Повесть рабыни Анны

Страница: 2 из 3

быстрое движение. И тут же почувствовала сильнейший удар в живот. Били ногой. Я задохнулась от боли, ноги мои разъехались, и я упала. Меня еще несколько раз ударили ногами, потом, схватив за волосы, рывком поставили в унизительную позу раком.

 — Ты должна сосать и сосать, поняла, а не реветь. Ты же хуесоска, блядь.

Я послушно закивала головой и приняла в рот третий член. К моему заду уже пристроились, и вот уже второй член врывается в меня. Запечатали с двух сторон. К трахающему меня в рот присоединился еще один, и вот я уже сосу два члена, а третий мучает меня сзади. Они жестоко насиловали меня еще полчаса. Потом почти бездыханную, всю в сперме, заставили лечь на пол и стали тыкать обувью в мои половые органы, засовывая во влагалище ботинки до середины. У меня не было сил кричать. Я просто стонала от боли и унижения. Совершенно неожиданно они ушли, и я осталась одна на грязном полу чердака голая, затраханная до потери пульса и морально измордованная. Причитая, я нашла обрывки чулок, кое-как вытерла сперму с лица (все равно засохшие разводы остались) и спустилась на площадку последнего этажа. Нужно было спуститься до пятого. Представьте мое состояние! Пешком не пойдешь, оставался лифт, а там может случиться всякое. Я вызвала кабинку и вошла. На моем этаже лифт остановился, и я с ужасом ждала, что сейчас кто-нибудь меня увидит, стоя перед дверьми. Так и случилось!

Мужчина лет сорока в легкой куртке стоял в проеме с мусорным ведром в руках. Я, кстати, уже успела выскочить из лифта. Немая сцена продолжалась с минуту. Красивая голая девушка с растрепанными волосами, со следами спермы на лице и на теле и мужчина, чей поначалу оторопелый взгляд, начал заполняться откровенным вожделением.

 — Что случилось?

 — Меня изнасиловали, избили, отобрали одежду, — затараторила я. — Помогите, пожалуйста.

 — Чем же, девушка, вам помочь, — участливо произнес он, уже насилуя меня глазами.

 — Не знаю.

 — Хорошо, пойдемте ко мне в квартиру, а там посмотрим.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Уже в коридоре он, как бы случайно, задел рукой мои титьки и, не почувствовав отпора, резко обернулся ко мне.

 — Послушай, любезная, а чем ты заплатишь за мою помощь?

 — Телом, — вывалилось из меня.

 — Так ты маленькая блядушка, а не потерпевшая. Небось, потрахалась с ребятами по своей воле.

 — Ну, в общем, так и было. Я мазохистка и со мной можно делать, что хочешь. Я отплачу вам за вашу доброту, только не выгоняйте на улицу в таком виде.

 — Значит, тебе нравится, когда тебе делают больно.

 — В общем, да.

 — О, а мне нравится доставлять наслаждение через боль, маленькая сука! Давно я ждал такую, как ты!

 — Я на все согласна, только не увечьте меня, пожалуйста.

 — Кстати, а как ты здесь оказалась?

 — Мне продали на неделю садистам, живущим в этом доме. И я уже должна быть у них.

 — Ничего, ночку они потерпят.

 — Но, мои хозяева, получили от них деньги за меня.

 — Значит, тебе хуже. А тренировка пытками тебе пойдет только на пользу

Я поникла головой и кротко кивнула.

Для разнообразия сегодняшнего дня хозяин заставил меня тщательно подмыться при нем, конечно, так, чтобы я выворачивала свои срамные губы. Потом он сделал мне пятилитровую клизму, унизив меня этим до слез. Он глумливо смеялся, глядя, как из моего ануса хлещет вода.

Он решил покормить меня из миски, и я голая лакала какую-то кашу, пока он в это время дрючил меня в задний проход. Вы когда-нибудь пробовали есть, в то время как вас сношают в задницу довольно бесцеремонно? Мои слезы капали в миску. Не дав мне, распрямиться, хозяин, развернул меня к себе и обструхал все лицо. Он вытащил ящик со столовыми приборами, уложил меня на спину, сел на мой живот и приказал мне задрать и широко разведя ноги, держать их так. Поставив ящик где-то между моих ног, он стал ковыряться в моем влагалище вилками и ножами, зажимал большие срамные губы щипчиками для колки орехов, засовывал в анус открывалку, штопор, скалку. Скалку он засунул очень далеко, и мне показалось, что она проткнут внутренности. Это только была прелюдия к главному действию. То, что меня ожидало, могло мне присниться лишь в кошмарах, но я это пережила и сейчас опишу все, что он со мной сделал, как издевался и унижал молодую мазохистку. Он завел меня в пыточную комнату. По всему пространству комнаты были вделаны крючья, на потолке, стенах, в полу. Везде валялись мотки веревок, колючей проволоки, прищепки, мышеловки, тисочки и зажимы.

 — Молись, сука, — зловеще сказал хозяин. — Начнем с твоих блядских сисек.

Я стала умолять его пощадить меня, но это только еще больше распалило мужчину. Он вдел мои руки в кожаные наручники с кольцами, просунул в кольца веревки и протянул их к крюкам на потолке. Он подтянул мои руки и зафиксировал их. Он специально сделал так, что я теперь стояла на цыпочках, практически на кончиках ногтей, почти висела на руках. С мерзкой похотливой ухмылкой он взял моток тонкого капронового шнура. Он начал стягивать левую титьку, причем не просто обматывал, а на каждом витке делал узел, крепко стягивая его. На десятом витке я орала от боли, кожа стремительно багровела и натягивалась, грудь наливалась и тяжелела. Я потерял счет виткам, но мою грудную клетку от собственно плоти молочной железы отделял широкий слой веревок, я пришла в ужас. Титька болела, ныла тупой болью, и я уже почти не чувствовала ее. Те же манипуляции он проделал с правой титькой, и теперь перед моими заплаканными глазами торчали два огромных багровых шара, перетянутые у основания — мои красивые груди. Но, оказывается, он еще приготовил испытание. Как вы понимаете, мои соски, довольно большие, выглядели теперь, как два темно-красных пятна.

Хозяин вытащил откуда-то белый тюбик с кремом и смазал соски. Буквально через минуту я почувствовала резкое жжение, и на моих глазах соски стали твердеть, пока не превратились в два цилиндрика, наполненные безумным желанием. В процессе твердения они еще больше натягивали кожу грудей, и чувство похоти смешалось с чувством сильной боли. Удивительное сочетание! Мой мучитель взял тонкую бечевку и перетянул мои соски. Тут я потеряла сознание. Очнулась от боли. Я почувствовала, что уже вишу над полом, и мои подвешенные к потолку ноги широко растянуты в сторону. Как раз сейчас мужчина протыкал очередной сосок кольцом, чтобы навесить на него двухсотграммовую гирьку. Один сосок уже заимел свой груз. Я снова забылась в бреду трудно переносимой боли. В очередной раз моим открывшимся глазам, когда я посмотрела на груди, предстал занавес из бечевок с гирьками, грамм по пятьдесят каждая, который шел вокруг моих многострадальных грудей. Теперь на каждой титьке висело, наверное, по килограмму железа, если считать груз на сосках. В моих глазах стояла мука. После того, как он закончил с веревками и гирями, он взял горсть бельевых прищепок и...

Я очнулась, когда мучитель ушел к моей промежности. Вся поверхность иссиня-бардовых шаров грудей была заполнена прищепками. Как он умудрился защемить на натянутой до невозможности коже по два десятка прищепок, для меня оставалось загадкой. Даже на сосках было по две штуке. Похоже, мой срам ждало то же самое испытание. Только по прикосновениям и по вспышкам боли я понимала, что он делает, копошась в моем влагалище. Он вытягивал плоскогубцами участки больших половых губ и перетягивал их бечевкой. Потом приступил к малым и клитору. Боже, он так стянул мой клитор, что я к величайшему стыду обильно потекла и обсикалась. Потом он устроил в промежности ежик из прищепок, довершив экзекуцию.

Если сказать, что те части тела, что отличают женщину от мужчины, зверски болели, значит не сказать ...  Читать дальше →

Показать комментарии (1)

Последние рассказы автора

наверх