Memoirs of the Elven Whore

Страница: 3 из 5

святы, да это ж никак Айдан Хаардад собственной персоной, вон щит именной, в аккурат как слухи рассказывали, черное солнце на белом поле. В доспехе и при оружии, надо же, трепещите орки. Слухи гласили, что чуть он решит, будто его оскорбили, и незадачливого оппонента будут отскребать от пола совочком по частям. Девушки для него-то и нетути — все кроме Марики работают в поте лица... ну, не совсем лица... гм, работают, в общем. А к эльфу-мужчине, пусть даже и неплохому танцору, кто знает, как он со своими провинциальными нравами отнесется. Зря, может, я так близко подошел? Хотя смотрел он, пока я выступал, очень даже заинтересованно.

 — Как милорду понравился танец? — елейно чирикает Харриет. И меня пальцем подманивает, змея подколодная, видимо тоже заметила его интерес к моей персоне и кует железо, пока горячо — не пожелает ли милорд пообщаться с Далиеном поближе?

Честно говоря, я так вдруг занервничал в тот момент, что пожалуй мог от страха поджавшейся задницей перекусить древко копья. Не знаю, чего больше боялся — или гнева его провинциальной дремучести, или отказа. Отказ бы значил, что пришо мое время попердывать на завалинке и освобождать место в жизни молодым.

 — Далиен — это жемчужина нашей коллекции, он красив, опытен и искусен в дарении наслаждения! — продолжает заливать ему Харриет, — Конечно же, если он вам не по нраву, у нас есть из чего выбрать, но увы, это может занять какое-то время...

Ага, как же, жемчужина. А кто мне орал, брызгая слюнями, что я — много о себе возомнившая ледышка с дыркой, и на мое место десятки шлюх попасть мечтают?

Айдан вопросительно смотрит на меня, я провожу секретный прием «шлюха жеманничает». Состоит в том, чтоб смущенно улыбнуться (и тогда на щеках появляются милые ямочки), как будто бы нервно облизнуть кончиком языка губы, прикусить нижнюю губку, и немного испуганно посмотреть из-под пушистых ресниц. При наличии влажных васильковых глаз и привлекательных губок, а также пресловутых ямочек на щеках, на «горячих жеребцов» действует безотказно. И тут уже все остальное неважно, ибо таких хЫщников возбуждает именно беззащитность дичи.

 — Заметано, — соглашается Айдан и небрежным жестом отдает Харриет деньги.

 — Благодарю вас, милорд, — тихо шепчу я, стараясь вести себя как можно более женственно, — не соизволите ли проследовать за мной.

Веду его в свою комнату, с поклоном пропускаю вперед, сам захожу после него и закрываю дверь. Он стоит посреди комнаты как страж на посту, ноги на ширине плеч, правая рука на эфесе, левая согнута в локте, как будто он держит щит. А щит-то где, кстати? А вот, лежит на полу. М-да, тяжелый случай, видимо все придется делать самому.

 — Мой господин, — подхожу к нему вплотную, — позволите ли мне снять с вас эти тяжелые доспехи?

Айдан переводит взгляд на меня, потом кладет руки мне на талию и наклоняется ко мне поцеловать. Эээ, поцеловать? В губы? Парень, я же не только танцую здесь, да ты хоть представляешь, ЧТО я этим ртом делал? Видимо не представляешь. Но уворачиваться нельзя, желание клиента есть желание клиента. Я послушно сливаюсь с ним в поцелуе, обнимаю его за шею, для чего приходится привстать на цыпочки, позволяю его языку проникнуть в мой рот, играю с его языком своим. Целуется он не очень умело, зато страстно, и вот уже я чувствую его потяжелевшее дыхание, а его руки сжимают меня все властнее. Ого, да никак он уже готов к активным действиям даж не снимая доспехов, и все от одного поцелуя. Э нет, я-то как раз не против тактики «сунул-вынул-пошел дальше», все меньше мороки. Но надо же оправдать «жемчужину нашей коллекции». Одной рукой нежно ерошу ему короткие волосы (спасибо, парень, что ты хоть шлем снимаешь), второй нацеливаюсь расстегнуть ремни, крепящие огромные стальные наплечники к нагруднику. Ой-ё-ёй, да тут и сзади ремень, придется наощупь расстегивать.

Да, оруженосца из меня бы точно не вышло. Чем с этим всем париться, легче просто вытащить его член и сделать минет. Но уже поздно — один наплеч я с него снял.

Хаардад, увлеченный поцелуями и поглаживанием меня по спине (кстати, парень, у меня и пониже спины немало интересного, можешь не скромничать) не возражает, и я снимаю с него второй наплеч. Ох и тяжелый же! Ну, можно переходить к нагруднику, если я сумею найти ремни. Так, толстая вываренная кожа сверху и стальные пластины под ней — это, кажется, называется бригантиной. Ага, а вот и ремни. Ну это надолго. А ты, младой герой, чего тут посмеиваешься? Да, я не умею снимать доспехи. Зато ты днями напролет таскаешь на себе кучу тяжеленных железок, так кто из нас неудачник, спрашивается? Конечно вслух я ничего этого не говорю. А Хаардад вдруг берет обе мои ладони в свои, подносит к своим губам и... целует мне пальцы. Боги, я не знаю, что и сказать, какая романтика! Мы снова нежно и долго целуемся, а чертова бригантина все еще на нем, между прочим.

Айдан с видимым сожалением отрывается от моих губ, и быстро расстегивает те ремни, до которых может дотянуться сам. Вдвоем мы справляемся на диво быстро, и вот куча железа (бригантина, наручи, налядники, латная перчатка, поножи и какие-то круглые поебени со стальными бабочками по бокам, снимал я их с коленей и локтей, и даже не представляю, как они могут называться) лежит себе спокойно на полу рядом со щитом и мечом, а мой романтичный герой-завоеватель остался в толстом стеганом поддоспешнике. Фууу! Нет, ну я конечно не думал, что мужчина, весь день ходивший в жарком халате и сорока фунтах железа, будет испускать аромат цветущих фиалок или ландышей, но это! Ооо, мой нос! Да что там нос, сейчас он сапоги снимет и у меня глаза заслезятся! Да эта стеганая одеялокуртка еще и мокрая, и явно не от воды... Хвала небесам, мокрый от пота и непередаваемо благоухающий поддоспешник и шоссы он снимает сам. Про то, что рубашка тоже мокрехонька и пахнет не лучше, даже упоминать не надо. Жалко нельзя картинно поморщиться и нос зажать. Говорят, некоторых запах пота возбуждает. Отвечу так: вы просто ЭТО не нюхали!

 — Милорд, — бархатно мурлыкаю я, — позвольте мне помочь вам расслабиться в горячей ванне!

Он либо не понял, отчего я так стремлюсь отправить его в ванную, либо сделал вид, что не понял, и я влеку его в боковую комнатушку, где стоит латунная лохань с горячей водой. Проворно снимаю с него рубашку и бре, и вот гроза орков Айдан Хаардад стоит в чем мать родила, а я окатываю его водой из ковша. Он расслабляется, прикрывает глаза и позволяет мне его помыть, и заодно рассмотреть как следует. Высокий, широкоплечий, мускулистый — прямо мечта всех женщин. Светлая кожа контрастирует с темными волосами, не лишенное привлекательности лицо, обрамленное короткой бородкой, нос с горбинкой, но явно не природного происхождения — видимо последствие воинских тренировок. Говорят, его брат Роланд — писаный красавец, весь в мать. Не знаю, в кого пошел Айдан, но как для воина он очень даже привлекательный, хотя наверное на светском балу среди придворных смазливых красавчиков смотрелся бы неуместно.

Так, а чего это я до сих пор одет? Картинно оглядываю свою мокрую шелковую рубашку и, отходя от него на несколько шагов, медленно расстегиваю ее, как будто бы невзначай лаская себя пальцами. Он смотрит на меня не отрываясь, и когда рубашка падает к моим ногам, делает непроизвольное движение вперед, становясь похожим на подкрадывающегося хищника. Я продолжаю играть роль беспомощной дичи, отворачиваюсь, наклоняюсь, и эротично стягиваю обтягивающие штаны. Так он может лицезреть во всей красе мою оттопыренную попку, две упругих гладких булочки персикового цвета. На тут же которые нежно ложатся горячие ладони. Ха, я и не заметил, как он подошел так близко. Я выпрямляюсь, и он обнимает меня сзади, прижимает к себе, попкой я чувствую его стремительно затвердевающий член. Айдан нежно целует мне ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх