Обновление смысла

Страница: 25 из 36

непроизвольно взгляд Зайца скользнул вниз... взгляд Зайца, в котором одновременно застыли страх и беспомощность, неожиданно для самого Зайца скользнул вниз — и только тут стоящий по стойке «смирно» рядовой Заяц обнаружил-увидел, что трусы у рядового Архипова дыбятся колом...

Трусы Архипа торчком выпирали вперёд — выпирали мощно, откровенно и бесстыдно, так что рядовой Заяц, словно споткнувшись взглядом об этот ликующе откровенный стояк — испуганно дрогнув ресницами, тут же поспешно отвел взгляд в сторону, словно тем самым стремясь уберечь себя от возможного эксцесса... и хотя это движение глаз — вниз и в сторону — было почти мгновенным, от Архипа оно не укрылось, — Архип, точно так же непроизвольно на секунду впившись вожделеющим взглядом в губы Зайца, неожиданно для себя самого проговорил то, что говорить совершенно не думал и не планировал, — слова у Архипа вырвались сами собой... собственно, перед Зайцем стоял другой Архип — не тот, который в начале ночи, схватив Зайца за возбуждённый член и тут же почувствовав, как исподволь начинает возбуждаться сам, внутренне дрогнул, растерялся и, не понимая, что же такое с ним с ним происходит, стал звать на помощь младшего сержанта Бакланова, — между первой и второй «материализациями» Архипа в туалете прошло всего лишь каких-то два часа или даже чуть меньше, но теперь перед Зайцем стоял совершенно другой Архип — уверенный, откровенно возбуждённый, всем своим существом жаждущий продолжения секса... и хотя это продолжение, сулившее кайф не менее упоительный, у Архипа должно было быть с Саней и потому в салабоне Зайце на данный момент никакой нужды не было, тем не менее Архип, разгоряченный взаимно желаемым сексом с Саней, за прошедшие два часа уже успевший сам взять у Сани в рот и теперь жаждавший попробовать с Саней задом и в зад, неожиданно для себя выдохнул — проговорил то, что говорить не думал и не планировал:

 — Зайчик... возьми у меня — сосни разок!

Заяц, невольно вжавшись в стену, ещё больше округлил глаза — он совершенно беспомощно посмотрел в глаза Архипа... и увидел во взгляде уверенно идущего к нему парня такую непоколебимую уверенность, такой напор всё сметающего на своём пути устремления, что в тот же миг Зайцу стало ясно, что он это сделает — в рот возьмёт... это был не приказ, но вместе с тем это была и не просьба — это была не подлежащая никакому сомнению констатация, что здесь и сейчас Заяц сделает то, что ему сказано, и сделает он это лишь потому, что не сделать этого он просто не сможет, — так бывает: мощный поток чужой невидимой энергетики пеленает волю, немыслимой делаем саму мысль о возможности какого-либо сопротивления...

 — Возьми — не бойся! На секунду возьми... — Архип, горячо выдыхая слова, подошел к Зайцу вплотную. — На секунду... всего на секунду! Я не буду кончать...

Архип разжал пальцы — и коробка, которую он держал в руке, с глухим стуком упала на пол; одной рукой машинально оттянув вниз резинку трусов, отчего несгибаемо твёрдый член, пламенея обнаженной головкой, тут же упруго подскочил вверх, другой рукой Архип уверенно, совершенно по-хозяйски надавил Зайцу на плечу — и Заяц, молчаливо подчиняясь этому давлению, медленно скользя спиной по кафелю стены, послушно опустился на корточки: прямо перед глазами Заяц, хищно залупившись, дыбился налитый молодым желанием возбуждённый член...

 — Возьми! — коротко выдохнул — попросил-приказал — Архип, направляя член Зайцу в рот.

Губы Зайца сами собой разжались... головка члена незамедлительно вскользнула в рот, и Заяц в тот же миг ощутил-почувствовал незнакомый и вместе с тем что-то напоминающий привкус — напоминающий даже не вкусом, а специфическим запахом... Архип, обхватив голову Зайца ладонями рук, как если бы это была не голова, а волейбольный мячик, сам качнул Зайца на себя, насаживая его рот на твердый горячий ствол, — Архип сделал это раз и другой, так что Заяц, невольно стремясь взять процесс сосания под свой контроль, чтоб Архип ненароком не вогнал член до самой глотки, тут же вскинул руки, желая придержать Архипа за бёдра, как он это уже делал два часа тому назад, и — то ли оттого, что он слишком резко вскинул руки, то ли оттого, что просто не рассчитал, а только ладони растопыренными пальцами коснулись не бёдер Архипа, а Архиповых ягодиц, так что совершенно непреднамеренно получилось так, что сидящий на корточках Заяц с членом во рту обхватил ладонями Архипа за задницу... задница у Андрюхи Архипова была сочная, упруго-мягкая, словно две сдобные булки, и эти булки сжимались, ощутимо затвердевая, и тут же вновь округляясь, наполняли ладони тяжеловесной спелостью, — булки, приятные на ощупь, были круглые, тёплые, волнующе подвижные, и Заяц... рядовой Заяц, по ошибке обхватив ладонями рядового Архипова за задницу, убирать ладони с задницы почему-то не стал...

 — Хватит! — Архип, рывком отстраняясь, выдернул влажно блестящую головку члена из Зайцева рта. — Хватит, Зайчик... молодец, бля! Вставай...

Сосание длилось полминуты — не больше... в принципе, Архипу сейчас это сосание члена салабоном Зайцем, несмотря на весь кайф, было совершенно не нужно, потому что кончать с Зайцем в планы Архипа никак не входило: Архипа ждал Саня... в темноте спального помещения голый Саня, готовый подставить очко, с нетерпением ждал Архипа, и потому, ощутив на короткие полминуты обжигающе сладкий, но уже испытанный кайф, Архип тут же поспешно прервал этот контакт с Зайцем, чтоб перед кайфом с Бакланом излишне не распаляться, — Архипа ждал Саня, и для Архипа, внезапно возжелавшего вставить Зайцу в рот, интуитивно важен был не кайф от Зайцева сосания, а сам неоспоримый факт этого сосания — факт того, что Заяц повторно возьмёт у него, у Архипа, в рот и что сделает он это без принуждения и угроз, без какого-либо физического насилия... вот что в данный конкретный момент было для Архипа важно и значимо! Сам того внятно не осознавая, Архип интуитивно хотел таким образом ситуацию с Зайцем зафиксировать, сделать неоспоримой, «застолбить» на будущее, а для всего этого было вполне достаточно даже нескольких секунд... потому-то и сказал Архип: «Хватит», — чего-то большего от Зайца Архипу сейчас было совершенно не нужно.

Между тем, Дима Заяц хотя и был салабоном, но вместе с тем он был совершенно нормальным восемнадцатилетним парнем с совершенно естественными рефлексами на внешние сексуальные раздражители, так что, сидя на корточках — губами сжимая возбуждённый горячий член, а в ладонях держа Архиповы ягодицы, Заяц невольно почувствовал смутное, едва уловимое ощущение, чем-то напоминающее пробуждающееся возбуждение... да и как могло быть иначе, если у Зайца с головой было всё в порядке? Дело ведь не в сосании как таковом, а дело в том, кто и как к этому сосанию относится — какими словами об этом думает и, соответственно, как это видит-воспринимает... вот в чём всё дело! А поскольку мозги Зайца не были деформированы церковно-уголовными понятиями в восприятии однополого секса, то и не было ничего удивительного в том, что Заяц, самым непосредственным образом соприкоснувшись с чужим возбуждением, поневоле стал возбуждаться сам... понятно, что возбуждение это было отчасти непроизвольным и даже вынужденным, — возникающее помимо воли, возбуждение это было обусловлено не осознанным желанием, когда импульсы настолько сильны, чтобы их осознавать и им соответствовать, а возбуждение было обусловлено самой природой, то есть непроизвольность и естественность ответной реакции на однополый контакт со всей очевидностью свидетельствовали о том, что импульс, изначально присущий Диме Зайцу точно так же, как и любому другому парню, до этого самого случая был от него самого по причине своей ничтожности просто-напросто скрыт и потому им самим совершенно не ощущаем и никак ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх