Два немецких француза

Страница: 1 из 3

В этот раз я даже не мог предположить, что он собирается со мной сегодня делать. Три года, прошли с того момента, когда он принес меня к себе домой абсолютно пьяного, полуголого, отбив у группки старшеклассников, напоивших и пытавшихся пустить меня по кругу после уроков, в беседке детского садика. Он раскидал недоносков как щенков. Он был красивый, большой и сильный. Он завернул меня в свой плащ, занес к себе на пятый этаж, помыл и... изнасиловал сам, засняв все на видео, и предложил периодически встречаться во избежание просмотра этой видеозаписи всех моих знакомых, включая родителей. За это время, как мне казалось, он сделал со мной все, что только могло выдумать его больное на этой почве воображение. Первые несколько раз он заставлял меня пить водку на кухне и когда я начинал с трудом ворочать языком и мыслями, почти волоком тащил на кровать, раздевал и как он говорил «нежно насиловал». После того, как я немного привык к его «нежностям» и при очередном акте первый раз застонал от удовольствия, а не от боли, и после, лаская его мокрое от пота лицо тихо шепнул ему в ухо: «Я тебя люблю», все с этого дня изменилось.

Изменилось и для меня и видимо для него. Для меня он стал любимым человеком. Сердечко сладко ныло при каждой мысли о нем, мне хотелось прижиматься своим маленьким мягким телом к его большому и загорелому телу, чувствовать на моем животе его горячую большую ладонь, прижимающую мои толстые, девчачьи ягодицы к его длинному члену, доставившего мне столько боли и удовольствия. Но он, видимо решил все по другому. В следующий раз, после его звонка, я как обычно легко взбежал на пятый, последний этаж старого дома, где он жил, и с радостной улыбкой ожидания постучал в дверь. Замок тут же начал открываться, как будто он ждал меня за дверью. Вот тогда то в первый раз я почувствовал неприятный холодок страха неизвестности, в своем выпуклом бабском животике — передо мной стоял абсолютно голый, смуглый, сильно волосатый мужчина. Я «ойкнул» от неожиданности, и как парализованный, испуганно уставился на его «прелести». Член его был полунапряжен. Даже в этом состоянии он был гораздо толще, чем у моего любовника в стоячем виде, и я в одно мгновение сразу испытал и страх и брезгливость и... желание. «Заходы, дэвочка» — с ухмылкой сказал он. Я привык, что незнакомые принимают меня за девочку, а уж если говорить без ложной скромности — я был красивее и сексуальнее абсолютного большинства из девчонок, и как правило, если ко мне так обращались, я даже не пытался никого поправлять, поскольку многочисленный опыт говорил мне о том, что мне все равно не поверят. Последнее время я и одеваться стал под девочку, а длинные золотые волосы заплетал в две косы. Еще я проколол уши и стал носить серьги. И самое главное — начал подкрашивать свою смазливую мордочку, что имело просто убойный эффект на особей мужского пола, до которых тогда мне не было никакого дела — я хотел нравиться только мужчине, которого любил. Но тут то я хотел ответить этому черненькому, что я совсем не девочка, а даже совсем наоборот, но продолжал, молча, с глупым, испуганным видом смотреть ему между ног. Не переставая ухмыляться, кавказец крепко схватил меня за руку, втащил в квартиру, захлопнул дверь и не обращая внимания на мое слабое, сопротивление, повел к двери на кухню. Что-то гортанно сказав, он, открыл дверь и втолкнул меня туда.

Все оборвалось у меня внутри — моего любимого там не было. Зато там было еще пять-шесть таких же, как встретивший меня, черных, волосатых, голых мужчин. Не буду описывать весь процесс изнасилования в тот день. Просто не могу понять до сих пор, как я, двенадцатилетний мальчик, смог вынести ту страшную боль и унижения, которым меня подвергли эти семеро взрослых мужчин. Четырехчасовое изнасилование закончилось тем, что схватив за мои длинные, золотистые волосы, меня отволокли в ванную и все семеро, гортанно смеясь обильно помочились на меня. При этом двое из них сделали это мне в рот, заставляя глотать их горько соленую мочу. Через некоторое время я услышал, как они громко смеясь и разговаривая, ушли. Не знаю, сколько я пролежал в ванне с мочой, но повернуться и выдернуть пробку, чтобы спустить это я был не в силах. Избитое, в синяках, засосах и следах от укусов тело совершенно не слушалось меня. Болело растянутое армянскими членами горло, губы были разбиты. То чем я так сильно гордился — мои девичьи груди, хоть небольшие, но с крупными сосками были все искусаны и на них было страшно смотреть. Но больше всего я боялся опустить руку себе между ног. Я никогда бы не подумал, что в попку могут войти сразу два мужчины. Сегодня я это узнал в полной мере и к сожалению на себе... Когда я все же, решился ощупать свою дырочку, то понял, что ее больше нет — теперь там была огромная, даже по сравнению с габаритами моей женской задницы, сочащаяся кровью и спермой, растянутая двойными проникновениями дыра. Низ живота нестерпимо ныл. Видимо мои, накачанные кавказским семенем внутренности больше всего пострадали при изнасиловании. Я сразу вспомнил, как, безжалостно, меня насадил до конца на свой толстый, крепкий член первый из них, и не смотря на мой дикий визг сразу стал в бешенном темпе, жестоко драть в попу. Я думаю, что с его стороны это не было половым актом. Я думаю, что ему просто хотелось разорвать мне задний проход. При воспоминании об этой дикой боли, слезы опять покатились из моих голубых глаз градом. Вдруг я услышал, что по квартире кто то ходит. Затуманенным, измученным сознанием я плохо понимал где я нахожусь. Я просто это забыл. Я с ужасом сжался, вообразив, что меня сейчас будут еще раз насиловать. Дверь медленно открылась и на пороге, я увидел человека, которого любил. Я зарыдал в голос, трясясь всем телом, протянул к нему руки. Сквозь застилавшие слезы глаза, я видел, что мой любимый улыбается. «Он не понимает, что со мной сделали? Почему он улыбается?» — уплывающее сознание отказывалось строить даже простейшие логические заключения. Но когда он заговорил, его спокойный голос взорвался гранатой в моей красивой головке — «Да-а-а!, похоже наши южные братья немного перестарались с тобой?», и хохотнув добавил — «Хуйня, Женечка, заживет. Еще сам потом к ним на хуй проситься будешь». Я потерял сознание.

Зажило все действительно довольно быстро. Ничего, к счастью они мне не разорвали. Только растянули. Сильно растянули... Через две недели он позвонил мне, и я как зомби, с трясущимися от страха ногами через полчаса снова входил в его квартиру. На кухне вместе с ним было еще три парня. Мой попросил меня раздеться, что я сразу безропотно и сделал. Парни восхищенно покудахтали о моей красоте, мы посидели и выпили водки и потом они трахнули меня во всех мыслимых позах, включая двойное заталкивание в попку. К моему удивлению и радости, удовольствия от этого я получил гораздо больше чем боли. Моя «любовь» наблюдал за всем из кресла в углу спальни, молчал и мял свой сильно эрегированный член. И конечно же, кое-что из того что делали со мной эти ребята он добросовестно зафиксировал на видео. И после ухода ребят коротко вздрочнув, спустил мне в рот и заставил все проглотить.

Через неделю, все опять повторилось. Звонок, мужчины на кухне, раздевание, употребление алкоголя, групповуха, видеосъемка, глотание спермы моего «ненаглядного». Еще через несколько дней — четверо мужчин. На следующий день — две здоровенные тетки с пристегнутыми огромными фаллоиммитаторами. Еще через день мой милый устроил мне разминку — напоил меня до беспамятства и надел меня моей и без того растраханной попкой на пластиковую бутыль из-под пива, предварительно заполнив ее горячей водой. В диаметре она была около двенадцати сантиметров...

За те пару лет, в которые на моем мобильнике регулярно высвечивался его номер, я перестал удивляться любой его фантазии. Из видеоматериалов этих фантазий, мне кажется, уже вполне возможно было бы смонтировать многосерийный порнофильм, удовлетворяющий вкусам любого извращенца ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх