Вечерний забег

Страница: 1 из 2

Одному дома сидеть ужасно скучно. Поэтому, чтобы немного развеяться, я решил сходить в гости к своему, живущему неподалеку другу.

Купив бутылку водки, я вскоре звонил в его дверь. Входная дверь открылась и, радостно улыбаясь, делая таинственные предупреждающие знаки, предупреждающе приложив палец ко рту, он впустил меня.

Его младшая дочь Надя не слишком жалует гостей, особенно, которые являются со спиртным, но я не боялся ее. Видимо, я был чем-то симпатичен ей. Впрочем, я и сам, не был к ней равнодушен. Более того, поглядывал на нее, я очень хотел сблизиться с ней, но не знал с какого бока подступиться, к этой порой немного вульгарной, но внешне к очень милой и симпатичной молодой женщине.

Ее отец, а мой друг Гоша, знал, о моей симпатии к своей дочери, и иногда по этому поводу любил подтрунивать надо мной, откровенно предлагая ее трахнуть. Не так давно она развелась с алкоголиком мужем и вернулась к своим таким же пьющим родителям. И сейчас жила у них.

Зная это, я смело прошел в квартиру и заглянул в спальню, где сидела она, перебирая свои вещи.

 — Наденька, солнышко, прошу тебя, приготовь что-нибудь закусить, и посиди с нами, выпей граммов сто водочки.

Увидев меня, молодая женщина приветливо улыбнулась, и послушно пошла на кухню. Георгий, ее отец молча показал мне большой палец, и удивленно покачал головой, не понимая, чем я «беру» его не всегда ласковую его остальным друзьям дочь.

Надюша очень быстро приготовила салат, и мы сели за маленький кухонный столик в тесной кухне.

Разлив бутылку водки, мы выпили, и с стали аппетитом закусывать вкуснейшим салатом из красных помидор и огурцов. Надя была настоящей мастерицей по салатам, они всегда получались у нее очень аппетитными и вкусными.

 — Ох, Надюша, будь я чуть моложе, за одни только салаты отбил бы тебя от твоего мужа. Они у тебя получаются просто потрясающе!

Довольная моей искренней похвалой молодая женщина, смутилась и покраснела: — Ну что ты, салат как салат, — сказала она. — Обыкновенный.

 — Нет, ты просто волшебница по части салатов!

Ее отец огорченно потряс бутылкой, вытряхивая из нее последние капли, и рассчитывая продолжить приятное застолье, хитро посмотрел на нас. Вздохнув, я достал и положил на стол деньги: — Вот, держи. Но, за выпивкой я не пойду, иди сам, — сказал я, видя его вопросительный взгляд.

Он быстро и весело оделся, обрадованный возможностью «добрать до кондиции», и выскочил за дверь, боясь, что его остановит дочь.

Надя вышла из спальни, и укоризненно посмотрев на меня, положила в мой карман деньги, которые принесла. Я благодарно поцеловал ее маленькую крепкую руку. Девушка покраснела и, задев меня широким упругим бедром, прошла на свое место.

Кухонька была до того мала что, сидя друг против друга, мы постоянно соприкасались коленями. Это очень волновало меня. Мне было необычайно приятно касаться и чувствовать ее круглые, полненькие коленки.

Прикасаясь ко мне, она первое время стеснительно убирала ноги, но размеры микроскопической кухни и маленького столика, вынуждали ее возвращаться в исходное положение и мы вновь сидели, касаясь, друг друга ногами. Встречаясь со мной взглядом, она немного стеснительно улыбалась и тотчас отводила его в сторону.

Ухаживая за мной, вставая со своего табурета, она задевала меня высоко открытыми ногами или тугим бедром. Каждый раз это отзывалось во мне новым, все более усиливающимся томлением. Желание пожаром разгоралось во мне. Нечего и говорить, что я чувствовал, ощущая прикосновения упругой, молоденькой женщины, которая, к тому же, мне очень нравилась. Мне приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы удержаться и не сжать ее в страстных объятиях. Она чувствовала это, но вела себя как обычно, совершенно не опасаясь меня. Быть может, она не менее меня желала этого.

Вскоре пришел и ее отец. Мы выпили еще по стопке, и он как-то неожиданно быстро, как пьянеют все алкоголики, вдруг «поплыл», заснул на полуслове, сложив голову на стол. Мы с Надей понимающе переглянулись. Я поднял его и отвел в спальню на кровать. Он упал поверх одеяла и громко захрапел, что-то довольно пробурчав перед этим.

Я вернулся на кухню. Мое сердце бурно билось. Мы остались наедине с молодой женщиной.

На столе перед нами, стояла лишь наполовину опорожненная бутылка водки.

 — Давай выпьем Наденька, — сказал я, не замечая, что называю женщину ласкательным именем, как обычно называю ее про себя.

Я заметил это лишь тогда, когда она в очередной раз покраснела. Обычно бойкая маленькая женщина, сегодня вела себя необычайно скромно.

 — Подожди, давай приготовлю немного салата для закуски, — сказала она, вставая со своего места. Проходя мимо, она вновь коснулась меня своим крепким тугим бедром. Невольно, как от ожога, я потер свое бедро рукой.

Я смотрел на ее спину, обтянутую тонким свитером. На виднеющуюся из-под быстро двигающейся руки круглую, твердую и крепкую на вид, небольшую грудь, на такой же крепкий и небольшой, обтянутый черной юбкой зад. Все было очень красиво и ладно в ее маленькой подобранной фигурке, от которой веяло теплом и домашним уютом. И, которая была для меня невыразимо желанна и притягательна.

Помыв помидоры, она подошла к столу, и стоя возле меня, стала нарезать их дольками.

Руки молодой женщины двигались как-то неуверенно, и острый нож, соскользнув, слегка чиркнул ее по пальцу. Легонько ахнув, она зажала тоненький указательный пальчик. Слегка побледнев от боли и испуга, она как-то беспомощно посмотрела на меня.

Я взял ее маленькую руку и посмотрел на палец. На миниатюрном пальчике был маленький, почти еле заметный надрез. Совершенно пустяковый. Но, держа в своих руках ее крепкую теплую руку, волнуясь от этого прикосновения к ней, я хотел продлить это приятное ощущение близости к ней. Поэтому сделал вид, что у нее серьезная ранка. Зажав ее пальчик, я посмотрел ей в лицо: — У вас есть йод? — спросил я. Она недоуменно пожала плечами.

 — Не знаю.

Не выпуская ее маленькой руки из своей горящей ладони, я повернулся, и открыл висящий рядом шкафчик. Йода у них действительно не было. Но бинт нашелся.

Не показывая ей палец, я взял бутылку с водкой и попросил ее: — Зажмурься, я сейчас залью ранку водкой, немного пощиплет.

Она крепко закрыла глаза. Капнув водки на крошечную ранку, я быстро забинтовал ее пальчик.

 — Ну, вот и все можешь открыть глаза, — сказал я, продолжая держать ее за руку. — Можешь открыть. Уже все.

И не удержавшись, наклонился, и едва коснувшись к ее ярким и упругим свежим губам, поцеловал молодую женщину. Она смущенно покраснела и, гибко отпрянув от меня, легко скользнула мимо меня к столу.

Избегая, смотреть друг на друга, мы выпили по еще стопочке, безмолвно решив растянуть водку, что бы иметь повод дольше посидеть наедине. Мы сидели напротив друг друга, и делали вид, что не замечаем, как соприкасаются наши колени. Волнение все больше охватывало мою душу.

Дрожащей от волнения рукой я налил себе и девушке выпить, вылив почти всю водку. Мы выпили, понимая, что делаем это с определенной целью, «облегчить взаимопонимание». Выпитая водка благодатно действовала на наши напряженные нервы. Я закурил.

 — Дай и мне, — слегка осевшим от волнения, охрипшим голосом, попросила Надя.

Она взяла сигарету, и, прижавшись грудью к столу, склонилась к моей зажженной зажигалке. Мои глаза невольно остановились на ее смятой о стол соблазнительно округлой груди.

Все безмолвно решилось между нами, пока мы сидели за столом. Надя осталась со мной и этим, как бы дала свое молчаливое согласие на предстоящую близость. Стесняясь, взглянуть друг на друга, мы с Надей излишне сосредоточенно дымили сигаретами.

Набравшись решимости, я встал, и щелкнул ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх