Екатерина. Продолжение

Страница: 7 из 9

рабынь. Она уселась в кресло, приказав открыть клетку.

Николай выполз из неё, обрадовавшись свободе, он хотел встать, чтобы размять затекшие суставы, но был остановлен грозным окриком Госпожи:

 — Кто разрешил тебе подниматься с колен, и вставать на колени, я не разрешала тебе. Ползи ко мне на своём брюхе, как червяк, расскажу тебе правила, которые должен будешь неуклонно соблюдать.

Раб, пополз к ногам своей мучительницы. Сегодня Екатерина Алексеевна была одета вся в белом. На ней была одета белая короткая кожаная юбка, под которой Николай видел белые кружевные мини трусики еле закрывающее бритую киску Госпожи. Под кожаным белым жакетом был надет белый бюстгальтер, на руках белые перчатки из тончайшей кожи до локтей, на ногах красовались белые ботфорты. В этом наряде она была ещё красивее, чем вчера.

 — Ну, что раб теперь слушай, — сказала Госпожа, вонзив со всей силы каблук в спину раба.

Николай вскрикнул от пронзившей его боли. Екатерина провернула каблук в теле раба.

 — Терпи, тварь иначе придётся повторить вчерашний урок, только будет гораздо хуже, — с этими словами второй каблук впился в спину раба.

 — Слушай меня, мразь и запоминай, что я буду тебе говорить. С этого времени, ты являешься моей собственностью, моей вещью, моим рабом. Ты не должен проявлять самостоятельно какую-либо инициативу, а должен только слушать мои команды и приказы. Без моего разрешения ты не имеешь права разговаривать, чтобы что-то сказать ты должен ударить головой об пол, но если я не дам тебе разрешения говорить ты должен молчать. Передвигаться при мне ты должен только на четвереньках, вставать на ноги тебе запрещено, если только не будет особого приказа. Также ты не имеешь права смотреть на меня выше моих колен.

За нарушение одного из этих требований будешь так жестоко наказан, что вчерашнее наказание покажется тебе детской забавой. Я хочу добиться от тебя полного повиновения, чтобы ты понимал меня с полуслова, и даже по жестам мог безошибочно определить чего я от тебя хочу. Тебе всё понятно, что я сказала.

 — Да, моя Госпожа.

 — Я буду развлекаться с тобой, как мне захочется, питаться будешь отбросами и отходами, которые остаются от приготовления пищи, иногда, но очень редко, тебе будет предоставлена великая честь, есть остатки пищи с моего стола, но эту великую честь нужно будет сначала заслужить. Никаких договоров, что ты являешься моей собственностью, мы составлять не будем, это лишняя процедура, да и пустая трата времени. Я сделаю так, будто ты погиб в автомобильной катастрофе, есть люди, которые занимаются такими делами за хорошие деньги.

При подходящем случае находится мертвый бродяга или бомж, его тело бросают в канаву на оживлённой трассе, естественно его уродуют, чтобы невозможно было опознать лицо, в карман подсовываются твои документы, вызываются анонимом «нужные» менты, которые заводят дело и быстро его закрывают, так как такого-то гражданина, сбила неизвестно когда, неизвестно какая машина, свидетелей не имеется. Тело определенный срок валяется в морге, а затем хорониться, если у человека были родственники, им сообщают, что человек погиб только после захоронения тела. Человек живой, и в тоже время для всех он мёртвый. Почему я тебе это так подробно рассказала, потому что тебя ждёт тоже самое. Официально ты будешь, мёртв, но на самом деле всю свою оставшуюся жизнь будешь жить у меня в рабстве, но я думаю, что твоя жизнь не будет лучше, чем, если бы ты был мёртв.

У Николая внутри всё похолодело от этих слов, он понял, что теперь его жизнь полностью измениться и от этого никуда не деться, если он ещё питал, какие-то иллюзии, относительно того, что может выйти на свободу, то теперь они полностью растаяли. Он решился задать Екатерине Алексеевне вопрос.

 — Госпожа, неужели Вы больше никогда не отпустите меня?

 — Конечно, нет. Я не для того тебя решила поработить, чтобы отпускать. Сначала послужишь моей лошадкой, я давно мечтала заиметь человеческую лошадь, чтобы кататься по своему участку. Это доставить мне и моим гостям большое удовольствие. Я решила заиметь несколько лошадей, в основном это будут женские лошадки, но в конюшне жеребец тоже должен быть. Пока я буду разводить лошадей ради удовольствия, затем может, начну готовить их для продажи богатым людям, время покажет. Кроме, как пони бой я буду использовать тебя и в других работах.

Я могу забить тебя насмерть или покалечить, ради развлечения, всё равно через неделю ты официально будешь, признан мертвецом. Когда ты мне надоешь продать или подарю тебя кому-нибудь. Как тебе нравиться такая перспектива?

 — Госпожа, пожалуйста, помилуйте меня, я отдам Вам всё, что у меня есть, только отпустите.

 — Мне очень надоело твоё упрямство, для начала сто ударов плетью за то, что, ты, гнус не рад, что всю свою оставшуюся никчёмную жизнь проведешь, служа мне. Я оказываю тебе такую честь, служить мне, а ты осёл не хочешь это принять, многие хотели бы оказаться на твоём месте, но я выбрала тебя. Ничего кнут научит тебя уму. В твоём сознание должна быть только одна мысль, как угодить своей Госпоже.

 — Госпожа не наказывайте меня, я буду всё, что Вы прикажете.

 — Конечно, будешь, но сначала получишь сто ударов от моих рабынь. Ты забыл, что я тебе недавно говорила, без моего разрешения ты не должен разговаривать со мной, я объясняла тебе, как нужно просить разрешения. За неповиновение моим приказам ещё сто ударов.

 — Госпожа, но Вы же со мной общались.

 — Тупой ублюдок, ты совсем не понимаешь меня, моё слово для тебя закон, а ты опять пытаешься со мной спорить. Ты меня просто разозлил. Ещё сто ударов, и того триста, — и она начала свои каблуки сильно вгонять в спину раба.

Приказав рабыням привязать раба к вчерашнему приспособлению, она велела нанести сто ударов.

 — Твари, нанесите сто ударов, бейте двумя плетьми, как следует со всей силы, если мне покажется, что вы плохо исполняете наказание, сами получите, но уже по триста ударов. Вы меня поняли?

 — Да, Госпожа.

 — Я тебя пожалела, сразу триста ударов наноситься не будут, ты их получишь в течение дня. После первых ста ударов, через два часа ты получишь ещё сто ударов, ещё через два часа последние сто ударов. Со станка его не снимать, — это она обратилась уже к рабыням, пусть в течение дня «полежит» на барабане, и подтяните его тело так, чтобы оно было в растяжку. Всё поняли, тогда приступайте.

Рабыни закрепили тело Николая на станке, с помощью механизма растянув его и начала плетьми наносить безжалостные удары по всему телу. Екатерина сидела на своём кресле и наблюдала за экзекуцией, ей доставляло огромное удовольствие смотреть, как «ломают» человека по её прихоти.

Внизу живота у неё появилось приятное покалывание, она опустила свою наманикюренную ручку в трусики и начала ласкать себя. Она возбудилась, сделала знак одной рабыни, чтобы ползла к ней.

 — Пусть Машка продолжает бить, пока не насеет оставшиеся удары до ста, а мне сейчас нужен твой язык, поласкай меня, как следует.

Рабыня подползла к ногам Хозяйки, которая раздвинула свои ноги, отодвинула в сторону полоску трусиков и начала языком ласкать нежную щелку Госпожи.

 — Лучше шлюха работай языком, доставь своей Госпоже неземное удовольствие. Да... Хорошо... Лижи глубже... Ещё глубже, — Госпожа за волосы тянула рабыню к себе в промежность.

Другой рукой Екатерина ласкала свою грудь, она задыхалась от наслаждения. Перед её глазами, по её приказу наказывали человека, а внизу её ласкала рабыня. Она чувствовала себя Богиней, которая может делать со своими подчинёнными всё, что угодно и все должны терпеть её прихоти и поклонятся её красоте. Кончив на лицо рабыни, Госпожа ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх