Кентавр. Часть 1.

Страница: 3 из 3

некой горечью в голосе сказал парень.

 — Никогда о них не слышала. А у тебя есть своя кетавридия?

 — Нету. — Еще более грустно ответил Архип и притопнул копытом.

 — Понятно. Значит, вас не интересуют человеческие девушки? — с неким задором и улыбкой до ушей сказала гречанка.

 — Нет... не знаю. — замешкался юноша.

 — О! Так я тебе нравлюсь? — хихикая сказала Катарина.

 — Да. — Тихо ответил парнишка, с покрасневшим лицом.

 — А чем докажешь?! — уже явно играя сказала крестьянская дочь.

Юноша умолк, в его голове неслись мысли. Он хотел понять насколько серьезно это все и как далеко можно зайти и зайдет. Эти мысли возбуждали, и ему пришла в голову глупость:

 — Спустись на землю и посмотри на меня. — Сказал дрожащим голосом молодой авантюрист. Девушка спрыгнула, поправила платье и повернулась... Она увидела доселе нечто невиданное! Ее, ту, которая никогда не видела член коня и даже взрослого мужчины, вид даже не полностью вставшего фаллоса кентавра поразил. Юная крестьянка прямо впилась в него своими большими круглыми от удивления глазами. Конечно, мать рассказывала ей откуда берутся дети пару лет назад и у нее был младший брат, которого она часто мыла и у которого от ее прикосновений иногда вставал «пестик», но пестик длинной 8 см не мог сравниться с 50 см сейчас провисающих перед ней. У нее пересохло во рту, ей стало жарко, соски начали твердеть, по телу прошла дрожь и устремилась к животу. Клитор стал медленно набухать и влага начала появляться в сокровенном месте, совсем как, когда она втайне от родных игралась в одиночестве в сарае, где она ласкала свою, растущую с каждым годом, грудь и находила странный бугорок между ее гладеньких длинных ножек, который так приятно гладить.

С каждым годом она все чаще уединялась, ложилась на сене, расставляла ножки и теребила себя там. Она гладила себя по пузику, спускаясь от груди или идя к ней, массировала ее по кругу, иногда подчеркивая ее размер и форму, иногда сосредотачиваясь на красненьких твердых сосках. Пару раз она гладила себя по пояснице и сжимала ягодицы, но чаще всего она была так увлечена сосками и бугорком, что забывала об остальном. Ей так нравилась своя грудь. Катарина считала, что она идеальных размеров, а тех, кто мечтал об огромных дынях, не понимала и считала дураками. А вот свои кудри на лобке она очень не любила и скучала по своей детской голенькой писе. За ней часто подглядывал ее младший брат, который стоял за стеной сарая и дергал свой пестик, смотря в щели. Девушка знала о нем, и ее это возбуждало еще сильнее. Пару раз даже она сама подсматривала за ним в поле или саду, где он, то оголял, то прятал свою головку под крайней плотью, работая кулачком. Его шелковые лысенькие яички ее просто умиляли. Смотря исподтишка на брата за подобным делом, она задирала тунику и трогала себя за то самое место. Ей всегда хотелось не просто помыть брата, а именно попробовать подрочить этот удивительный орган, но это было табу. Нельзя нарушать статус кво. Она приличная девушка и не развратница. Ее игры в одиночестве Катарина считала пустяком, пока они в одиночестве, но как только она переступит эту черту и будет играть с кем-то, это станнит позором, срамом, развратом и бесчестием для незамужней девы. Так она думала. Но все же, она мечтала сжать в руках игрушку брата, ощутить гладкую кожу, жаркий твердый стержень. А может даже поцеловать его, почувствовать эту буро-малиновую мягкую штучку на губах, потянуть уздечку нижней губой, высунуть язык и лизать ее, оттягивая плоть, а затем сделать круг кончиком языка вокруг головки и потеребить щелочку на ней. Сейчас же перед ней был орган в десять раз превосходивший петушка брата, но фантазии в ее голове были теми же. Размер поразил Катарину, и она забыла о стыде и приличиях. Ситуация была такой необычной и возбуждающей для нее. Гречанка превратилась в душе в ребенка, которому подарили новую игрушку, большую и красивую игрушку. Мир сузился до одной черной и длинной части Архипа. Она была готова перейти ту черту. Никто не узнает, можно.

 — Можно мне его потрогать? — дрожащим от волнения голосом сказала Катарина.

 — Да. — ошарашено ответил кентавр. Девушка осторожно медленно протянула руку и прикоснулась к концу, тот дернулся и снова упал на ее ладонь, прежде чем она успела отдернуть ее. Юная крестьянка легонько сжала член и почувствовала, как в нем все приливает кровь. Фаллос рос прямо на ее глазах, становился все более упругим и твердым. Катарина расслабила руку и скользнула назад по стволу к задним ногам кентавра. Девушка сделала пару шагов, а ее рука достигла места на мужском теле, которое ей так нравилось у брата, — к яичкам.

Яйца кентавра были огромны — это были 200 г булыжники овальной формы размером 12 см на 5 см. Они были такие бархатные на ощупь, свисали не низко, а после прикосновения гречанки вообще прижались к паху от возбуждения. Она нежно мяла их сначала пару секунд одной, а затем обеими руками, перекатывая из ладошки в ладошку. Член жеребца моментально выпрямился во всю длину, задрался вверх и звучно хлопнул парня по конскому животу. Девушка посмотрела налево, обернувшись на звук, и увидела, что шляпка Архипова гриба надулась вовсю. Юноша напрягал и расслаблял могучий орган и тот раскачивался и бился об звериный торс. Это была классическая для кентавра мастурбация, уступающая по ощущениям человеческой, а тем более настоящему половому акту, но, скорее всего, единственно доступная для них. Удары головки о собственный мех не могли сравниться с объятьями нежных рук и влагалища. Катарина снова скользнула по стволу, на сей раз к шляпке. Член напрягся. Юная крестьянка обхватила головку обеими руками и начала массировать своими игривыми пальчиками ее заднюю сторону, а губами припала к острому бугорку в центре этого черного «рыжика», где была та самая дырочка, что извергает в моменты экстаза семя жизни и любви. Она лизала конец, она сосала и облизывала края, пыталась взять его в рот полностью. И Архип не выдержал. Его длинное черное орудие выстрелило больше чем стаканом спермы. Его яйца аж пели, после столь длительного испытания. Его орган дрожал, дергался, выгоняя из себя положенные 400 мг спермы в лицо девушке. Такой залп напугал Катарину и отринула от возлюбленного, но вскоре она вспомнила слова матери о молофье и начала размазывать белую жижицу по дрожащему грибку. Когда же эякуляция закончилась, юная развратница отпустила член и стала смотреть как тот начал опадать и уменьшаться, затем повис и втянулся в свою берлогу. Девчонка же не разрядилась. Ее возбуждение было доведено до предела. Архип бы с радостью помог бы ей снять его, но от него девушка уже получила то, что хотела, — большую игрушку. Далее она справится сама. Воспитанная юная крестьянка не могла позволить ублажать себя, не могла позволить всему опасно приблизится к сексу, ведь она все еще берегла целомудрие и честь. Это было довольно странное мышление.

 — Тебе понравилось? Мне очень. — Спросила она с улыбкой, пока пыталась стряхнуть с себя липкое семя, в котором она промокла насквозь. Ее мокрая туника облегала ее изящную грудь и слегка просвечивалась, что предавало ей еще большей сексуальности.

 — Да, это было бесподобно. Я не знаю, что сказать... — хотел было начать кентавр, как тут же был перебит:

 — Мне нужно постирать одежду, я пойду обратно к пруду. — Как-то странно сказала девчушка.

 — Я тебя подвезу. — Предложил юноша, желая продлить общение с красоткой.

 — Не надо! Лучше увидимся через неделю на этом месте. Ты согласен? — резко выпалила она.

 — Конечно. — Недоуменно сказал Архип.

Так они и разошлись как в море корабли, даже не поцеловавшись. Кентавр и крестьянка перебросились пожеланиями о скорой встрече, и каждый медленно побрел в свою сторону. Парень шел медленно и еще несколько раз оборачивался посмотреть, не обернулась ли она, а девушка быстрым шагом скрылась за кусты у поворота. Через неделю она не пришла, и больше он ее никогда не видел и не узнал, что в тот же день, после их встречи, юная Катарина затащила своего маленького брата в сарай и дрочила ему пока у него мог стоять. Она сосала пестик братика, лизала, играя с крайней плотью и уздечкой, наяривала кулачком то нежно, то быстро, сжимала и гладила его шелковые яички, а в обмен он вылизывал до онемения языка ее щелочку, бугорок и массировал ей ее нежные половые губки. Мальчик впивался в ее клитор, целуя его в засос, а затем щекотал кончиком языка, выписывая разнообразные фигуры, как ученик на уроке каллиграфии в далекой Японии. Он водил язычком по кругу вокруг все еще «честной и целомудренной» дырочки и теребил ее лобок руками. Они испробовали все виды оральных ласк, даже позу 69, когда Каталина нависала над маленьким братишкой и посасывала его стручок, а он тянулся языком к нависающей над ним писей с черным треугольников мягких кудрей. Из нее текла страстная влага и капала на щеки братишки. Мальчик был меньшего роста, и сестра изгибалась, чтобы он мог достать до ее сокровенных мест в этой позе. Ей было неудобно, но чертовки приятно. Они не считали свои оргазмы, которые следовали один за другим. Так они убили весь день, занимаясь этим аж до заката. Парень был истощен, а Катарина достигла своей цели — она сняла напряжение после встречи у пруда с уникальным мальчишкой. Теперь она может вернуться к простой сельской жизни и вспомнить о морали. Скоро родня найдет ей ухажера, и он откроет ей новые виды наслаждения, совсем не «целомудренные».

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

3 комментария
  • Centaur
    15 января 2012 17:55

    Потрясающе! Автор — уже классик порно-фэнтези в рунете! Так держать! Хотим еще рассказов с мифологическими существами)

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Anonymous
    Тёма тёмный (гость)
    29 ноября 2012 9:32

    Согласен! Отличный и весьма художественный Рассказ!
    Хотелось бы Продолжения. И ещё мифологических рассказов!

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • MaryMary
    30 ноября 2012 12:42

    просто замечательный рассказ

    Ответить

    • Рейтинг: 0

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх