Возвращение. Акт 1

Страница: 4 из 5

кивал.

 — Например, — сказала мама, беря меня за подбородок и глядя в глаза, — хочешь, сделаю так, что у тебя сразу встанет?

В подтверждение я только слюну сглотнул.

Мама отодвинулась и поставила левую ногу на кровать, подол ее платья при этом растянулся между коленками. А потом стала подбирать подол, собирая в складочки на середине ляжки. Я не мог оторвать взгляда от ее плоти, обтянутой темным нейлоном колготок. Теперь я окончательно сошел с ума. Мы все свихнулись.

И вот ее соблазнительно согнутая нога почти обнажилась. Тогда мама просунула правую ладонь под подобравшийся подол и стала трогать и ласкать себя там, в сосредоточии тьмы. А потом высунула кончик языка и провела им по верхней губе, глаза ее закрылись.

 — Посмотри на свою ширинку, — сказал отец.

Я подчинился. Перед «ливайсов» оттянулся сантиметров на пять вперед. Жесточайший стояк! Так вот почему мой пах буквально разрывается от боли!

Мама вновь опустила ногу и одернула юбку. Шоу закон... Она подошла ко мне и, схватив за ворот футболки, притянула мое лицо к своему. Мама ткнулась губами в мои губы, а потом резко просунула язык мне в рот и принялась ворочать, как заправский бур. Я впервые целовался взасос с девушкой, и это была моя мама! Ее слюна была бесподобна, фантастична на вкус! Даже сложное сочетание мяса, вина и овощей только добавляло нашей ласке пикантности.

Но вот мама разорвала поцелуй, хоть я был готов еще лизаться с ней хоть всю ночь. Я почувствовал, что все мое тело сотрясает дрожь. Мама улыбнулась.

 — Не бойся, сына! Солдат ребенка не обидит...

Потом мама вновь плотно притиснулась ко мне, обняла... и стала сползать вниз по моему телу, при этом не отрывая взгляда от моего лица. Когда мой оттопыривший джинсы член проехался между холмами ее грудей, я не смог сдержать стона от мгновенного экстаза. Мама окончательно встала передо мной на коленки и, расстегнув мои штаны, стянула их вместе с трусами до колен. Мой бивень торчал... как и положено бивню.

 — Ох, какой он у нас красавец! Мама любит своего мальчика, — мама повернулась к отцу. — Паша, смотри, как наш мальчик вырос!

Папа из кресла одобрительно покивал.

 — Моя порода! Года через четыре окончательно силой нальется — бабам спуску не даст! — он сидел сцепив пальцы на животе, глаза полуприкрыты, на лице довольная безмятежность.

 — И не надо бабам Сережиного «спуску», я для чего? — мама снова повернулась ко мне и спросила: Хочешь мама тебе минет сделает?

Я судорожно кивнул. Не отрывая взгляда своих блестящих в сумраке глаз от моего лица, мама пошире открыла рот и осторожно насадилась им на мой член. Я задохнулся от приступа удовольствия. Горячо! Мягко! Обволакивающе сладко! — вихрь ощущений. А мама принялась насасывать и заглатывать целиком, и облизывать головку и совать себе за щеку, и лизать вдоль всего ствола.

При этом она постоянно следила за моей реакцией, как я корчусь от удовольствия и бормочу сквозь зубы «мамочка, мамочка»...

Вынув член изо рта, мама спросила:

 — Нравится?

 — О-о-о...

Вот все, что я смог из себя выдавить.

 — Хочешь маме доставить удовольствие?

Я кивнул.

 — Тогда раздень меня, — мама поднялась на ноги.

Я трясущимися руками поднял подол ее платья и — впервые! — взял ее за талию. Потом зацепил пальцами края чулков и трусов и потянул вниз. Сам опустившись на коленки, осторожно снял их и, не удержавшись, пал ниц и стал целовать и облизывать ее обнаженные ступни.

 — Ах, милый, — сказала мама и села на кровать. Она подобрала подол юбки и расставила ноги пошире. — Смотри, теперь это твое...

Видно было плохо. Только кустик вьющихся волосков между волшебными толстыми ляжками. Тогда мама откинулась на спину, опираясь сзади на руки, и подняла ноги, сгибая их в коленках. Ее пися открылась во всей красе. Багрово-темная с разработанными большими губками, на кончиках которых блестели капельки влаги. Мама меня хотела! И не заставил себя ждать.

Конечно, о куннилингусе я знал только теорию, но пыл вложил весь! Я лизал маме ее большой круглый клитор, облизывал губы и совал язык как можно глубже ей в писю, при этом крепко держа ее за бедра. Я упивался ее соками, терпко-сладкими, душистыми, сводящими с ума. Я чмокал и лакал, как собачка. Мама стонала и то опускала, то поднимала ноги, а потом догадалась положить их мне на плечи. Я задыхался от наплыва чувств. Мама ерзала попой, а потом вскрикнула, сильно сжав ляжками мою голову, забилась в оргазме. Когда она отпустила меня, мои уши и шея горели от перегрузок.

Она гладила меня по голове и улыбалась очень счастливо.

 — Спасибо, милый... Ты такой нежный... Давай мамочка тебе даст за это...

Я поднялся на ноги и перевел дух. Потом снял джинсы, но остался в футболке: я стеснялся своего немного рыхлого тела. Мама же стянула с себя платье через голову и, расстегнув лифчик, выпустила на волю свою белую мягкую грудь. Ее сиси обвисли, но соски задорно торчали из центра маленьких темных кружков. Я опять опустился перед ней на колени и присосался к левой груди, лаская правую пальцами. Я сосал сисю пару минут, наслаждаясь стонами мамы, а потом она стала ложиться на кровать, потянув и меня за собой. Легли мы не как обычно они спали, а головой к зеркалу и двери. Я лежал — просто — на маме и в последний раз оглянулся на отца, как бы требуя полномочий.

Он сидел в той же позе, — только без штанов, рубашка расстегнута, — и надрачивал свой здоровенный толстый дрын. По-моему, других подтверждений не требовалось. Я, не поворачивая головы, смотрел, как мама располагает свои раздвинутые ляжки, как устраивает свои икры на моей попе. Потом я посмотрел ей в лицо.

 — Сейчас будет фокус, милый прошептала мама и взяла меня рукой за член. Одно движение ее кисти, и я очутился в каком-то теплом, влажном и нежном местечке... Как ее рот, только еще теснее и вкуснее. Детки, нет места безопаснее и приятнее, чем любящая мамина пися.

 — Подвигайся, подвигайся в ней сынок, — услышал я голос отца. И повиновался ему, пытаясь подражать героям порнофильмов.

О, они были не дураки! Как здорово, как хорошо! Я таращился на мамино лицо, искаженное страстью, на ее растекшиеся сиськи и мягкий живот.

 — Сейчас мама тебя приголубит, — жарко зашептала она и принялась вовсю ворочать подо мной попой. Внутри происходило нечто невообразимое, там то сжималось, то отпускало, то какие-то волны прокатывались вдоль моего ствола.

Я схватил маму за толстые бедра, навалился на нее и принялся бешено качать, стараясь глубже вбить свой кол в ее письку. Он стала кричать от удовольствия. Любимая мамочка кричала подо мной! Страсть туманила мой разум, член словно обволакивало тысячи языков. Я не сдержался и тоже закричал:

 — В письку, в письку, в письку!

Член взорвался, как коробка китайских петард. Я конвульсивно дергался на маме, спуская в нее поток спермы. А за два дня ее накопилось изрядно! Потом я обессилено повалился на маму. Она обняла меня руками, как давеча отца, теснее прижимая к себе.

 — Милый, милый, — шептала она. — Тебе хорошо было? Не больно, не страшно?

Я с благодарностью смотрел в ее счастливые глаза.

 — Спасибо, мамочка. Ты самая лучшая в мире!

 — Не за что, родной... Теперь ты мужчина — так вот будь щедр и добр к любимой женщине, это тебе моя заповедь.

А потом мы долго и нежно целовались.

 — Кгхм... Сынок, — услышал я голос отца, — пусти-ка старую гвардию покуражиться!

Я оглянулся. Отец нависал над нами, и первое, что я увидел, его большой живот ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх