Волшебная "кнопочка"

Страница: 4 из 6

от накопившейся в нем сексуальной энергии.

Снять с Тони ее многослойное облачение одной рукой я не мог, и она сама в несколько приемов, извиваясь телом и стараясь не толкать сопящего рядом ребенка, спустила свои оковы до щиколоток. Помогая Тоне стягивать трусики, я убедился, что они не просто влажные — их можно было выжимать. Что творилось под ее попой на спальнике так и осталось для меня тайной.

Тоня чуть согнула ноги и развела их, давая мне возможность втиснуться между ними. Я висел над ней, удерживая себя на весу на руках и ступнях. Лечь на Тоню я не мог, потому что ее раздвинутые ноги наверняка стали бы толкать кого-то из спящих ребят. В кромешной темноте мой член слепо тыкался в ее промежность в поисках вожделенного влагалища. Тоня чуть помогла мне, рукой направив заряженный ствол в нужное место.

Мой заждавшийся член почти не почувствовал сопротивления, плавно погрузившись в раскрытое настежь Тонино влагалище, заполненное теплой влагой. Я практически не ощущал никакого соприкосновения со стенками Тониного влагалища. Это было совершенно удивительное чувство. Донельзя возбужденный член, который готов был выстрелить от малейшего прикосновения к нему, мягко двигался внутри Тони, все больше и больше наливаясь упругой силой.

Я ожидал, что после такой прелюдии, кончу едва войдя в Тоню, но расслабленная Тонина вагина дала мне возможность продлить удовольствие. Мы касались с Тоней только в одной точке — член и влагалище. В полной темноте я не видел Тониного лица и уже не слышал ее дыхания. Ничто не отвлекало меня от получения удовольствия. Теперь я весь сконцентрировался в своем члене, который в буквальном смысле купался в наслаждении. Я входил и выходил из Тони медленно. На самом выходе из влагалища я задерживал головку и описывал ею круговые движения, как бы пытаясь нащупать границы влагалища...

Чуть приподнявшись повыше я постарался прижать член к верхней часть Тонечкиного влагалища. Наконец-то головка члена почувствовала прикосновение к женской плоти и буквально после нескольких движения и ощутил дикий напор изнутри, сдерживать который я уже мог..

Ком удовольствия катился от яиц по стволу члена, готовый смести любое препятствие, встретившееся на пути. В последний момент я выскочил из Тони и несколькими мощными залпами залил ей живот горячей липкой жидкостью. Уже не в силах держать себя на весу, я опустился на Тоню. Мой член, прижатый к низу Тониного живота еще несколько раз импульсивно дернулся, добавляя в ту лужу, в которой он находился, еще несколько грамм удовольствия.

С трудом отвалившись в узкую щель между Тоней и стенкой палатки, я натянул трусы и почти мгновенно провалился в глубокий сон. Последнее, что я запомнил, как Тоня, выгнувшись вверх и толкая меня локтями, по очереди натягивала на себя трусы, колготки и рейтузы. В темноте густо пахло сексом... Одевшись, Тоня приподнялась, поискала губами мое лицо и нежно поцеловала в губы. «Спасибо» — чуть слышно шепнула она.

Проснулся я поздно от жары... Горячее солнце нагрело стенки палатки, быстро превратив ее в подобие сауны. В палатке уже никого не было. Детские спальнички были аккуратно разложены. Тонин спальник отсутствовал.

Одеваясь в тамбуре палатки, я увидел, что все ночные Тонины тряпочки, так мешавшие мне, развешены под тентом на коньке палатки. Вещи были чуть влажные после утренней постирушки. «До вечера высохнут», подумал я и ужаснулся — «Неужели она опять их все на себя натянет!!!» У костра стояла моя миска с кашей, заботливо укутанная махровым полотенцем. В котелке, стоящем на углях мне был оставлен чай. Ни детей, ни Тони не было. За кустами, у реки виднелась пестрая толпа туристов. Оттуда доносились веселые крики.

Тонин спальный мешок был демонстративно расстелен на капоте и лобовом стекле моей машины. Можно было подумать, что заботливый хозяин старается сохранить салон машины от палящих лучей летнего солнца. Чуть влажное пятно уже практически не выделялись на выцветшем фоне старенького спальника.

