Парижские выходные: часть вторая — клуб

Страница: 1 из 3

Это случилось на пятый или шестой день ее пребывания в славном Париже. Телефон отключили за огромную неуплату по роумингу — ее благоверный и ненаглядный зачем-то решил устроить ей «удаленную сцену ревности» под грифом «я стал тебе надоедать». Она как-то привычно отнекивалась, убеждала его что он заблуждается и ее холодность, царившая в их отношениях последнее время — просто синдром ее хронической усталости. Она говорила ему что любит, но в душе отчетливо понимала, что любовь прошла уже давно, еще где-то полгода назад, когда стало понятно, что как бы красиво все не звучало, а любовница — остается только любовницей. Остался только секс, да и тот не высшего класса, как было сначала. Ну и еще какие-то глупые надуманные обязательства перед ним, которые она зачем-то вбила себе в голову.

Он верил что она верна ему. Вернее, он никогда не спрашивал «верна ли». Просто по какому то немому правилу они решили играть в игру «все всем верны. Все всем верят». Она изменяла ему. Сначала редко, а последнее время постоянно. Она любила секс, особенно любила разнообразие, которое он уже не мог ей дать — оборотная сторона постоянных отношений. Она давно уже знала каждый сантиметр его тела, каждую его эрогенную зону, давно выучила в какой момент и как он дышит, что нужно для того чтобы он кончил, а что нужно чтобы продлить их половой акт. И ей было не интересно. А теперь еще и эти «истерики». Они вгоняли ее в тоску.

Вообще, она всегда была уверена что отношения делятся на два типа — «любовь, морковь, семья, претензии» или «любовь, морковь, без грядущих планов и без претензий». Она никогда не могла понять когда смешивали одно с другим. Но тогда ей не хотелось думать об этом. Именно от этого, вернее так же и от этого, она и сбежала в этот умиротворяющий город.

Этот разговор случился как раз когда она возвращалась из мастерской того самого художника, который пару дней назад зашел забрать у нее посылку от ее подруги, где провела всю ночь и почти пол дня. Она снова не помнила его имя. Зато ее тело еще помнило его прикосновения. Они занимались сексом с ночи и до утра, с несколькими перерывами на вкуснейшее красное вино и спелый виноград. Он зацеловал каждый сантиметр ее тела, заставил ее на пару часов забыть обо всем на свете и превратится в одно только ощущение блаженства и неги. Ей было хорошо и волнительно вспоминать об этом.

Она шла по Парижским улочкам, обдуваемая шаловливым ветром и ловила подол своего платья, которое так и норовило взлететь куда-то вверх. Это было бы плохо. Вернее это мог бы быть легкий конфуз — свое нижнее белье она оставила у него в мастерской. В какой-то момент они вылили на него краску и теперь оно все равно было безвозвратно испорчено, а так у него остался сувенир на память. Он обещал ей, что будет хранить его и может даже потом покажет внукам.

Она улыбнулась, вспомнив это его обещание. Оно было настолько нелепым, а главное таким романтично глупым, что она не могла этому не умиляться. Видимо в его глазах она была романтичной русской девушкой, наверное как и ее одноклассница, из-за которой они и познакомились. Только теперь она понимала почему та вернулась из Парижа со столь вскруженной головой и даже собиралась бросить ради этого художника мужа. «Может написать ей правду?», подумала она. Ей было нечего терять, а семью, разбитую из-за девичьих грез о большой любви, она могла спасти. И она написала. Короткая смс гласила — «я сплю с твоим художником. Он отличный любовник. Не делай из-за него глупостей». На этом ее телефон и отключился. Она даже подумала что это определенно было к лучшему — «подруга» бы наверняка захотела ей перезвонить, она устроила бы слезливую истерику. Ну или если не позвонить, то написала бы ей шквал гневных истеричных смс.

Но телефон отключили. Какие-то дяди из службы операторов. Не она. Ее совесть, хотя бы в этом отношении, была чиста.

Она зашла в ресторан, который был недалеко от ее гостиницы, заказала овощной салат, который так понравился ей прошлый раз и молочный коктейль. Официант, который принимал ее заказ, смотрел на нее глазами, полными желания — он почти раздевал ее взглядом. Она чувствовала как он стягивает с нее лямочки ее тонкого летнего платья, как в своей голове он обнажает ее грудь своим поцелуям, как он заваливает ее на мягкий диван, который тут был вместо кресел... Смеясь, она даже помахала перед его глазами рукой и повторила еще раз свой заказ. Юноша густо покраснел и быстро ушел на кухню.

Видимо это все феромоны. Или флюиды. Или как там это называется? Мужчины всегда готовы наброситься на женщину, когда встречают ее сразу после бурного секса. Так устроена природа.

Через пару минут, когда юноша принес ей молочный коктейль, он на ломаном русском, перемешанном с английскими фразами, сказал ей, что его смена закончится сегодня в десять вечера и он очень хотел бы куда-нибудь пригласить belle-леди.

Это было единственное слово, которое она знала по французски. И это была смешная история. Сначала, когда ей кричали это на улице, она даже обижалась. «Ну да, блондинка... белая... что в этом такого?!», думала она, когда первый раз была во Франции, «Неужели это тут такая редкость?!», но потом один из жарких французов, который с упорством барана вел ее до самого номера в гостиницу, рассказал ей что это значит — она долго смеялась.

Она улыбнулась официанту. Он был симпатичный. Юный. Лет 25, не больше. Блондин с зелеными глазами, ухоженный и аккуратно одетый. Она обещала подумать. Этого было более чем достаточно, чтобы он ушел окрыленным, а на десерт, от себя, подал ей вкуснейшее тирами су.

На вечер у нее были планы. Давняя парижская он-лайн знакомая обещала сводить ее в местный закрытый клуб, где такой девушке как она «обязательно должно было понравиться». Ей было велено одеться легко и непринужденно, в свободные и открытые одежды — клуб находился в полу-подвальном старом помещении и там была плохая вентиляция.

Куда ее привели она поняла сразу, как только они спустились по узкой лестнице. Еще пару лет назад она часто бывала в таких клубах, зависала там ночи напролет и творила полные безрассудства. В клубе были только женщины. Хотя нет, пара мужчин в форме официантов там все же наблюдалась. Они обнимались, целовались, танцевали, а некоторые из них, скромно спрятавшись по углам, занимались чем-то чересчур интимным. Она отметила это буквально краем глаза, пока они прошли к барной стойке.

Она салютнула своим мартини с оливкой красивой девушке, одетой в мужскую одежду и явно стриженной под мальчика, которая сидела от них в паре мест в стороне и с особым вниманием рассматривала ее платье. Она любила таких женщин. Не меньше чем мужчин. Вообще, она достаточно не плохо знала лесбийский мир изнутри, будучи до какого-то времени, по юношеской глупости конечно, убежденной лесбиянкой. Сейчас она вспоминала то время с улыбкой, но что было — то было. У нее было не отнять того что она общалась с массой лесбийских пар, знала по какому принципу они строились и потому откровенно и громко смеялась, когда в очередной порно истории видела двух грудастых силиконовых красавиц, изображавших друг к другу бурную страсть и трахающих друг друга накладными членами на поясах. Это было так по мужски, так эгоцентрично, так сдвинуто на культе «члена»... Она никак не могла понять отчего режиссеры не могли проконсультироваться хоть раз у настоящих лесби.

Девушка тут же пересела к ней. Она знала английский и это было хорошо. Они проговорили около часа о чем-то разном: о женщинах, о красоте, о глупых клеше, свойственных Франции и России, о мужчинах и даже немного о сексе. Она, ее новая знакомая и девушка, которая привела ее в клуб. Потом последняя куда-то исчезла. Сначала она ушла танцевать, а потом так и не вернулась, видимо найдя себе более многообещающую компанию на вечер. А может быть она не вернулась специально, поняв что становится лишней — ее новая знакомая уже минут двадцать назад положила ей руку на коленку и с каждой минутой, она поднималась все ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх