Малахитовая шкатулка

Страница: 3 из 3

Макс, повернувшись к стеллажам.

 — Не-ет, — проблеяла я, во мне затеплилась призрачная надежда, что это уменьшит жестокость наказания. Напрасно!

 — Ну что ж, можешь кричать, здесь стены капитальные — не гараж, а бомбоубежище. Никто не услышит, — с этими словами Марк повернулся опять к столу, в руках у него был сложенный вдвое белый провод, толщиной примерно в полсантиметра.

Последнее, что он сказал мне перед экзекуцией, было:

 — Это жестоко, но необходимо, чтобы ты запомнила это на всю свою жизнь.

Раздался свист провода, и сначала я почувствовала только, как он впечатался в мои ягодицы, в верхнюю их часть, там, где начинается спина. Но тут же появилась и начала нарастать боль, которая пронизала меня до кости. Как будто током ударило. Из меня вырвался дикий вопль. Я подскочила бы до потолка, если бы не верёвки. Жуткая боль длилась несколько секунд, потом начала стихать. Снова свистнул провод, я вся сжалась, и новая порция раздирающей боли обрушилась на моё тело. Я дернулась изо всех сил, но верёвки держали крепко, я смогла только задрать кверху голову и заорать ещё громче. Услышав третий свист, я заранее закричала и в животном ужасе забилась на столе. А после удара прямо таки завыла от непереносимой боли.

Это был кромешный ад: свист — удар, свист — удар,... Я орала, не умолкая ни на секунду, и извивалась в безумных попытках увернуться от провода, но он неизменно находил мою задницу, более того, каждый раз удар приходился точно на миллиметр ниже предыдущего. Я пыталась выкрикнуть мольбу о пощаде, но что-либо выговорить была не в состоянии — я просто ревела как раненный зверь. Это длилось очень долго, я уже ничего не соображала...

Вдруг порка прекратилась. Некоторое время я лежала, не двигаясь, уткнувшись лицом в стол. Я захлёбывалась рыданиями, по лицу были размазаны слёзы и сопли. Немного отдышалась и повернула голову к своему мучителю — Марк стоял, прислонившись к стеллажу и опустив руку с проводом.

«Всё?» — с надеждой подумала я.

 — Тридцать, отдохни немного, — сказал Марк.

«Только тридцать??? Больше я не выдержу!» — от этой панической мысли я зарыдала в голос.

 — По-пожалуйста, Марк, хватит, я не могу больше, я умру просто, — сквозь слёзы умоляла я.

 — Не умрёшь, — он мотнул головой, — ты девушка крепкая, кровь с молоком. И опять это было сказано с насмешкой, но как-то грустно.

И тут я неожиданно почувствовала, сквозь боль и жжение в ягодицах, что я ужасно хочу заняться с Марком сексом, хочу, чтобы он взял меня прямо здесь и прямо сейчас. Неужели это возможно в такой ситуации? Не может быть! Но... вот же, даже промежность стала влажной. Я сумасшедшая что ли?

 — Продолжим, — сказал Марк, и страх заглушил все остальные мысли и чувства.

Я уже поняла, что просить о снисхождении бесполезно и только глухо рыдала. Я молилась про себя, чтобы всё это скорее закончилось.

Следующие тридцать ударов были ещё ужаснее, потому что приходились по уже выпоротым местам. Опять я билась, вопила, поминала то господа, то мамочку. Как я хотела в эти минуты покинуть собственное тело и куда-нибудь улететь... или превратиться вон в того паучка на стеллаже... Потом мне показалось, что боль остается где-то внизу и немного стихает, как будто вместе с телом погружается в болото... Это я начала терять сознание. Марк заметил это, прекратил на некоторое время избиение и поднес мне к носу пузырек с нашатырём. Я дернула головой, сознание прояснилось. Марк дал мне ещё немного отдохнуть.

 — Осталось сорок, — без всякого выражения сказал он.

К этому моменту я уже охрипла и совсем обессилела. Или Марк меня пожалел и бил слабее, или боль начала притупляться. Во время последних сорока ударов я дёргалась и хрипло стонала, сознание опять чуть не покинуло меня, понадобился нашатырь.

Наконец экзекуция была закончена. Самостоятельно одеться и уйти я не могла. Сползла со стола, попыталась сделать несколько шагов, чуть не упала — ноги не слушались... Марк осторожно натянул на меня юбку и блузку, помог обуться. Нижнее бельё и колготки положил мне в сумку. Потом он посадил меня на заднее сидение машины. Сидеть на моей несчастной истерзанной попе я не могла и завалилась на бок.

Марк довёл меня до квартиры и подождал, когда я отопру дверь и войду.

Три дня я пролежала на животе, вставая только выпить воды и в туалет. На попу невозможно было взглянуть без слёз и ужаса — сначала она была вся красная и синяя, а через две недели стала жёлто-зелёная. Конечно же, ни на какое море я не поехала. Приходила в себя, и только к концу отпуска более-менее вернулась к нормальной жизни. Хорошо ещё, что все друзья и родственники думали, что я в отъезде, и не донимали меня ни звонками, ни визитами. Я пыталась не думать, забыть об этом происшествии, но мысли снова и снова возвращались к нему. По ночам мне снился тот гараж, стол и провода в руках Марка, я просыпалась в холодном поту от ужаса. Но иногда я видела другие сны, намного более приятные и, хотя там тоже были мой истязатель, стол и гараж, но просыпалась я в сладкой истоме, долго нежилась в постели и мечтала о том, чего никак не может быть.

****

Соседка выписалась из больницы, правда чувствует себя неважно, правая рука плохо слушается. Я стала к ней заходить, то продуктов принесу, то с делами домашними помогу немного. Марк сдержал обещание — никто ничего не узнал, даже тётя. Алевтина Марковна мне про своих предков рассказывает, по их биографиям историю без учебников изучать можно. И про племянника при мне часто вспоминает, какой он хороший мальчик, заботливый. Иногда посмотрит на меня немного лукаво, да и проговорится как бы невзначай, что Марик мной интересовался раньше, до её болезни. Знала бы, как мне тяжело это слышать! Ведь и он мне нравился. А теперь — всё, нет никаких шансов... Или?... Мечтаю с ним у соседки «случайно» встретиться и попытаться ему объяснить, как было дело. Теперь то, после всего этого, он мне должен поверить?!

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх