Гастроли

Страница: 4 из 6

удивленно ищущей хоть какие-то ориентиры в безлюдном пространстве аэропорта вызвали во мне бурю самых радостных, теплых и неожиданно новых, обострённых чувств.

На ней была кожаная куртка-дань оставленной холодной московской погоде. Черные обтягивающие брюки, на шее ярко алый шейный платок. Небольшой чемоданчик на колесиках с выдвинутой телескопической ручкой — всё удивительно мило и просто. Внимательные, выразительные миндалинки зелёных глаз Катюши пытались найти хоть какой-то объяснительный текст с информацией на английском языке, что было тщетно из — за тотального французского патриотизма.

 — Катюхин, бонжур!! — не выдержал я

 — Димка!... какие розы! Это мне? — обрадовалась Катенька, устремляясь ко мне

Мы очень крепко обнялись и поцеловались, разрешая своим языкам радостно сплестись друг с другом. Почувствовав всем телом сладкую негу желания, я обхватил её ягодицу и с наслаждением стиснул.

. — я так соскучилась, а ты? — Катя была так прекрасна. Неужели женщинам даже очевидное нужно всё время комментировать? Наша невольная разлука явно пошла на пользу чувствам.

Болтая о всяких мелочах и новостях, мы сели в электричку до города. Безлюдный состав мягко тронулся, а я, воспользовавшись моментом, уже расстегивал блузку Кати. Черный чашечки ажурного бюстгальтера прибавили мне жару:

 — Димочка, прекрати, здесь же люди ходят. Я не могу так.

 — Дай соски!... Соски лизать... дай!. — это всё, что я мог сказать в ответ.

Высвободив грудь и спустив под них чашечки лифчика, я стал облизывать смуглые ареолы вокруг стремительно набухающих сосков Кати.

Вагон был почти пуст-где — то впереди сидела к нам спиной пожилая дама в смешной медузообразной шляпке.

Между тем, мой член неистово напирал всей своей удалью в плотную джинсу сдерживающей его ширинки. Он рвался к Прекрасному. Он хотел любви и ласки. И Катюша, подобно щедрому солнцу наградила его благодарно и умело. Она расстегнула молнию на моих джинсах, быстро и заботливо выпестовала покачивающийся ствол и, на секунду жадно обмерив его взглядом, взяла в ротик. Ещё миг и вот уже тепло и нега разливается от него во все стороны моего существа.

Так можно ехать хоть на край света!!

Поезд плавно покачивался, Катя всё более входила во вкус заводясь от необычности происходящего. Я прикрыл глаза.

 — Во бийе? — вырвал меня из грёз вопрос неожиданно возникшего кондуктора. И только улыбка этого молодого арабского француза, дала понять, что всё происходящее — абсолютно нормально и можно не прерываться, показывая билеты. Впрочем, на Катю это подействовало весьма шокирующее, и она, покраснев и быстро запахнувшись стала конфузливо смотреть в окно.

Кондуктор, проверив билеты и проговорив что-то ещё дружелюбно-подбадривающее, зашагал дальше.

Мы подъезжали к Лилю!

Нашу труппу разместили в небольшом пригороде, в гостинице при кемпинговом центре, куда мы и направились с Катей на трамвае. Номера, судя по всему были рассчитаны на семейных туристов или на скучающих дальнобойщиков-во всяком случае наличие двуспальной кровати в номере наводили именно на эти мысли.

Когда мы, наконец, прибыли на место, заморосил мелкий дождь. Почти никого не было ни внутри, ни снаружи отельчика. Из всех театральных людей, Катя знала только Лёшу, который, естественно, сейчас где-то гулял с Ирой, а остальные сидели в номерах или отсутствовали по своим туристическим надобностям.

Я показал Кате номер, где нам предстояло провести 5 дней и коротко рассказал о нашей предполагаемой культурной программе.

 — А как мы будем спать? Где? — спросила Катя оглядывая небольшой номер с единственной кроватью.

 — Ты знаешь, Лёша влюбился и почти не бывает дома, приходя домой глубокой ночью.

 — Влюбился? В кого? Расскажи мне всё.

Я впервые почувствовал себя не ловко, в двух словах рассказав о новенькой, после чего предложил Кате принять душ, а сам направился в ближайший магазинчик, что бы купить приятного продуктового дрязгу для нашего весьма позднего завтрака.

Вернувшись не так скоро, как хотелось, я застал Лёшу и Катю в приятной беседе.

Катя была укутана банным полотенцем как куколка бабочки, а на голове возвышался хитроумно скрученный тюрбан из полотенчика поменьше.

 — Дима, ты ушел, а дверь не закрыл, я думала, это ты ходишь по комнате — слегка смутившись встретила она меня.

Лёша же напоминал кота, отведавшего сметану.

 — Леша, как Ира?

 — Тебе привет.

Мы замечательно закусили. Лёша рассказал пару анекдотов, дождь на улице только усиливал теплоту и уют нашей компании. Послышался стук в дверь. На пороге стояла Ира. Я не преминул с воодушевлением познакомить девушек друг с другом.

Нам предстоял отъезд на площадку, собственно, Ира именно за этим и пришла, напомнив нам.

Лёша вышел с ней к приехавшему за нами автобусу.

 — Дим — неожиданно произнесла Катя. — чего-то Леша не очень похож на влюблённого.

 — ?!

 — Он так обрадовался встрече, так поцеловал меня... и потом... я никаких поводов не давала, я думал это ты ходишь.

 — И что?

 — Ну, он меня обнял и так поцеловал... я просто хочу, что бы ты знал и... ничего такого...

Катины признания неожиданно принесли некоторое облегчение. Значит, можно сказать, мы квиты за минутные слабости. Однако и Лёша хорош!

 — Забудь, молодой красивый мужчина жаждет самоутверждения. Поехали на спектакль.

 — Но я была не одета...

 — .Нам уже сигналят! Скорее.

Катя, удивительно обаятельная в своей скромности и в тоже время общительности быстро познакомилась со многими участниками нашего спектакля, а я не без удовольствия отмечал взгляды мужчин на её гибкую тонкую, талию, большую грудь и отменную фигуру бывшей танцовщицы.

Однако меня больше всего поразил взаимный интерес и явное приятие между Катей и Ирой.

Они были абсолютно противоположны по темпераменту и внешним чертам., однако это не мешало им быстро находить общую тему разговоров перед традиционным обращением режиссера к артистам.

 — ну что, ляльками махнёмся? — негромко пошутил подошедший Лёша, держа приклеивающийся ус.

 — Ты по — мойму уже перешёл к практике — улыбнулся я.

 — Виноват, дело молодое, уж ты-то меня понимаешь. — непринуждённо ответил он.

Его искренность обезоруживала.

Мелодично прозвенел звонок.

Когда мы вернулись в номер, сказывалось раннее утро сегодняшнего пробуждения и у прилетевшей Кати и у меня. К тому же спектакль прошёл тяжело. Облачившись в перламутровый гипюровый пеньюарчик, она быстро юркнула под одеяло и примостилась с краю кровати.

По середине лег я, предоставляя место слева от себя вокантным для смотрящего телевизор Алексея. Скоро, выключив свет, лег и он. Вот и телевизор сомкнул глаз от от властного приказа с пульта.

Я долго не мог заснуть. Невольно слушал ровное дыхание и Алексея и Кати, шуршание дождя за окном, накатывающийся и удаляющийся редкий шум проезжающих машин по близлежащей трассе, наблюдая сквозь опущенные веки бегущие полосы света от их фар.

Вот Катя во сне повернулась на бок, прижавшись к моему бедру своей тёплой и аппетитной попочкой. Абсолютно голой. Желанной. Всё более желанной.

Я понял, что хочу секса. Тихого, тайного. «Нет-думал я-пусть Леша поглубже заснет, ещё пол часика подожду.»

И я ожидал чего-то, думая то о Кате, то об Ире. Вспоминал ласки Иры, после чего мой член зашевелился, пробуждаясь. Ощутил полуобнажённое тело Кати, прижимающееся ко мне сейчас и — мой похотливый ствол стремительно набухал, щекоча головку приятным зудом. Я осторожно провел рукой по внутренней стороне Катиных бёдер....  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх