой заклеен — я так хотела поцеловать своего Любимого, что от этих чувств неимоверной нежности к нему я расплакалась. Парни мои слёзы расценили конечно как слёзы от боли. Боль конечно была и боль адская! Но ревела я тогда от любви. Они отвязали меня скрутили руки мне за спиной и Сашка перетянул мне груди верёвкой, обвязав каждую грудь в отдельности тугими кольцами и оставив ещё длинные концы верёвок. Грудь сразу стала приобретать багровый цвет было больно, но рот был по-прежнему заклеен, по этому я не могла кричать от боли и ужаса, который меня тогда охватил — я очень переживала за свою грудь и бардовый цвет меня очень сильно напугал.

 — На колени — прозвучал приказ Толика. Я послушно опустилась на колени перед своими мучителями в надежде, что они сжалятся и освободят мои груди от такого страшного и очень болезненного бандажа.

 — Сискьи то смотри как у неё покраснели. Больно небось? — я закивала. Они только засмеялись мне в лицо.

 — Что, тварь, посщёчину тебе дать? — я опять закивала в надежде на то, что сейчас получу оплеуху и они освободят мои груди. Они заржали. Ко мне подошёл Саша и стал больно, очень больно крутить мне соски, сжимать их, оттягивать, дёргать, скручивать и опять оттягивать, то оба соска вместе, то по очереди, я выла, мычала но на то никто не обращал внимания.

Толик снова меня спросил: «Ну так что пощечин то хочешь?» Я закивала так усердно,...

 Читать дальше →
Показать комментарии
наверх