Месть старшей сестры (инфантилизм).

Страница: 8 из 10

придет заботливая няня, подмоет между ножек и завернет в новые, сухие пеленки.

Наташа неожиданно протянула ко мне руку и пощупала мои пеленки.

 — Интересно, в каком сейчас состоянии твой подгузник, — улыбнулась она, — До сих пор сухой?

Я обиженно поджал губы.

 — Что надулся? — спросила меня Наташа, — Все малыши писают и какают в подгузник. Думаешь, я тебя просто так обернула между ножек марлей? Я же знаю, что ты сейчас туда пописаешь. Потому что ты сегодня все делаешь, как маленький.

 — Я не маленький! — снова запротестовал я.

 — А кто, большой? — засмеялась Наташа, — Уже забыл, как ты недавно описался? Большие дети ходят на горшок, а мне этого от тебя пока не удалось добиться.

Девушки дружно засмеялись.

 — Ну что молчишь? — не унималась Наташа, — Разве я не права? Ты же сейчас, как грудной малыш, описаешься и наложишь кучу себе в подгузник.

Чувствуя, что у меня почти не осталось сил терпеть два мучительно сильных позыва, я с обидой понял, что Наташа была права.

 — А вы, девчонки, как считаете? — с улыбкой обратилась Наташа к стоящим рядом девушкам, — Саша ведет себя, как большой ребенок? Или маленький?

 — Еще спрашиваешь! — засмеялась Ксюша, — Твоего мальчишку сейчас не отличить от грудного малыша.

 — Я большооо... — закричал я и неожиданно осекся, громко обкакавшись.

Повисло неловкое молчание, сменившееся оглушительным хохотом.

 — Не хочешь нам сказать, что случилось? — шутливо спросила меня Наташа.

 — А ты не догадываешься? — засмеялась Оля, — Твой мальчишка только что наложил кучу в подгузник!

Я продолжал увеличивать кучу у себя под попой. Противная теплая масса растекалась во все стороны, не помещаясь в тесный подгузник.

 — Ну что, Саша? — улыбнулась моя сестра, — Будешь признаваться, что ты только что сделал?

 — Как сразу покраснел, — засмеялась Ксюша, — Что, стыдно лежать с кучей в подгузнике?

Не зная, куда деться от смущения, я окончательно сдался и повинуясь второму нестерпимому позыву, пустил в марлевый подгузник сильную струю.

 — Ой, смотрите, девчонки! — неожиданно крикнула Ксюша, показывая на меня пальцем, — У карапуза даже пеленки насквозь мокрые.

 — Ага, я тоже заметила это мокрое пятно, — подтвердила Оля, — Как раз между ножек.

 — Значит Саша уже и написать себе в подгузник успел, — улыбнулась Наташа.

Весь красный от смущения, я продолжал вовсю писать в марлевый подгузник.

 — С каким удовольствием мы писаем в пеленки! — засмеялась Наташа, — Я знала, что тебе, Саша, понравится быть малышом.

 — А как только что кричал, что большой! — улыбнулась Ксюша, — И чем он сейчас отличаешься от остальных малышей, которые писают и какают в пеленки?

 — Самое интересное, что на горшок ходить отказывался, — не унималась Наташа, — А стоило запеленать, как грудного, сразу сходил в подгузник и по-маленькому, и по-большому.

Девушки снова засмеялись. Несколько минут я вынужден был слушать, как они шутливо обсуждают мои мокрые пеленки.

 — Наверное надо помочь тебе подмыть карапуза, — предложила Оля.

 — Не хочу прямо сейчас подмывать, — сказала Наташа, — Пусть полежит полчаса мокрый. В наказание за упрямство.

Я подумал, что девушки снова сядут на диван и в кресла, но они вышли из комнаты, оставив меня одного. Мне было очень неуютно в мокрых пеленках, особенно когда они начали остывать. Я лежал, боясь пошевелиться, потому что каждое движение вызывало противное перемещение большущей кучи в тесном подгузнике. Вскоре я с удивлением почувствовал, что мне снова хочется писать. Догадавшись, что Наташа все-таки подмешала мне в молоко мочегонное, я чуть не заплакал от обиды.

 — Ну что, семилетнее чудо в мокрых пеленках, — обратилась ко мне Наташа, вернувшись вместе с подругами в комнату, — Буду сейчас тебя подмывать. Хотя если честно, так не хочется.

 — Что, грязного подгузника испугалась? — со смехом спросила Оля.

 — Представляю, что у мальчишки там творится! — засмеялась Ксюша.

Все трое подошли к столу.

 — Сейчас посмотрим, что Саша нам приготовил, — улыбнулась Наташа, начиная разворачивать мои пеленки.

Быстро меня распеленав, Наташа осторожно развернула подгузник.

 — Ничего себе обкакался! — засмеялась Ксюша, показывая пальцем мне между ног, — Даже писюнчик с яичками грязные!

 — У обкакавшихся мальчиков это обычное явление, — заметила Оля, — Давай-ка лучше посмотрим, как у карапуза выглядит попа.

Наташа рывком задрала мне ноги вверх. Лежа перед тремя девушками голышом, я не знал, куда деться от смущения.

 — Я и не представляла, что ребенок может в семь лет так обкакаться, — заметила Ксюша.

 — И я смотрю на его грязную попу и не верится, что перед нами семилетний ребенок, а не семимесячный малыш., — улыбнулась Оля.

Услышав, как Ксюша тихонько захихикала, я густо покраснел.

 — Ну так что, Наташка? — спросила Оля, — Помочь тебе подмывать мальчишку или сама с ним справишься?

 — Еще спрашиваешь? — улыбнулась Наташа, — Конечно помоги.

 — Тогда подержи пока карапуза вот так, с задранными вверх ножками, — попросила Оля, — А я сейчас вытру мальчишке попу его же собственным подгузником.

Я почувствовал, как Оля начала вытирать мне попу мокрой марлей.

 — Ну как? — спросила Оля мою сестру через пару минут, — Посмотри, какая у карапуза чистая попа.

 — Даже не скажешь, что только что обкакался, — заметила Ксюша.

Оля потянула меня за ноги, приподняв попу, чтобы вытащить из под нее мокрые пеленки с подгузником.

 — Давно я уже Сашу не подмывала, — вздохнула Наташа, — Придется сейчас все вспомнить.

 — А можно мне попробовать? — неожиданно попросила Ксюша, — Так хочется повозиться с твоим голеньким карапузом.

 — Попробуй, — с улыбкой согласилась Наташа, — Посмотрим, как у тебя получится.

 — Только нужно, чтобы кто-то подержал мальчишку, — сказала Ксюша, — Мне одной с таким большим не справиться.

 — Хорошо, подержу, — вздохнула Наташа, — Хотя, если честно, я уже устала с Сашей возиться.

 — Давай я подержу ребенка, — предложила Оля, — Сейчас мы с Ксюшей быстренько подмоем твоего карапуза.

 — Спасибо, девчонки, — улыбнулась Наташа, — Я и вправду так устала.

 — Отдыхай, — сказала Оля, — Все, что нам сейчас от тебя нужно — это миска с водой, детское мыло и несколько тряпочек.

 — Сейчас принесу, — сказала Наташа.

Моя сестра вышла из комнаты и ее место у стола тут же заняла Оля. Послышался шум воды в ванной. После продолжительного отсутствия Наташа вернулась в комнату, осторожно неся в руках полную миску воды.

 — Вот вам вода, мыло и тряпочки, — сообщила Наташа, — Ничего, что вода холодная? Не дождалась, пока пойдет горячая.

 — Ничего с таким большим ребенком от холодного подмывания не случится, — сказала Оля.

Представив, что незнакомая шестиклассница сейчас начнет меня подмывать, я густо покраснел.

 — Поднимаем ножки вверх, — сказала Оля и рывком задрала мне ноги, — Чуть-чуть разводим в стороны и до отказа задираем....  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх