Частный визит врача

Страница: 1 из 3

Представьте, подругу моей мамы зовут Ева Адамовна. Первый раз это имя я услышал в детстве, когда мне было лет семь и оно привлекло внимание своей редкостью, всех моих знакомых девочек звали Ленами, Танями и Анями, а таких имён, как Ева, я вообще не слышал. А эта Ева была ещё и Адамовна не такое уж и частое отчество. У Евы Адамовны же, по этому поводу не было никаких комплексов. От той первой встречи с ней у меня остались весьма смутные воспоминания. Как о женщине, они состоят в основном из двух впечатлений, запах духов, смешанный с запахом лекарств и холодные руки, которые меня ощупывали и обстукивали. Она педиатр и по просьбе моей мамы пришла меня осмотреть, поскольку я болел ветрянкой.

Запах лекарств источал её белый халат, а холодность рук объяснялась тем что, болел я в середине января и Ева Адамовна зашла в дом с мороза. А от её тела пахло духами, но тогда я был слишком мал чтобы об этом задумываться. А вот сейчас, я уже с наслаждением вдыхаю аромат её тела смешанный с парфюмом. А вот руки её, которые я приковал к спинке кровати наручниками, такие же холодные и влажные, потому что Ева Адамовна сильно нервничает в этот момент, по понятной причине. Но, обо всём по порядку. Я, её после болезни больше не видел и почти забыл о ней. Понемногу меня настигло неизбежное половое созревание с сопутствующими этому явлению неприятными вещами, как то, прыщи, постоянные размышления о сексе и тяжкое бремя сексуального одиночества.

Я не то что бы некрасивый, но довольно незаметный парень, к тому же не делаю особых успехов в учебе и спорте. Поэтому мне лишь остаётся любоваться своими одноклассницами и вожделеть их, в тайне онанируя дома, в одиночестве. И вот, в этот момент моей жизни я и увидел Адамовну второй раз. Она пришла зачем то к нам, вроде по делам к моей маме. Она стояла и разговаривала с мамой, в прихожей, ровно пять минут. Впрочем, этого времени мне вполне хватило, чтобы её рассмотреть и после этого рассматривания в низу моего живота привычно сладостно заныло. В самом деле, первое, что привлекало внимание это иссиня черные волосы и такого же цвета чуть раскосые глаза.

Потом грудь не слишком большого размера, но приятно округлая, это было заметно через блузку очень хорошо. Довольно широкие бедра её обтянуты плотной серой юбкой, заканчивающейся чуть выше колен. А мускулистые загорелые икры Адамовны, переходят в тонкие лодыжки, ведь ей приходится много ходить пешком. И восхитительные пальчики, с ногтями выкрашенными розовым лаком, выглядывают из под лёгких босоножек с каблучками. Понятно, что после её ухода я занялся своим излюбленным делом, онанизмом, да и потом часто мастурбировал, сначала просто вспоминая, как она стояла в прихожей, а потом представляя нас в разных ситуациях, в которых наши отношения развивались по обоюдному согласию. Эти грёзы совершенно вытеснили фантазии с участием моих одноклассниц, к тому же Адамовна продолжала часто к нам захаживать.

Потом в моих фантазиях относительно Адамовны стала преобладать тема изнасилования. Видимо, причиной был тот факт, что подобный вариант событий более реалистичен, чем вариант, в котором Адамовна соблазнялась во время проводимого ей медосмотра на прелестями четырнадцатилетнего прыщавого пацана. Мои родители уехали на дачу в одиннадцать, оставив меня одного до вечера. Сегодня Ева Адамовна на должна зайти к нам. Мама ждала её прихода до последнего, однако после того, как мой отец начал ругаться матом, она всё же уехала, предупредив меня, что если Ева всё таки придёт, извинись и скажи, что я её не дождалась. Когда они уехали, я всерьёз подумал, что в этой ситуации есть реальный шанс осуществиться моим сексуальным мечтам и эта мысль меня сильно испугала, возбудив одновременно.

Чем дольше я думал об этом, тем сильнее я возбуждался и тем слабее становился страх. Страх неудачи, о последствиях я в этот момент не думал. В конце концов я принял решение надо попытаться. Мой отец был милиционером и я знал, где он прячет наручники, пару раз находил их в тумбочке в родительской спальне. Звонок в дверь раздался в двенадцать. К этому моменту я уже полностью подготовился. Открываю дверь. За дверью стоит она, предмет моих сладостных мечтаний. Одета она так же, как и во вторую нашу встречу та же юбка, та же блузка, те же босоножки. Только педикюр теперь серебристого цвета. Привет, Антоша. А мама дома, спросила она меня? Голос у неё женственный и мягкий. Да, но она вышла в магазин, сейчас подойдёт. Ладно, я попозже зайду, она попыталась развернуться, но я её остановил.

Нее, она просила, если вы придёте, вас пригласить, она скоро, будет. Ну, хорошо. Ева начала снимать босоножки. Нет, нет, не надо разуваться, запротестовал я. Мне очень нравится вид её ног в босоножках. В комнату проходите. Я повёл её в родительскую спальню. В спальне она села на кровать, потому что больше там сидеть было не на чем. Села, словно школьница, плотно сдвинув колени положив на них ладони, и принялась рассматривать окружающую обстановку, в этой комнате она не была ни разу и то, что я пригласил её сюда, было для неё удивительным. Как у тебя в школе дела? Спросила она меня, видимо, для поддержания разговора. Да так, неопределенно отмахнулся я. И тут же перешёл к делу. Можно у вас, как у врача, спросить одну вещь? Какую? По поводу аутотренинга.

Я тут одну книжку читал, там написано, как это делать, там, открытие глубинных возможностей человека и так далее. Ты хочешь спросить, правда ли это? Возможно, хотя я по своему опыту не могу тебе сказать. Ева была в лёгком замешательстве. Видимо, не ожидала подобных разговоров от полудурка. Ну вот смотрите, перебил я её. Допустим, вытяните руки вперед ладонями вниз и закройте глаза. Я попытался произнести это как можно более деловитым и невинным тоном. Адамовна, улыбнувшись, послушно вытянула руки вперёд и крепко зажмурилась. Нет, не так, повернитесь лицом к окну, чтобы на ваше лицо падал свет.

Она повернулась. Её вытянутые руки при этом оказались как раз над решетчатой спинкой кровати, которая представляла собой довольно мощную конструкцию из декоративных ажурных переплетений прочных стальных прутьев. Ещё секунду я полюбовался на то, как она вполоборота сидит на кровати, слегка раздвинув круглые коленки и ловко, отцовскими наручниками, пристегнул её руки к кровати, за одно из ажурных переплетений. Почувствовав на запястьях холодные браслеты, она открыла глаза и с изумлением уставилась на них. Ой, тихонько вскрикнула она, когда я её подтолкнул. Она завалилась на бок и цепь наручников перекрутилась. Вышло так, что теперь она лежит на спине, придавленная моим не слишком тяжёлым телом к кровати, а вытянутые вверх руки, я пристегнул их довольно высоко, надежно скованы.

Её ноги, в так нравящихся мне босоножках, по прежнему спущены с кровати. Мои руки лежат на её плечах, ощущая лямки лифчика. Я впервые чувствую под своими ладонями тёплое женское тело, пока, правда, только через ткань блузки. Я попытался сразу же это исправить и решаю разорвать на Еве блузку, схватившись пальцами за отвороты, но тут Ева опомнилась и стала отчаянно сопротивляться. Ах ты выродок, тварь мелкая, уёбок! Пусти меня, ублюдок! Айй! Ааау! Кричит она яростно, извивается всем телом и одновременно дрыгает ногами. Материя затрещала, отлетело несколько пуговиц и блузка распахнулась, открыв тонкие ключицы и округлые груди под чашечками белого лифчика. Босоножки полетели с ног, и одна из них, описав дугу, ударилась в окно, едва не разбив стекло. Коленом она больно ударила меня в бок и извернувшись, локтем правой руки ткнула в губы, разбив их.

Извращенец грёбаный, продолжает она, и тут я, почувствовав вкус крови на разбитых губах, отстранился назад и несильно ткнул Еву кулаком в верх живота. Её вопль прервался на полуслове, и она закашляла, судорожно хватая ртом воздух, прекратив всякое сопротивление. Я, недолго думая, снова навалился на неё, принялся правой рукой задирать ей юбку, скользя по гладкой коже бедра, левой же пытаюсь спустить свои трико. Тут она снова начала ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх