Моя первая работа (инфантилизм)

Страница: 1 из 32

Моя первая работа (инфантилизм).

Стоять на автобусной остановке было скучно. Я успела за 10 минут переиграть во все загруженные на мобильник игры. «Подходит к концу лето, — тоскливо подумала я, разглядывая лежащий у моих ног сухой кленовый лист, — Через две недели в школу. В последний, одиннадцатый класс».

Никак не выходил из головы вчерашний разговор с родителями. Они начинали все настойчивее интересоваться моими планами на будущее. Я обычно уклончиво отвечала, что еще не выбрала себе институт. Не хотелось разочаровывать папу, который возлагал на меня большие надежды. И мама прочила мне успех в большом бизнесе. «Мальчишечье всё это, — подумала я, — Блестящая карьера с загранкомандировками и иномарками. Если и поступать в институт, то наверно в педагогический. Или в медицинский — на педиатрию»

«И откуда у меня такая тяга к малышам? — задумалась я, — Причем уже давно» Я мечтательно улыбнулась, представив, у себя на руках радостно угукающего шестимесячного младенца. «Всё началось с кукол» — подумала я. В раннем детстве эти пластмассовые «дети» меня вполне устраивали — несмотря на то, что единственным реализмом у большинства из них были открывающиеся и закрывающиеся глаза. «Такие примитивные по сравнению с нынешними куклами, — улыбнулась я про себя, — Современные реалистичные куклы-младенцы умеют всё. Даже ходить на горшок — как по-маленькому, так и по-большому».

Я улыбнулась вспомнив еще одну пикантную деталь. В политкорректную эпоху моего детства все куклы были «девочками». Если конечно можно так назвать эти бесполые существа. Ну что я в самом деле у девочек не видела. Вот повозиться с мальчонкой — это совсем другое дело: раздеть догола, пощупать его забавные мальчишечьи приборчики...

Почувствовав на щеках румянец стыда, я решила отогнать крамольные мысли, но не смогла. К счастью никто на остановке моего смущения не заметил. «Интересно, а когда я впервые увидела мальчика голышом? — попыталась вспомнить я, — Наверно в десятилетнем возрасте — в гостях у тёти Кати». Собственно вид и устройство мальчишечьего хозяйства между ножек я и до этого неплохо представляла, но впервые посмотреть на всё вживую довелось только тогда.

«Тётя Катя тогда работала вместе с мамой, — продолжала вспоминать я, — И ее сынишке кажется было шесть месяцев. Такой забавный карапуз». Мне даже дали подержать его на руках. Сначала малыш угукал и улыбался, а потом скривился, закряхтел и заплакал. Я, пятиклассница, абсолютно растерялась — не знала, что и думать. А мама карапуза с улыбкой пояснила мне, что ребёнок покакал. Я передала малыша тёте Кате и она быстро раздела его догола. Марлечка у карапуза между ножек действительно оказалась грязной.

Я, как завороженная, не могла оторвать взгляд от голенького мальчонки. Было так интересно наблюдать, как с ним возится его молодая мама — старательно моет мокрой тряпочкой попку и масенькие мальчишечьи приборчики между ножек. Малышу эти манипуляции не очень нравились. Он ерзал, пытаясь увернуться от намыленной тряпочки и отчаянно дрыгал голыми ножками.

Помазав карапуза детским кремом, его оставили лежать на пеленальном столе голышом — чтоб закалялся, принимая воздушную ванну. Я трясла над малышом погремушкой и он заливисто смеялся. Осмелев, я пощекотала мальчонке пухленький животик. Хотелось опустить руку пониже и пощупать его маленькие приборчики между ножек, но я не решилась. Рядом стояла мама ребёнка — еще неизвестно что обо мне подумает.

С тех пор все мои мысли были только о малышах. Просто замирало сердце, если удавалось где-то мельком увидеть раздетого догола карапуза — особенно мальчика. «Интересно, а сегодня на пляже сколько их будет? — с улыбкой подумала я, — В будние дни там обычно одни мамы с маленькими детьми».

Я обеспокоенно посмотрела на часы. Школьная подруга, с которой я договорилась поехать на озеро, опаздывала уже на целых 10 минут. «Так и автобус пропустить можно» — нахмурилась я.

 — Привет, Настя, — неожиданно раздался у меня за спиной Ленин голос, — Давно нас ждешь?

 — Привет, — с улыбкой оглянулась я, — Если честно, уже собиралась тебе звонить. Чего вы так долго? 10 минут уже на остановке торчу.

 — Извини, — сказала Лена, — Собрались и вышли вовремя. Только пока спускались в лифте, Сережа умудрился наложить кучу в подгузник. Пришлось возвращаться в квартиру и менять ему памперс. Не ехать же с обкакавшимся ребёнком в автобусе. Чтоб к нам все принюхивались.

 — Эт точно, — засмеялась я, — Еще б попросили выйти.

 — Всего полтора годика, а такой вредный! — шутливо пожаловалась Лена на сидящего в коляске маленького племянника, — Специально перед уходом посадила на горшок. 15 минут сидел — и даже не пописал. А как вышли из квартиры — сразу оприходовал свой подгузник.

 — Ему наверно делать свои делишки в подгузник больше нравится, — с улыбкой предположила я.

«Такой славный пупсик, — завистливо подумала я, любуясь на полуторагодовалого Сережу, — Вот бы и мне такого». К сожалению, у меня не было ни маленьких братиков с сестричками, ни племянников-малышей.

 — Чья это маленькая ручка? — шутливо спросила я малыша, присев перед его коляской, — А какие у нас пухленькие розовые щёчки!

«Часами б им любовалась» — подумала я, выпрямляясь, потому что подошел наш автобус.

 — Сядем сзади? — предложила Лена, войдя вслед за мной в полупустой автобусный салон.

 — Давай, — согласилась я и мы направились к последним сиденьям. Лена даже не стала складывать коляску, потому что та никому не мешала. Просто оставила ее в проходе, пересадив малыша себе на колени. «Всего 16, а ведет себя, как опытная мама» — отметила я, наблюдая, как Лена вытирает Сереже платочком его носик-пуговку.

 — Сестра на работе? — поинтересовалась я у подруги, — Не устаёшь целый день сидеть с малышом?

 — Поначалу уставала, но быстро привыкла, — сказала Лена, — Ну и конечно как начал ходить на горшок, стало полегче.

 — Вы его только недавно познакомили с горшком? — спросила я.

 — Месяц назад, — ответила Лена, — Пока всё идет с переменным успехом.

Лена принялась рассказывать мне о Сережиных конфузах.

 — Видела бы ты, как он вчера вечером обкакался, — пожаловалась она на полуторагодовалого племянника, — А потом, прикинь, пустил струйку на пеленальном столе, когда Вика вытирала ему попу. Смех, да и только.

 — И как? — с улыбкой поинтересовалась я, — Сильно обрызгал Вику?

 — Она стояла чуть сбоку, — улыбнулась Лена, — Как будто знала, что Серёжа устроит фонтан. У мальчиков это, кстати, обычное явление — писать во время детских процедур. У соседки сынишка чуть ли не до трех лет этим занимался.

 — Мальчишки такие вредные, — усмехнулась я.

 — И не говори, — вздохнула Лена, — Кстати, раз заговорили о пописах...

Лена приложила ладонь к Сережиному памперсу и понимающе улыбнулась.

 — Вовсю дует в подгузник, — сообщила она мне, — Представляю, сколько будет радости, когда я на пляже этот памперс с него сниму.

 — Не сомневаюсь, — улыбнулась я, — Я заметила, что он вообще у вас любит голопопить.

 — Все малыши любят, — усмехнулась Лена и сунула хныкающему Сереже в рот жёлтую пустышку.

Малыш уронил пустышку и снова заревел.

 — Потерпи еще немножко, солнышко, — ласково обратилась к карапузу Лена, — Мы уже почти приехали.

Лена оказалась права — минут через ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх