О пользе подгузников в младшем школьном возрасте (инфантилизм)

Страница: 10 из 28

не успел.

 — Чем это ты занимаешься? — возмущенно спросила я Витю, — Трогаешь писюнчик? Ай-яй-яй, как нехорошо!

Витя быстро выдернул руку из трусов. Его лицо было краснее пожарной машины.

 — Сейчас посмотрим, что ты там трогал, — улыбнулась я и, присев на кровать, бесцеремонно спустила Вите трусы.

Мальчишка потянул вниз майку, чтобы прикрыться, но я шлепнула его по рукам.

 — Опять туда лезешь? — раздраженно посмотрела я на Витю, — Ты почему трогал свой писюнчик? Не знаешь, что маленькие мальчики не должны этого делать?

Я приподняла пальцами Витин писюнчик, заставив семилетнего мальчика еще больше покраснеть. Тонкая мальчишечья палочка была на удивление твердой. «Попробовать немножко попугать?» — мелькнула у меня в голове идея.

 — Ай-яй-яй, — обеспокоенно нахмурилась я, теребя пальцами быстро обмякающий детский писюнчик, — Так и знала. Уже начинает засыхать.

По прежнему смущеннный мальчишка бросил на меня удивленно-испуганный взгляд.

 — Что ты на меня так смотришь? — спросила я, стараясь сохранять серьезное лицо, — У мальчиков, которые трогают себе писюнчик, он перестает писать и засыхает.

Было заметно, что мои слова еще больше испугали Витю.

 — Да-да, засыхает и отваливается, — продолжила я, — Откуда ты тогда писать будешь?

Я старалась говорить серьезным тоном, хотя саму так и распирало от смеха.

 — Давай-ка совсем снимем трусики, — сказала я растерянному ребенку, — Они тебе сегодня не понадобятся. Маленьким детям, которые писают в штанишки, трусики не одевают.

 — Я не маленький! — огрызнулся Витя.

 — А какой? Большой? — насмешливо посмотрела я на мальчишку, рывком стянув с него трусы, — Таким, как ты надо носить не трусики, а подгузник. Хорошо, что хоть сегодня проснулся сухим.

Словно вспомнив, что он лежит без трусов, семилетний мальчик попытался прикрыться ладошками между ног, но я не дала ему этого сделать.

 — Какие мы стеснительные! — улыбнулась я — Что, только маме можно смотреть на тебя без трусиков?

У мальчишки было такое обиженное лицо, что казалось еще секунда — и он заревет.

 — Лучше ответь мне на очень простой вопрос, — сказала я, — Зачем маленьким мальчикам нужен писюнчик?

Витя смущенно отвел взгляд.

 — Ну что молчишь? — не унималась я, — Отвечай когда тебя спрашивают! Почему у каждого мальчика есть между ножек маленький краник? Такой простой вопрос. Любого малыша спроси — сразу ответит. А семилетний Витя не знает. И еще утверждает, что большой. Ну что? Зачем маленьким мальчикам нужна эта штучка?

 — Чтобы писать? — неуверенно сказал мальчишка, еще больше покраснев.

 — Правильно, — улыбнулась я, — Вот ты мне это сейчас и продемонстрируешь.

 — Что-о? — удивленно посмотрел на меня Витя.

 — Видишь горшок? — показала я рукой на стоящий на полу детский горшок, — Быстренько вставай с постели, становись перед ним и писай. И не надо делать такое удивленное лицо — тебе этим горшком всю неделю придется пользоваться. И по-маленькому, и по-большому. Так что начинай осваивать процесс уже сейчас.

Разумеется, мальчишка и не думал выполнять мою просьбу.

 — Надо быстренько пописать, а то писюнчик окончательно засохнет, — сказала я Вите, — Не говоря уже о том, что тебе и так давно пора вставать. Нечего валяться в постели.

Красный, как рак, мальчишка продолжал неподвижно лежать.

 — В чём дело? Горшок не нравится? — насмешливо спросила я, — Не знаешь, как им пользоваться? Наверное и вправду мама не научила, раз ты до сих пор делаешь все в штаны. Ничего, я этот пробел в твоем воспитании восполню. Ну что? Пойдем знакомиться с горшком? Или сделаем это после завтрака? А сейчас подержу тебя над тазиком, как грудного.

 — Как это над тазиком? — удивился Витя.

 — Малышей, которые не умеют ходить на горшок, держат над тазиком, — объяснила я, — А ты, я так поняла, с горшком пока не дружишь. И как я сразу об этом не подумала. Ты же привык все делать, как маленький. Сейчас я принесу тазик.

Я улыбнулась, взглянув на растерянное лицо мальчишки «Не верит, что я заставлю его писать в тазик» — подумала я, отправляясь в ванную за тазом.

 — Ну что, будем спасать Витюшин писюнчик? — с улыбкой сказала я, вернувшись в детскую с тазом, — Ай-яй-яй, почти засох. Надо быстренько пописать.

Я поставила таз у Витиной кровати.

 — Давай передвинемся вот сюда, — сказала я и, взяв мальчишку за ноги, развернула его на 90 градусов, — Вот так, ножками наружу. А теперь поднимем их вверх. Надо, чтобы попа чуть свисала с кровати и была над тазиком. Всё, приняли нужную позу. Теперь можно писать.

 — Я не хочу, — тихо промямлил мальчишка, чуть не плача от обиды.

 — Надо, солнышко, — ласково улыбнулась я, — Иначе писюнчик совсем засохнет. Давай. Пись-пись-пись. Пописаешь в тазик и писюнчик снова станет нормальным. И вообще неужели тебе после сна ни капельки не хочется по маленькому?

Витя отрицательно мотнул головой. Я видела, что ему сильно хотелось писать, только разве восьмилетний мальчишка в подобной ситуации об этом признается. Продолжая держать Витины ноги задранными вверх, я нажала свободной рукой мальчишке на живот. Витя неприятно скривился. Было видно, что он терпит из последних сил. «Как ни напрягайся, сейчас ты у меня все равно пописаешь, — усмехнулась я про себя, массируя мальчику низ живота, — И не таких упрямых заставляла»

 — Я честно не хочу писать! — снова заканючил Витя, хотя его напрягшийся маленький стручок говорил совсем о другом.

«Созрел клиент, — улыбнулась я про себя, — Осталось только пощекотать в нужном месте»

Я принялась щупать мальчишке попу.

 — Какая здоровая кожа, — сказала я, — Мама наверное часто мажет тебя между ножек детским кремом. Иначе точно появились бы от мокрых штанишек опрелости.

Разумеется у мальчишки была здоровая розовая кожа. Я просто легонько водила пальцами между пухлых Витиных половинок, чтобы подразнить его щекоткой.

 — Признавайся, сколько ты раз в день мочишь штанишки, — спросила я смущенного мальчишку, потрогав ему яички, — Что покраснел?

Я начала щекотать округлую мальчишечью мошонку, с довольной улыбкой отметив, что Витя покрывается гусиной кожей. «Как ты у меня боишься щекотки, — улыбнулась я, дразня кончиками пальцев дрожащего всем телом мальчишку, — Сейчас, как грудной, задрыгаешь ножками» И действительно, стоило только начать легонько перебирать пальцами у Вити за яичками, как он отчаянно задрыгал ногами.

 — Что такое? — притворно удивилась я, — Малыш решил подрыгать ножками?

 — Щекотно! — взмолился семилетний мальчишка, продолжая беспомощно дрыгать ногами.

 — Так мы еще, оказывается боимся щекотки, — засмеялась я, скользя пальцами по двум маленьким шарикам, — Ты мне так и не ответил. Сколько ты раз в день писаешь в штанишки? Наверное не меньше четырех. Просыпаешься утром мокрый, потом точно так же мочишь постель во время дневного сна и пару раз днем, когда забываешь проситься на горшок. Так?

Мальчишка неожиданно прекратил дрожать и в следующую секунду пустил из писюнчика сильную струю.

 — Ну вот, — засмеялась я, — А кто-то только что говорил, что не хочет по маленькому.

Я подвинула ногой таз, чтобы Витина струйка била в него ровно посередине. Лежа рядом ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх