Обновление смысла

Страница: 27 из 36

Заяц, не говоря на слова Архипа ни «да», ни «нет», в ответ неуверенно пожал плечами... а что он еще мог сделать — в том положении, в каком он по воле случая оказался? Секунду-другую они неотрывно смотрели друг другу в глаза, и только прерывистое дыхание обоих неоспоримо свидетельствовало о том, что взгляды эти сейчас скрестились не просто так...

 — Короче, Зайчик... слушай меня внимательно! — прерывая молчание, уверенно заговорил Архип, обдавая лицо Зайца горячим дыханием своего молодого возбуждения. — Ты, бля, нормальный парень... я тоже нормальный парень, и если о том, что ты у нас сегодня отсосал, никто не узнает, то это, бля, будет то же самое, как если бы ты никогда у нас в рот вообще не брал... правильно я говорю?

Заяц, следя за мыслью Архипа, утвердительно кивнул.

 — Вот! Рота вернётся с полигона через три дня, и Саня Бакланов сразу уходит на дембель... словно его и не было! Понятно, что он никому ничего говорить про тебя не будет... во-первых, ему говорить об этом некому — из его призыва никого уже не осталось, а во-вторых... хуля ему про это рассказывать, если его на гражданке ждут биксы! Значит, что получается? Я остаюсь один... и служить мне ещё полгода — полгода не видеть бикс. Ты, я вижу, пацан нормальный... так ведь?

Заяц, следя за мыслью Архипа, снова кивнул головой, ещё до конца не понимая, к чему Архип клонит — к чему он всё это сейчас говорит.

 — Ну, и короче... если ты будешь себя хорошо вести, то я тебе, Дима-Димон, обещаю, что никому в роте в обиду не дам! Ну, то есть... вас, салабонов, конечно, будут гонять, и это правильно — гонять салабонов надо, но поднимать тебя ночью и портить тебе «фотографию лица» стопудово никто не будет... это я тебе гарантирую! А чтоб было понятно, чего я тебя защищать стану в случае чего, в роте, бля, скажем, что ты мой земляк... ты, кстати, откуда?

Заяц уже говорил, откуда он призывался, но Архип, видимо, позабыл, и потому Заяц снова назвал свой город — город, где он родился, где прожил восемнадцать лет и откуда призвался в армию, чтобы год на бесплатной основе защищать коммерческое Отечество... Заяц назвал свой город, но Архип о таком городе никогда ничего не слышал — и потому спросил-уточнил.

 — А это где?

Заяц — как медалист на школьном экзамене по географии — тут же назвал свою область.

 — Ни хуя себе... земляк! — Архип едва слышно рассмеялся. — А я, бля, из... — и Архип в ответ назвал Зайцу город свой. — Тысяч пять километров... не меньше! А впрочем, всё это до фонаря... скажем, бля, в роте, что ты в моём городе жил когда-то, чтоб было понятно, если я за тебя начну заступаться... ну, в случае беспредела. Понял?

Заяц, не отводя от Архипа взгляда, словно боясь, что Архип передумает, тут же кивнул опять... из всего, что Архип сказал, Зайцу было понятно, что, во-первых, Архип обещает о том, что он здесь сосал, никому не рассказывать, а во-вторых, обещает ему, салабону, поддержку... всё это было для Зайца немного неожиданно — не ожидаемо, и вместе с тем это было так: солдат-старослужащий ему, салабону Зайцу, обещал нормальное человеческое отношение.

 — Молодец, Зайчик! Парни, если они нормальные, всегда друг друга поймут. А земляк земляка всегда подстрахует... хуля здесь непонятного! — весело проговорил Архип... и, глядя на Зайца, Архип неожиданно и так же весело Зайцу подмигнул, очевидно довольный и стоящим перед ним Зайцем, и самим собой. — Будешь послушным мальчиком, и всё у нас будет ok! Будешь послушным мальчиком?

 — Да, — чуть слышно выдохнул Заяц... а что — он мог в ответ сейчас сказать «нет»?

 — И это — правильно! — Архип, стоящий напротив Зайца, смотрел на Зайца с явной симпатией. — Давай, бля... покажи мне, каким ты будешь послушным: сосни ещё разик, и я пойду... сосни мне на сон грядущий — чтоб крепче мне, старому, спалось!

Архип, предлагая Зайцу ещё раз взять в рот, снова проговорил это так напористо, а главное, так уверенно и безапелляционно, что сама мысль воспротивиться этому предложению — или приказу — в голове Зайца как-то не появилась.

 — Сам, бля... без моей помощи! — возбуждённо прошептал Архип, не прикасаясь ни к себе, ни к Зайцу. — Вытащи из трусов...

Заяц, не особо задумываясь, а потому послушно одной рукой оттянув вниз резинку Архиповых трусов, другой рукой взял напряженный член... за то короткое время, что Архип рисовал перед Зайцем картину их будущих отношений, член Архипа, не утратив твёрдости в целом, вместе с тем чуть заметно обмяк, отчего кожа на члене из пергаментно утонченной стала бархатисто мягкой и нежной... ничего в этом страшного не было!

 — Ну! — нетерпеливо выдохнул Архип, сверху вниз глядя на свой член, который Заяц осторожно обхватил длинными пальцами — большим снизу и остальными четырьмя сверху. — Бери...

Член у Архипа сейчас не стоял, как каменный — член не был похож на несгибаемый лом, так что Заяц, вбирая его в рот, тут же почувствовал губами лёгкую утолщенность кожи, что, в свою очередь, делало кожу на члене более эластичной и оттого более мягкой и нежной... обжимая губами горячий ствол, Заяц вновь ощутил на головке члена странный привкус, но разобраться с этим привкусом он не успел, — едва он сделал два-три качка головой, насаживая свой округлившийся рот на толстый горячий ствол, как Архип, движением бёдер выдергивая свой член из Зайцева рта, довольно рассмеялся:

 — Хватит, бля, Зайчик, хватит... у нас ещё будет на это время — у нас с тобой всё впереди! Хуля нам, пацанам, лишать себя удовольствия! Так ведь? — И, убирая член в трусы, Архип уже деловито и потому коротко распорядился — дал Зайцу последние указания: — Сиди сейчас здесь — Шланг тебя сменит! Сам, бля, отсюда не выходи! А я, бля, пошел бай-бай... всё, Дима-Димон! Отдыхай...

Сжимая в руку упаковочный коробок, на котором Заяц успел разобрать витиеватую надпись «Крем для смягчения и увлажнения кожи», Архип стремительно выскочил из туалета, словно его сию же секунду ждало какое-то неотложное дело... Архип исчез — стёрся с монитора, и Заяц остался сидеть на корточках, медленно осмысливая новый поворот в своей начинающейся службе... «вот — новый поворот», и на этом новом повороте-вираже Заяц со всей отчетливостью понял-осознал одно: никто ничего не узнает, если он, Дима Заяц, будет во всём слушаться этого парня — Архипа... видимо, Архип за своё молчание и покровительство будет ему предлагать отсасывать — будет давать ему, Диме Зайцу, в рот... и даже, быть может, не только в рот, — может быть, он захочет иметь его, Диму Зайца, сзади... ну, то есть, захочет ебать его в жопу, — Зайцу, подумавшему про «жопу», вдруг показалось, что он идентифицировал тот странный привкус, который исходил от члена Архипа и который он, Заяц, явственно ощущал губами и языком... но был ли это т о т привкус? И потом — этот «Крем для смягчения и увлажнения кожи»... всё это было и странно, и непонятно, и даже пугающе для парня, который — так уж сложилось в его доармейской жизни — об однополом сексе знал не больше, чем знает пропеллер о ветре, но Архип не просто сказал, а твёрдо пообещал, что в обиду его, салабона, не даст, и Заяц хотел в это верить... во всяком случае, Архип сейчас не казался Зайцу уродом, сублимирующим в садизм свои сраные комплексы; ну-да, это он, этот самый Архип, позвал в туалет сержанта, и они здесь вдвоём, по сути, его изнасиловали — принудили брать их члены в рот... зато во второе своё появление Архип показался Зайцу уже вполне нормальным — было в этом Архипе что-то такое, что поневоле внушало доверие... и потом: разве у него, у Димы Зайца, был сейчас выбор? Он будет давать Архипу ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх