Расчленение добродетели или Секретный дневник мадемуазель N.

Страница: 1 из 18

Автор: Катерина Фон Рейтенвальд

Перевод выполнен Екатериной Садчиковой. Ваши отзывы о книге и пожелания по переводу можете присылать на адрес klanville@mail.ru

Если страдание и даже боль имеют какой-то смысл, то он должен заключаться в том, что кому-то они все-таки доставляют удовольствие.

(Фридрих Ницше)

ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА

Этот замечательный дневник был обнаружен в архиве знаменитого писателя и мыслителя революционной эпохи — маркиза Киннерштайна. В годы молодости маркиз сыскал себе славу распутника и охотника до женщин. Однако, в последний период жизни, Киннерштайн приобрел известность свободомыслящего, не терпящего компромиссов человека, исповедующего идеалы терпимости и умеренности. Несмотря на то, что большая часть философского наследия маркиза касается вопросов бытия и смысла жизни, отдельные произведения, входящие в состав его огромной коллекции сочинений, относятся к области нравов.

Приведенный ниже дневник мадемуазель N, по всей видимости, написан рукой известной арканистки м-ме Н... н, которая прославилась изучением любовных и наступательных магических эффектов. Большая часть найденных ею заклинаний, впоследствии получила имя первооткрывательницы и до сих пор с успехом используется владетелями тайных сил. Произведение N детально и ярко раскрывает перед читателем нравы поздней империи. Как вы, наверное, знаете, в ту развратную эпоху ярко процветал культ женщины, описывающий последнюю, как несравненный источник счастья, наслаждения и любви. Книга арканистки содержит на своих страницах интереснейшие сведения, касающиеся обычаев имперской эпохи, а также включает информацию о нравственных представлениях людей, и несколько замечательных философских отступлений, касающихся вопросов воспитания, семьи, брака и проституции. Вне всякого сомнения, N не всегда разделяет мысли всех героев своего исторического повествования. Однако, она никогда не отказывается вставить в свою работу те реплики и философские высказывания, которые в силу своей спорности или неординарности привлекли к себе ее острый, женский ум...

Авторы перевода искренне надеются на то, что читатели не станут претворять в жизнь излишества имперского режима, ибо процветания и спокойствие общества целиком зависит от умеренности и здравомыслия всех его членов.

25 Ведьминой ночи, 1784 года.

Первые строки своего дневника, авторы подобных творений, как правило, посвящают себе. Однако, я не столь эгоистична в собственных желаниях, и постараюсь сказать о своей персоне всего лишь пару общих слов. Я страстная красивая женщина, посвятившая свою жизнь вопросам изучения магического искусства. Мне уже далеко за тридцать, но я все еще свежа и охоча до плотских ощущений. Что касается моего облика, то пусть возможный читатель сам домыслит его. Я не буду тратить драгоценные чернила на описание тех красот, которые со временем заберет неизбежная старость. Истинная молодость человека всегда находится в глубине души и физическая немощь, конечно же, не является однозначным признаком душевного краха. Пока человек ощущает себя молодым, он и остается им, несмотря на нелепые думы окружающих завистников. Впрочем, я еще не так стара, чтобы распространяться на эти неблагодарные и печальные темы.

Собственно, уважаемый читатель (или, что еще лучше, читательница), свой дневник я начала как педагогический журнал, должный описать воспитательный процесс, развернувшийся между мною и моей племянницей Ребеккой — прелестной сиротой, не так давно оставшейся без матери и наследства. Ребенка обделили злые, невежественные родственники, умело воспользовавшиеся неопытностью моей племянницы в юридических вопросах, и сумевшие подкупить для достижения своих черных целей не только местных судий, но и непосредственных представителей Имперской власти. У Ребекки отняли дом, имение и все имеющиеся в наличие деньги.

Таким образом, вытащив девушку из мерзкого гадюшника злодеев и лицемеров я привезла Ребекку в своей дом, надеясь воспитать ее по своему образу и подобию. Кроме того, я собиралась подыскать девушке порядочную партию и, несмотря на свой, малый опыт в описываемом вопросе, сумела договориться о браке с представителями молодого, но богатого рода Фон Эйзенхофен. Однако, свой дневник я начинаю именно сегодня, поскольку в этот знаковый день я решила дать своей малолетней племяннице представление о тех вопросах, которые ее глупая и жесткосердечная мать случайно или намеренно обошла стороной.

Сегодняшним утром, мы вместе с Ребеккой путешествовали по цветущим долинам Вайтхилла, наблюдая за красотами пробуждающейся природы и разговаривая о всякой всячине, обыкновенно проскальзывающей в беседе между племянницей и любящей теткой. Поскольку Ребекка в самом скором времени должна была выйти замуж, наши беседы непрестанно касались романтических ситуаций и любовных тем. Слушая приятный голос своей племянницы, я с изумлением осознала, что она непрестанно говорит о возвышенной духовной любви, но совершенно ничего не знает о физической стороне этого восхитительного процесса. Конечно, это был непростительный просчет со стороны моей жестокосердной старшей сестры, который требовалось исправить в самое ближайшее время.

Однако, я не спешила приступать к активным действиям и с удовольствием взирала на то милое дитя, что сидело напротив меня. Мой дорогой читатель, позволю себе на время прервать повествование и описать тот нежнейший цветок, что оказался вместе со мной в одном экипаже. Детальный рассказ о нежных красотах молодой девушки поможет вам прочувствовать всю прелесть соблазнения, которую я испытала в дальнейшем.

Итак, моей племяннице Ребекке лишь недавно исполнилось 17 лет. Ее красота была заметна и в более юном возрасте, но только теперь она достигла той степени расцвета, глядя на которую у мужчины немедленно проявляются плотские желания. Ребекка была черноволоса так же, как и ее рано умершая мать. Глаза ее были полны бездонной синевой и в них светилась та искренняя наивность, которую чрезвычайно сильно любят развратники всех мастей. Фигурка у Ребекки была стройная, а бедра обещали рай всякому, кто сможет коснуться их скрытых прелестей. Грудь у моей племянницы была не очень большой, но красивые бутоны сосков уже начинали проглядывать сквозь плотную ткань прогулочного платья. Перед тем как отправиться в путешествие, я купила Ребекке синевато-серое платье и замечательную треуголку, на левой стороне которой было прикреплено украшение в виде цветка, усыпанного драгоценными камнями. Руки моей племянницы были облачены в высокие серые перчатки, а на ногах ее можно было увидеть маленькие туфельки на каблучках. Короче говоря, своей девственной красотой моя племянница могла очаровать практически любого мужчину. К своей беде, ее совершенная красота подействовала и на меня.

На всем протяжении нашего путешествия я мечтала о том, как мои поцелуи покроют ее нежную шею и грудь. Одинокими ночами мои мечты становились все более безудержными, и мне приходилось активно использовать свою руку, дабы дать успокоение своему взвинченному телу. Пытаясь принести себе хоть маленькую частичку истинного удовольствия, я до болезненных ощущений теребила свою дырочку и непрестанно массировала то один, то другой сосок, доводя себя до безумия самыми изощренными фантазиями. Иногда, я представляла, как тело Ребекки изгибается под ударами моего хлыста. В другой раз я доводила себя до оргазма, взирая мысленным взором на групповые совокупления с глупышкой. Наконец, когда мое терпение подходило к концу, я ловкими движениями пальцев надавливала на клитор и с воплем испускала из себя потоки вязкой жидкости.

Интересно, о чем думали служанки постоялых дворов, взирая на простыни одиноко путешествующей женщины, обильно политые женскими соками — прим. м-м N.

Впрочем, я немного отклонилась от событий сегодняшнего дня. До полудня мы с Ребеккой болтали о всяких небылицах и интересных событиях. Я рассказывала ей о магических искусствах, а также об арканных энергиях,...

 Читать дальше →
Показать комментарии
наверх