Мы ни словом, ни взглядом не обменялись с Тоней мнением о нашей ночной вакханалии. «Привет!» — сказал я ей, когда мы встретились с ней взглядами в толпе болельщиков уже на берегу реки. «Привет!», радушно ответила она мне — «Детишки, вон, развлекаются», кивнула она в сторону, где наши ребята вертелись вокруг кампании туристов, вяжущих какие-то узлы...

Из-за теплой погоды Тоня сменила форму одежду. Она сняла традиционный свитер и ходила в уже знакомых мне тонких спортивных брюках и обтягивающей футболке, под которой явственно проглядывали небольшие утянутые лифчиком груди. Ночью мне было явно не до Тониной груди, плотно упакованной в теплые свитера.

Время до обеда пролетело незаметно. После еды я лег подремать, предполагая, что ночью мне опять будет не до сна. Разлегшись на теплых спальниках в одних плавках, я уже погружался в сладкую негу, когда за брезентовой стенкой услышал Тонин голос, обращенный к вертевшимся вокруг палатки детворе:

 — «Так, кто будет спать после обеда?!»

 — «Ну, вот, « — подумал я, сейчас эти дети приползут сюда и не дадут нормально отдохнуть.

Но Тонин план оказался куда коварнее.

«Мы не хотим спать!!!» — дружно завопили дети.

 — «Тогда идите гулять, только к воде близко не подходите» — услышали дети милостивый вердикт «доброй тети Тони»...

Вдоль реки шел чудесный песчаный пляж, дающий детям неисчислимые возможности играть в куличики и прекрасно проводить время в отсутствие родителей... Присутствие на берегу большого количества других детей и праздно шатающихся участников слета позволяло некоторое время не беспокоиться о досуге и безопасности наших отпрысков.

Раздался звук расстегиваемой молнии. Тоня вошла в тамбур, сбросила шлепанцы и ввалилась ко мне в палатку, неся перед собой уже высохший спальный мешок...

После Тониной угрозы положить детей спать, можно было быть уверенными, что теперь они и близко не подойдут к палатке...

Тоня плюхнулась рядом со мной и не задумываясь стянула с себя футболку и брюки. Наконец-то я увидел ее тело при свете дня. Скромный купальник открывал взору стройную фигурку. Все было в меру — небольшие груди, худые, но приятные ноги и аккуратная попка. Поразила Тонина тонкая талия, постоянно скрываемая мешковатыми свитерами и безвкусными платьями, в которых она ходила в городе. Ни слова ни говоря, Тоня бросила свой спальник поверх детских и притянула меня к себе.

Некоторое время мы лежали молча, прислушиваясь ко звукам снаружи палатки и к собственным ощущениям. Снаружи было тихо. Дети, не дожидаясь новых приглашений поспать, на всякий случай быстренько сбежали подальше от своих непредсказуемых родителей, а посторонние гости к нашей палатке, стоящей на отшибе, заходили редко.

Чуть отодвинувшись от Тони, я, не теряя времени попытался засунуть руку в ее узкие плавки, но Тоня на этот раз решительно взяла бразды правления в свои руки. Задержав мою руку, Тоня приподнялась на локте, подарила мне мимолетный поцелуй и шепнула: — «Лежи!».

После этих слов, она одним движением расстегнула и сбросила лифчик и, грациозно изогнувшись и задрав ноги кверху, сдернула с себя трусики. Свою нехитрую одежку Тоня аккуратно расправила и сложила у стенки палатки, готовая в случае опасности тут же привести себя в относительный порядок. После этого Тоня взялась за резинку моих плавок, стащила их и также аккуратно положила их с моей стороны. Пока она совершала эти молниеносные движения, я успел разглядеть, что волосики на ее лобке, которые я ночью добросовестно натирал своей ладошкой, были огненно рыжего цвета и аккуратно подстрижены. Была ли эта интимная прическа сделана специально для меня, или это было обычное состояние Тониного лобка я так никогда и не узнал. Маленькие кругленькие Тонины груди прыгающие перед моими глазами, были украшены изящными розовыми сосочками. Энергия Тони поражала. Куда только подевалась молчаливо ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх