Cuckold по-русски. Часть 3

Страница: 6 из 11

бы ему не открыть свое истинное лицо? Тебе бы разве не хотелось, чтобы во время беседы с симпатичными тебе мужчинами он входил в твое поле зрения, лишь когда тебе это нужно (например, чтобы что-нибудь принести или приготовить), а так он мог бы находиться на кухне или под столом массажировал тебе ступни. И не в костюме, а голый или в твоем ношенном нижнем белье, или в одном кухонном переднике чтобы твои гости не воспринимали его всерьез, относились как к декорации, уделяя внимание исключительно тебе, как ты того и заслуживаешь. Я могу тебе помочь со всем этим. Поэтому я прошу тебя пригласить меня на вашу куколд-церемонию, чтобы официально стать твоим главным любовником.

Я поразился, обо мне говорили так, как будто меня здесь не было, как будто я действительно был пустым местом, и Катя продолжила этот диалог:

— Говорите вы очень красиво. Про воспитание мужа и его истинное место в доме — мне тоже понравилось. Но вот где слова, а где вымысел? Тенгиз, может и несколько мягок, но конкретен, от вас же пока я слышу одни лишь слова...

— А ты хочешь, чтобы я продемонстрировал свои возможности?

— Ну, продемонстрируйте, если есть что демонстрировать, — Катя явно провоцировала нашего нового знакомого.

— Хорошо, — Жилин встал из-за стола и стал расстегивать свою ширинку, — Я хочу обоссать твоего мужа, чтобы он сразу понял кто есть кто, и что меня не обмануть костюмами и важными лицами: я чувствую его натуру, натуру рогоносца-пиздолиза, который только и мечтает вылизывать чужую сперму из пизды своей жены. Скажи ему, чтобы он подошел ко мне и встал на колени.

Я выжидательно уставился на Катю: что она предпримет в этой ситуации. И с удивлением обнаружил, что губки ее едва заметно задергались, верный признак, что она сильно возбуждена, но пытается скрыть это от посторонних глаз. И она приняла решение:

— Дима, подойди к Григорию Михайловичу и встань перед ним на колени. Ну же!

Сам не понимая, что происходит (и со мной ли это происходит?), я медленно двинулся к достающему свой синеватый член из брюк Жилину и встал перед ним на колени, опустив голову вниз.

А Жилин продолжил шоу:

— А теперь Катя, я жду твоей команды. По команде «ссы!» я обмочу твоего муженька.

Катя закусила губу, ее стало немного пошатывать и каким-то не своим грудным голосом она произнесла:

— Ссы...

Сверху на меня обрушился теплый вонючий ливень. Моча лилась мне на голову, стекала на костюм, брызгала в лицо... Не знаю сколько это продолжалось, но мне казалось, что этот мой позор длился вечно. Когда поток иссяк, Жилин деловито стряхнул на меня последние капли мочи и сказал Кате:

— А теперь прикажи ему подготовить мой хуй к сексу с тобой. Пусть сосет, пока он ни примет боевое положение.

И Катя, как мне показалось, на автомате сказала:

— Дима, соси Григорию Михайловичу хуй, чтобы он встал...

Наверное, любой мужчина в какой-то момент может дать слабину и вести себя как баба. Но что-то таких моментов в моей жизни становилось все больше и больше. И я даже не пытался сопротивляться, а покорно взял член в рот и принялся его насасывать (причем, к своему стыду, делал это с удовольствием, с каким-то свинским, мазохистским вожделением). То ли я сосал хорошо, то ли атмосфера действовала на Жилина возбуждающе, но его пенис очень быстро стал твердеть, и вскоре в моем рту помещалась одна лишь его головка. Он вытащил свой член из моего рта:

— Ну, хватит. Побаловался и будет. Я не тебя пришел ебать, а твою жену.

После этого он с торчащим из брюк членом подошел к Катюше (у которой к тому моменту, судя по ее глазам, рассудок совсем помутился):

— Могу поспорить, что у этой шлюхи нет нижнего белья, а ее дырка вся промокла, — и он одним движением сверху донизу разорвал на ней вечернее платье. Катя только и воскликнула: «Ах!», и прижалась к нему, чтобы не упасть от нахлынувшей волны оргазма. А Жилин, глядя на голое тело моей жены, и демонстрируя Тенгизу отсутствие на нем нижнего белья, сказал:

— Я же говорил... Я настоящих блядей за километр чую, — затем он запустил руку ей между ног, — О, да здесь кораблики запускать можно! Затем он взял Катю на руки (она нежно обняла его за шею) и понес в соседнюю комнату на кровать. Проходя мимо меня, он приказал:

— Пока я буду ебать твою жену, приберись здесь, а то мочой воняет...

Униженный и оскорбленный я посмотрел на Тенгиза. Он подмигнул мне и ободряющим голосом прошептал:

— Два миллиона долларов, понял?

Я прибрался и принял душ, три раза вымыв голову с шампунем, потому что мне продолжал мерещиться противный запах мужской мочи (у моей жены моча пахла намного приятнее и нежнее, и я так любил ее вкус во время занятия сексом...).

Часа через два из спальни вышел мокрый от пота голый Жилин, который с уставшей, но довольной физиономией сказал Тенгизу:

— Ты был прав: первоклассная шлюха, и главное, настоящая. Как будто двадцать лет сразу скинул. Я ее теперь тебе не отдам...

Тенгиз утвердительно ему кивнул:

— Я никогда друзей не обманываю...

Жилин пошел в душ, а из спальни на полусогнутых ногах вышла вся растрепанная Катя, по ногам которой из киски стекали ручейки спермы:

— А где Григорий?

— Моется в ванной, — ответил ей Тенгиз, — Молодец, девочка, он от тебя в восторге.

Тут Катя неожиданно заулыбалась:

— Я не только поэтому молодец, есть еще кое-что... — моя жена выдержала эффектную паузу, — Он в меня кончил два раза, а у меня сегодня опасные дни, так что...

Тенгиз поднял бокал и встал:

— Дима, давай выпьем за твою жену стоя — она просто богиня!

Потом Жилин вышел из ванны, одевшись в банный халат. Он сел за стол, усадил к себе на колени по-прежнему голую Катю и что-то шепнул ей на ухо. После чего моя жена обратилась ко мне:

— Дима, во-первых, не культурно при голой жене ходить в одежде, так что разденься до гола. А во-вторых, Григорий Михайлович абсолютно прав: когда ко мне приходят гости, мои любовники, то твое нахождение за столом является не желательным. Ты отвлекаешь всех от главного: от внимания к твоей жене, а это недопустимый эгоизм с твоей стороны. Поэтому, если хочешь находиться в этой комнате, то лезь под стол и обсасывай мне пальчики на ногах — я так люблю, когда ты это делаешь. А если нам что-нибудь понадобиться, то я дам тебе знать, и ты это сделаешь.

Что тут поделаешь, когда жена распоряжается нетерпящим возражений тоном. Я снял с себя всю одежду, залез под стол и с усердной нежностью стал облизывать и обсасывать каждый пальчик на ее прекрасной и родной ножке.

Компания выпивала и разговаривала (все темы крутились вокруг Кати: мужчины осыпали ее комплиментами, в которых с разными восхитительными эпитетами звучало слово — «шлюха»). Несколько раз по команде жены я вылезал из-под стола, приносил еще напитки, резал и подавал закуску. Когда было уже поздно компания засобиралась и Жилин сказал Кате:

— Собирайся, поедешь ко мне, посмотришь как я живу, увидишь свой будущий дом.

— Но я же раздета...

— А зачем тебе одеваться? Накинешь летний плащ на голое тело и поедем: одежда тебе все равно не понадобиться.

Когда они уходили, Катя бросила мне на прощание:

— Все, дорогой, я уехала, веди себя хорошо, приберись здесь после нас, вернусь... Короче, не знаю, когда вернусь, — на этих словах моей жены мужчины рассмеялись и захлопнули за собой дверь.

И я опять один, опять в гостиничном номере, наедине со своими мыслями. «Неужели Катя всерьез хочет так жестоко обращаться со мной? Или это все игра из-за двух миллионов? Но если это игра, почему она так возбудилась, глядя, как ее мужа унижают. И как она радовалась, что Жилин в нее кончил в опасные дни, и что она, скорее всего, залетела от него. Разве это только из-за денег? Нет, по-моему, ей это и на самом деле нравится»...

От всего произошедшего я чувствовал себя ужасно униженным, но я не мог врать сам себе, я же чувствовал,...  Читать дальше →

Показать комментарии (1)

Последние рассказы автора

наверх