Летнее приключение. Тим. Часть2

Страница: 3 из 4

толстячок показывал мне, что готов проникнуть в меня, но всякий раз я нежно отводил его желания в сторону. После такой бурной ночи надо было отдохнуть от любовных утех, много сил и эмоций потрачено, да и попка приятно побаливала и чесалась внутри и снаружи. Тим же просто изнывал от истомы, то натрет меня кремом для загара, то массаж делать возьмется через каждые двадцать минут, а уж про поглаживания и прочее я молчу! А мне хотелось просто поваляться на берегу, послушать птичьи трели или шум ветерка в вершинах корабельных сосен, вдыхать запахи воды и леса. Мне стало жалко моего пылкого любовника, и я предложил сам сделать мне массаж:

 — Тим, милый, помни мне грудь и ножки.

Тим с готовностью принялся поглаживать мою грудку, животик, ножки. Руки у него нежные и теплые, так что скоро мои соски и перчик затвердели, дрожь истомы прокатилась по телу. Тим лег на меня и стал жадно целовать мои губы, лицо, шею, щекотать языком за ушами, тереться своим перчиком о мой член. Немного погодя спускаясь вниз, целовал и покусывал мои соски, мне было очень приятно, но я был на чеку. Как только его перчик коснулся мое попки, я просунул руку и взял его трепещущий фаллос:

 — Тимка, там все твое, но попочка еще не готова к повторению этой ночи.

В ответ он что-то невнятно простонал.

 — Милый, давай как-нибудь по-другому?

В ответ опять мычание.

 — Ты ласкал когда-нибудь языком клитор? Тим, не глядя мне в глаза, замотал головой.

 — Так представь что мой перчик это большой и сочный клитор, мне будет очень приятно, если твои нежные губы возьмут его в свои объятия: шептал я на ушко обалдевшему от истомы Тиму.

Тим, медленно опускаясь вниз, стал покрывать мое тело поцелуями, пока его губы не коснулись головки моего перчика, я вздрогнул, волна неги пошла по моему телу, заливая меня краской. Высвободившись, из объятий Тима, я быстро перевернулся и стал, в ответ, ласкать сочащийся перчик моего любовника.

Тим делал это не умело, сразу видно, что впервые, так что в начале мне было немного больно. Я направлял его:

 — Потише милый, двигай рукой!

 — Не так сильно прикусывай головку!

 — Ты больно царапаешь зубами!

 — Не так сильно массируй яички!

Тим понял, что я от него хочу и дальше все пошло как надо, ни боли и дискомфорта не было, лишь приближающееся семяизвержение, руководило нашими действиями. Заглатывая и медленно выпуская мой перчик изо рта, Тим слегка покусывал его головку, меня бросало то в жар, то в холод. Он сосал его так, словно это был единственный в мире центр удовольствий, точнее, он стал единственным для него.

Я постанывал от удовольствия, тихонько двигая перчиком у него во рту, ему это понравилось, Тим просто сжимал губами мой перчик, а я некоторое время двигал им. Затем Тим взял инициативу в свои руки, теперь я повиновался его ласкам. Ему направилась моя реакция, когда он принимался щекотать языком отверстие моей головки, тело покрывалось мурашками и начинало дрожать. Еще Тим понял, что к легкому покусыванию, внутренних сторон бедер, я не равнодушен. Он кусал меня и наслаждался реакцией моей плоти. Я тоже не отставал от моего ласкового котенка в расточении ласк.

Толстячок Тима весь сочился желанием, большая головка стала лиловой от напряжения. Любуясь совершенством и красотой его фаллоса, ощущая губами и руками его упругость, моим стремлением было получить вожделенный нектар жизни, так обильно заполняющий мою попку, но еще не капли не попавшего на мои вкусовые рецепторы во рту. Так же как Тим, я нашел ласки, на которые его тело особенно бурно отвечало. Плоть, скрывающая головку перчика, туго облегала свою хозяйку, стоило мне губами освободить красавицу из темницы, как Тим начинал дрожать всем телом и так же как я покрываться мурашками.

Складывая губы буквой «О», обнажал головку, одновременно слегка покусывая зубами ее напряженное тело, затем снова губами и рукой заключал ее опять в темницу плоти. Подталкивая толстячка себе в рот, поглаживая рукой мошонку, тем самым, стимулируя оргазм, я дал понять Тиму, что мне это очень нравиться, что надо смелее входить в меня. Вскоре его перчик уже сновал у меня во рту, увеличивая ритм движений, пока, наконец, семенной канал не наполнился готовой к извержению спермой.

Тим дернулся еще раз, и в мой жаждущий рот полилась вожделенная жидкость, делая движения рукой и губами навстречу головке, слегка пережимая семенной канал его члена, что бы не захлебнуться от потока спермы, натуральным образом, порция за порцией, выдоил Тима до последней капли.

Должно быть вкус, запах семени возбудили меня, мой перчик напрягся, а яички выплеснули во влажный и горячий рот Тима свое содержимое. Он жадно и судорожно сглотнул мое семя, которое полилось потоком. Заглатывая семя Тим, нежно водил рукой по внутренней стороне бедра, по ягодицам и по пустеющим яичкам, высасывая из меня последнюю сперму. Он не отвернулся и до конца продолжал ласкать меня и делать приятное, хотя сам уже удовлетворил свое желание, даже с его неопытностью, умудрился не проронить не одной капли семени. Ему явно понравился его первый опыт орального секса.

Когда мы закончили, я лег головой к нему на плечо. Гладя наши тела руками, мы целовались, тем самым благодаря друг друга за те мгновения страсти, что были у нас.

Еще не раз мне пришлось удовлетворять неуемное желание Тима, пока в последний раз его семенники выплеснули в меня не бурный поток, а ручеек спермы. Мой любовник временно насытился ласками и являл собой картину довольного, сытого кота нежившегося на солнцепеке.

Солнце клонилось к закату, на берегу становилось прохладно. Мы стали собираться домой. Я немного устал, о чем сказал Тиму. Он с готовностью предложил отнести меня на руках домой. Легко подхватил меня на руки и понес. Мне было очень приятно, до этого ни один из моих любовников не носил меня на руках. Я обхватил его шею руками, прижался к нему телом и наслаждался возвращением домой и перекатами мускулов под кожей его тела. Тим сильный парень, он нес меня как пушинку, дышал ровно и спокойно, он донес бы меня до дому, но я сам сказал:

 — Пусти, не все в деревне, таких как мы широких взглядов на жизнь.

Тим нехотя опустил меня на землю, и мы на расстоянии друг от друга прошли к нашему дому. Зато в сенях он опять подхватил меня на руки и отнес на диван.

 — Полежи, а я пока соберу на стол.

Есть мне не хотелось, мой желудок был полон почти чистым протеином, но отказать моему пылкому любовнику я не хотел. Полежал так минут пятнадцать, встал, включил музыку и включился в приготовление ужина. Аппетит приходит во время еды, так что протеин протеином, а от аромата жареного мяса у любого пусть даже сытого человека слюнки потекут. Поужинали мы с большим аппетитом. Ничего делать не хотелось, и мы просто молча сидели, обнявшись, любуясь закатом солнца. Тим тоже притомился за день, скоро он едва мог скрывать зевоту.

 — Милый пошли баиньки: нежно проворковал я ему на ухо.

 — Пошли Ириша, спать хочется, нет мочи.

Подхватил меня с дивана и понес в спальню, там положил меня на кровать, снял в начале с меня, а потом с себя одежду, сгреб меня в объятия и засопел. Он улыбался, когда засыпал, я улыбнулся в ответ и тоже заснул.

Ночь прошла спокойно, иногда в полудреме я чувствовал, как руки Тима гладят во сне мое тело, его жаркое дыхание щекочет мою шею, да перчик упирается мне в ягодицы.

 — Хорошо, что не снял трусики: думал я сквозь сон.

Проснулись мы почти одновременно бодрыми и выспавшимися. Глаза Тима озорно смотрели на меня, когда он щекотал меня за ухом:

 — Вставай соня, все проспим! Прижавшись к нему плотнее, я спросил:

 — Что проспим?

 — Прекрасное утро, росу, веселый щебет птиц под окном!

Я ...  Читать дальше →

Показать комментарии (1)

Последние рассказы автора

наверх