Обновление смысла

Страница: 10 из 36

по-прежнему глядя в сторону — не отрывая глаза от пола, коротко дёрнул-качнул головой, то ли желая освободиться от цепко сжимавших пальцев Архипа, то ли таким движением головы давая понять, что рассказывать он ничего не будет, — дёрнув-качнув головой, Заяц одновременно с этим вновь попытался спрятать своё хозяйство в штаны, но и эта попытка тоже не возымела успеха.

 — Хуля ты дёргаешься, солдат? — Архип, с силой сжимая, сдавливая пальцами шею Зайца, тут же другой рукой — ребром ладони — рубанул по рукам Зайца сверху вниз. — Я же сказал тебе... понятно, бля, сказал: стой спокойно! Или ты думаешь, что мы шутим?

Они, Заяц и Архип, стояли в центре неширокого прохода, по одну сторону которого была облицованная серым кафелем стена, а по другую сторону располагался ряд кабинок, причем ближе к стене стоял именно Заяц, — Архип, резким движением толкнув Зайца на стену, так же резко шагнул-качнулся вслед за ним сам, так что в следующее мгновение Заяц уже стоял, упираясь спиной в стену, а Архип его держал за шею не сзади, а спереди.

 — Ну! Думаешь, что мы шутим... а мы, бля, не шутим — мы тебя серьёзно... серьёзно, бля, спрашиваем... будешь рассказывать?

Теперь Заяц стоял, вжимаясь спиной в стену, и Архип был от Зайца так близко — буквально лицом к лицу, что Баклану, возбуждённо скользнувшему взглядом вниз, показалось, что Архип своей оттопыренной, колом вздыбившейся ширинкой касается члена Зайца, — быстро сунув руки в карманы брюк, младший сержант Бакланов с наслаждением стиснул, сдавил правой рукой в правом кармане свой напряженно окаменевший член... сдавил с такой силой, что от сладости, набухшей в члене, невольно сжались мышцы сфинктера.

 — Что мне рассказывать? — непонимающе прошептал Заяц, глядя в глаза Архипа.

Их лица были так близко друг от друга, что отвернуться Зайцу в сторону либо наклонить голову вниз было практически невозможно — и Заяц, поневоле глядя Архипу в глаза, теперь видел во взгляде Архипа какое-то непонятное, шумящее возбуждение, живым блеском наполнившее маслянисто потемневшие и оттого словно расширившиеся зрачки, а Архип, в свою очередь, в ожившем и потому вполне осмысленном взгляде Зайца, устремленном на него, видел действительное непонимание... и ещё — в глазах Зайца Архип видел вновь появившийся страх.

 — Ты чего, бля, Зайчик... глухой? — почти ласково прошептал Архип, приближая ещё ближе своё лицо к лицу Зайца. — Или, может, ты сильно умный? А? Мы попросили тебя рассказать нам, на кого ты в кулак играл — кого мысленно, бля, натягивал, хотел мысленно здесь оплодотворить... и вообще интересно узнать-услышать: хуй, бля, дрочить — это в кайф тебе, Зайчик... или как?

 — Пустите меня... пустите! — Заяц, стоявший перед Архипом, резко дёрнулся, пытаясь выскользнуть из зазора, в котором он поневоле оказался, находясь между Архипом и стеной, но Архип, не давай Зайцу ускользнуть, тут же навалился на него всем телом — с силой вдавил своё тело в тело Зайца.

 — Куда, бля? Стоять! — торопливо и вместе с тем напористо весело выдохнул Архип, обдавая лицо Зайца горячим дыханием. — Ишь, какой шустрый... сразу в кусты! — Архип, прижимаясь всем своим сладко гудящим телом к телу Зайца, возбужденно засмеялся.

Теперь их лица почти соприкасались; говорить в таком положении было неудобно, и Архип, желая от Зайца немного отстраниться, чтоб лучше видеть его лицо, ладонями рук упёрся Зайцу в плечи, одновременно с этим откидывая верхнюю часть туловища назад, отчего нижняя часть туловища автоматически подалась вперёд, так что пах Архипа еще сильнее — ещё ощутимей — вдавился в пах Зайца, — Заяц, и без того прижатый, придавленный к стене, ощутил, как в его член, уже потерявший упругость и потому обнаженной головкой смотрящий в пол, вжалось-вдавилось что-то твердое... очень твёрдое и вместе с тем ощутимо большое, — Заяц почувствовал своим пахом эту чужую, колом взбугрившуюся твёрдость, и в тот же миг его сознание запоздало озарила, словно ошпарила, обжигающая догадка — Зайц, почувствовав пахом чужую твёрдость и в то же мгновение поняв и осознав, ч т о означает эта нескрываемая, откровенно давящая твёрдость, непроизвольно обхватил ладонями Архипа за бёдра и, руками отталкивая его от себя, одновременно с этим инстинктивно раз и другой с силой двинул, конвульсивно дёрнул вперёд пахом, пытаясь помочь таким образом своим отталкивающим ладоням освободиться-вырваться.

 — Ты, бля, смотри... ты, Саня, смотри, что он делает! — Архип, который был однозначно сильнее Зайца и которого по этой причине не то чтобы оттолкнуть, а даже сдвинуть малосильному Зайцу оказалось не под силу, повернул голову в сторону Баклана. — Мы, бля, с тобой ни сном ни духом, а он, бля... он, бля, как видно, уже приторчал — мне передком поддаёт, как бикса! Может, Санёк, он хочет... а? — Архип снова возбуждённо засмеялся и, вопрошающе глядя на стоящего, как истукан, Баклана, хрипло добавил — спросил: — Что ты, Санёк, на это скажешь? А?

 — А хуля здесь говорить? — Младший сержант Бакланов, непроизвольно стиснув в кармане брюк повлажневшую от возбуждения головку члена, так же непроизвольно облизнул губы... и, в свою очередь вопрошающе глядя на Архипа, повторил еще раз, словно Архип мог его не расслышать: — Хуля здесь говорить?

 — Вот, бля, и я о том же... — отозвался Архип, по-прежнему без особого труда удерживая отталкивающего его Зайца своим телом — с силой вдавливая, вжимая в пах Зайца возбужденно вздыбленный член... какое-то время — буквально секунду-другую — они, младший сержант Бакланов и рядовой Архипов, вместе бок о бок прослужившие полтора года, молча смотрели в глаза друг друга, и за эту секунду-другую у Архипа успела мелькнуть мысль, что, может быть, зря он позвал сюда Баклана — что с Зайцем он смог бы вполне управиться сам, а Баклан, в свою очередь, в эту секунду-другую со всей ясностью понял-осознал, что все его рисовки перед Архипом, когда он, младший сержант Бакланов, демонстрируя наличие опыта, снисходительно изображал из себя полового гиганта, ровным счетом ничего не значат и что теперь он в своём уже внятно осознаваемом, вполне конкретном желании разрядить сексуальный напряг на салабоне Зайце всецело зависит именно от Архипа, от него и только от него... секунду-другую они, младший сержант Бакланов и рядовой Архипов, молча смотрели друг другу в глаза, словно ждали один от другого ещё каких-то несказанных слов; наконец, вновь рассмеявшись, Архип с подчеркнуто бесшабашной лёгкостью произнёс, невольно дополняя своими словами слова Баклана: — Хуля здесь говорить, если надо действовать! — и, подмигивая Баклану, уже совсем определённо — вполне конкретно — добавил: — Хуля нам, пацанам, не попользоваться моментом!

Баклан не отозвался; возбуждённо тиская в кармане брюк напряженный член, он стоял истуканом, не препятствуя Архипу на его пути к новым, доселе неведомым берегам, но и никак не подталкивая его — ни жестом, ни словом не поддерживая... и Архип, возбужденный ничуть не меньше Баклана, отвернул от Баклана лицо — Архип вновь посмотрел на Зайца... у рядового Зайца было вполне симпатичное — располагающее — лицо; над верхней губой светлел юношеский пушок, и лёгкий, едва заметный пушок был на подбородке, так что сразу было видно, что Заяц еще ни разу не брился, — щеки его были матово-чистые, нежные, без всякого проблеска какой-либо заметной растительности; при ближайшем рассмотрении на носу — ближе к переносице — было несколько едва различимых мелких веснушек, придававших лицу Зайца выражение мальчишеской беспечности и даже отчасти наивности.

Наверное, окажись на месте Зайца любой другой салабон — в той ситуации, в какой оказался ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх