Обновление смысла

Страница: 23 из 36

бы совершенно несуразным... «какая, бля, разница, кто кому вставит первым», — вслед за секундным напрягом тут же подумал нормальный, а не «нормальный» Баклан, и он был совершенно прав: разницы не было никакой.

Архип сказал «становись...», и Баклан, от себя мысленно добавив к сказанному «... раком», поскольку именно это всем известное словосочетание, отсылающее к известной сексуальной позе, ассоциировалось у неопытного Баклана с техникой однополого секса, тут же, поворачиваясь к Архипу голым задом, стал перед Архипом раком, или, как говорят о такой конфигурации тела на казённом языке, принял коленно-локтевое положение... для первого раза стороны принимающей эта поза была, быть может, и не самой оптимальной, но зато с точки зрения стороны посещающей поза эта выглядела вполне заманчиво, — Баклан, упираясь головой в подушку, выставил вверх и вверх заострившийся зад, отчего ягодицы его раскрылись, призывно распахнулись, и Архип, невольно засопев от предвкушения, тут же стал пристраиваться к Баклану сзади... много ли надо ума, чтоб пристроиться парню к парню! — спустя пару секунд на одной из кроватей погруженной в ночь казармы образовалась совершенно классическая композиция из двух молодых, жаждущих наслаждения тел, и...

Не так всё это оказалось просто! Минут двадцать, если не больше, они, изнемогающие от желания, безуспешно пытались вставить друг другу в анус — в очко... Едва Архип, пристроившись к заду Баклана, по причине отсутствия какого-либо опыта в осуществлении анального контакта решительно надавил головкой окаменевшего от напряжения члена на туго стиснутую дырочку входа, как Баклан, непроизвольно вскрикнув от боли, тут же стремительно дёрнулся вперёд, — первый блин оказался комом.

 — Ты чего, бля... чего дёргаешься? — Архип, не понимая, в чём дело, потянул бёдра Баклана назад, возвращая их на исходную позицию. — Стой, бля, Санёчек... не дёргайся!

 — Больно! — односложно выдохнул Баклан, сам не ожидавший, что будет именно так.

 — Хуля там больно! — нетерпеливо прошептал Архип, так же нетерпеливо пристраиваясь к Баклану снова — направляя член в девственно сжатый вход. — Давай...

Но и вторая попытка, и третья, и даже четвёртая попытка не увенчались успехом, — все блины шли комом... обескураженный неудачей, Архип занял место Баклана — точно так же стал раком, подставляя очко своё... и — точно так же дёрнулся, стремительно уклоняясь от боли, едва Баклан попытался свой член вставить в очко ему, — член у Баклана хотя и был меньше, но во-первых, он меньше был на чуть-чуть, а во-вторых, размер члена в данном случае не играл никакой роли: при давлении головки члена, приставленного к очку, очко не растягивалось, не разжималось, а, казалось, наоборот — смыкалось, стискивалось-сжималось ещё сильнее... Минут двадцать, если не больше, они, меняясь местами, пытались вставить друг другу в зад, но всё это было безрезультатно — все их потуги были напрасны...

 — Ну... и что теперь делать? — растерянно проговорил Баклан, вопросительно глядя на Архипа. — Ни хуя не получается...

 — Смазка нужна, — лаконично проговорил Архип, лихорадочно думая, где эту самую смазку взять.

 — Вазелин, бля, нужен! — возбуждённо отозвался Баклан, точно так же как с выражение «стать раком», однополый анальный секс у Баклана прочно ассоциировался со словом «вазелин» — слышал Баклан о вазелине как средстве, облегчающем проникновение члена в жопу, неоднократно, причем всегда под таким проникновением подразумевалось проникновение в жопу мужскую... и как он мог сейчас об этом забыть — не догадаться сам? — А где его взять? — Баклан с надеждой впился глазами в Архипа.

 — А хуй его знает... где ты его сейчас возьмёшь? — отозвался Архип, продолжая лихорадочно думать, что можно использовать в качестве смазки.

Наверное, можно было б использовать вместо вазелина сливочное масло — хлеборез был Архипу земляком и в кусочке масла наверняка не отказал бы, но сейчас была ночь, и ни о какой столовой не могло быть речи... или наверняка можно было бы смазать головки членов жиром, который был в банке с тушенкой, но тушенку — тающие во рту кусочки говядины — Андрюха и Саня съели от нечего делать между завтраком и обедом, а банку как ненужную улику Заяц тут же выбросил... неожиданно Архипу пришла в голову мысль, что в качестве смазки можно было использовать сперму Зайца... ну, то есть, заставить Зайца сдрочить — использовать салабона как маслобойню, но идея эта показалась Архипу малоосуществимой — не то чтобы неосуществимой совсем, а какой-то громоздкой, требующей дополнительных усилий... и потом: ещё неизвестно, сколько окажется у Зайца этой самой спермы: может, салабон выдаивает себя втихую каждодневно, находя для такого приятного дела более безопасные ситуации, чем сегодня... хотелось заполучить кайф как можно скорее — всё тело гудело от сладкого возбуждения, и Архип, уже понявший, что на Баклана надежды мало, лихорадочно думал-соображал сам, что сейчас можно было бы использовать вместо вазелина, — Баклан, в свою очередь тоже успевший осознать, что Архип по части секса более сообразителен, непроизвольно тискал пальцами свой залупившийся член — Баклан вопросительно смотрел на Архипа, веря и ожидая, что Архип что-то придумает... обязательно придумает — не может не придумать!

И Архип — придумал, сообразил... известно ведь, что безвыходных ситуаций не бывает, — жаждавший кайфа Архип решение для внезапно возникшей проблемы нашел! Хлопнув Баклана по коленке, Архип посмотрел на Баклана вмиг посветлевшими — вновь заблестевшими — глазами:

 — Санёк, бля! У Факса есть крем! Ну, которым он рожу мажет... а? Увлажняющий крем... самое то, что нам надо!

У Толика Астраханцева, которого в роте все называли Факсом, непонятно отчего сохла кожа, причем сохла и шелушилась кожа до такой степени, что лицо в иные дни начинало напоминать печеное яблоко... происходило это с кожей лишь на лице и на руках — всё остальное тело было в полном порядке, и когда Толик, не зная, что ему с этой напастью делать, пошел в санчасть, там, ничего внятно не объяснив, капитан медицинской службы посоветовали ему пользоваться обычным увлажняющим кремом — только и всего; «руки-ноги целые, а это всё — хуйня, службе не мешающая; не обращай внимание!» — поставил диагноз капитан, а в качестве лечащего средства посоветовал купить увлажняющий крем, что, собственно, Толик и сделал; поначалу над Толиком в роте прикалывались — спрашивали, когда он начинал перед сном втирать крем в лицо: «На свидание собираешься? Красоту наводишь?», и Толик поначалу на такие двусмысленности огрызался — злился, но кожа сохла и шелушилась, неприятно стягивалась, а увлажняющий крем хотя и временно, но помогал, и Толик в конце концов на подколы в свой адрес с игривым гомоэротическим подтекстом перестал обращать внимание — «фотография лица» была дороже... вот об этом-то креме и вспомнил Архип, хлопнув от радости Баклана по коленке; с не меньшим успехом и, надо думать, с куда большим наслаждением не особо церемонившийся Архип мог бы сейчас хлопнуть Баклана по голой заднице или даже по яйцам, но — коленка оказалась ближе...

И снова Баклан невольно удивился, что до такой простой мысли — воспользоваться увлажняющим кремом Факса — он, Баклан, не додумался сам... желая хоть как-то компенсировать собственную недогадливость, Баклан, глядя на Архипа, отозвался не без легкой иронии:

 — Точно, бля! Ты, Андрюха, как мозговой центр — все попросы решаешь как семечки щелкаешь... что бы я делал без тебя, а?

«То же самое, что ты делал до этого: в кулак бы дрочил, как это делают все!» — с полными на то основанием мог бы ответить ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх