Пара. Новогоднее чудо.

Страница: 3 из 7

на людях я не любил. Попытался ломаться, не получилось. Когда пьяные русские люди начинают просить, отказать сложно, и себе дороже. Решил исполнить коронный номер, чтобы отвязались: начиналось всё с медленной салунной музычки. Иришка по моей команде налила рюмку водки и поставила на самый край пианино сверху справа.

Постепенное увеличение темпа до presto, плавный переход в четвертую октаву и тремоло (быстрое чередование двух нот, по типу барабанной дроби). Одновременно свободной рукой берется рюмка и замахивается! Рюмка ставится и с новой силой продолжается музыка двумя руками с возвратом в первую октаву. Без закуски.

В наших компаниях все уже привыкли, и то нравилось, а здесь был фурор! Я уже собирался вставать, не реагируя на вопли «бис», но тут заметил Аню. Она стояла в дверях комнаты и... улыбалась уголками губ: ангел с серебристыми волосами в облегающем серебристом платье с огромными серыми глазами. Очевидно, она застала кульминационный момент выступления. Меня поперло. Я заиграл классику. Не в смысле, «классическое произведение», хотя оно таковым и является. Я заиграл «классику соблазнения женщин» — сонату для фортепиано № 14 до-диез минор, op. 27 № 2 Бетховена. Больше известная как «Лунная». Многие считают, что вся соната — это Аdagio sostenuto (первая часть). Но, когда она сыграна, и женщина уже растаяла и потекла, начинается вторая — Allegretto! Тогда она отдается. Но только, если играешь сам. И если вы вдвоем.

В сложившейся же ситуации пришлось безрезультатно доиграть все три части. В полной тишине. Похоже, все даже дышать перестали. Играя, я всё время смотрел на Аню, давая понять, что это только для неё. А она, заворожено, на мои руки. Я был наверху блаженства. Это стало моим самым любимым, самым чувственным исполнением «лунной».

Когда я закончил, толпа опять стала орать «бис!». А Аня опять ушла в спальню. Я сказал: «водки таперу, он устал!» В России это работает «на ура!». Все тоже сразу захотели водки и забыли и про Бетховена, и про пианино, и про меня. Вакханалия продолжалась!

С небес на бренную землю меня опустил голос моей возлюбленной: «Ты что на нее так пялился?»

 — Ну, красивая же... — начал было оправдываться я,

 — Да, ладно, успокойся, очень красивая! Вот бы её отодрать, да?

 — Да!

 — И это ты мне говоришь?

 — Я не один, мы вдвоём! — процитировал я фразу из мультика, подражая голосу Суслика.

 — Люблю тебя, — она рассмеялась, поцеловала меня в губы и, пошатываясь, направилась к группе парней с требованием «налить красивой несчастной одинокой женщине».

Из двух вариантов «пойти к Ане» и «с горя напиться» я, как истинно русский мужик, выбрал второй.

Определившись, стал реализовывать поставленную цель: взял со стола бутылку коньяка 0, 7 «Remi Martin» VSOP, коньячный бокал, положил в большую тарелку закуску (салаты, приличную часть изумительного рождественского гуся, рис) и в гордом одиночестве устроился в кресле за журнальным столиком. На многочисленные назойливые предложения «присоединиться» отвечал вежливым, но твердым отказом, ссылаясь, словно опытная замужняя женщина, на «головную боль». Великолепный мягкий коньяк, который не перехватывал дыхание, а разливался по горлу и в груди приятным теплом, и обильная, довольно калорийная закуска сыграли свою роль: я перестал хмелеть и остановился на той стадии алкогольного опьянения, когда голова приятно кружится, но довольно светлая, всех любишь, тянет на подвиги и на секс. Но интересовали меня вовсе не женщины. Воспоминания ТОГО Нового Года и возбуждающий бугорок в Сашиных штанах вызывали животное желание отдаться. Низ живота ныл.

Когда бутылка закончилась, в квартире остались только я, Ирина, Саша и Андрей. И Аня, где-то в своей комнате. Не в силах справиться с возбуждением, пошел в ванную. Разделся, встал под холодный душ — не помогло. Сделал воду теплей, сел на корточки и стал круговыми движениями струи массировать промежность. Желание возросло. Вплотную приставил душ к дырочке — вода стала заполнять попку, приятно распирая изнутри. Когда терпеть уже было невозможно, сжимая попку, пересел на унитаз. Вода мощной струей хлынула из меня, принося приятное облегчение. И тут же снова нестерпимо захотелось ощутить эту наполненность. После трёх-четырёх раз вода стала выливаться абсолютно чистой. Благодаря такой клизме сфинктер расслабился, и вход стал огромным. Словно в раздолбленную дыру, без труда вставил три пальца в попку и стал себя трахать, жалея, что пальцы не достаточно толстые. Наскоро вытерся, оделся. В голове одна мысль: «хочу принять большой член!»

«Мир тесен: в конце концов, все мы встретимся в постели»

(Бриджит Бардо)

Возле окна Иришка тискалась с Дюсей. Я подошел.

 — Бог в помощь. Александра не видели?

Дюся, не отрываясь от Иркиных губ, махнул рукой в сторону второй комнаты.

 — Не увлекайтесь, — шлепнул подругу по заднице и пошел искать Сашу.

О существовании этой комнаты я знал, но увидел её впервые. Это была акустическая комната, оформленная по всем законам этой науки. Стены и массивная дверь были покрыты толстым сукном травянистого цвета. На окнах — тяжелые шторы. Пол застелен паласом с высоким мягким ворсом. На потолке — пенопластовые панели. Справа, в метре от стены, большой кожаный диван с массивной, расположенной под углом примерно 45 градусов, спинкой и широкими закругленными кожаными боковинами, в которые были встроены выдвижные деревянные ящички. На диване разбросаны несколько маленьких кожаных подушек. Слева — стеллаж во всю стену с дорогой аппаратурой и полками, забитыми раритетными виниловыми пластинками, кассетами и лазерными дисками. Множество колонок различного размера по всему периметру. Мягкое, но вполне достаточное освещение обеспечивали четыре бра из больших черепаховых панцирей, расположенных в углах комнаты.

Стало понятно, почему эта комната пользовалась такой популярностью...

Саша сидел на диване, откинувшись на спинку, потягивая коньячок, наслаждался рок-балладами. Акустика действительно была на уровне! Музыка лилась, казалось ниоткуда и отовсюду. Был слышен каждый инструмент, не терялся ни один звук. Сочные басы отзывались где-то в грудной клетке, заставляя сердце биться им в такт.

 — А я-то думаю, откуда Scorpions проистекает! — соврал я: при закрытых дверях звук в квартиру не проникал.

 — Нравится Scorpions?

 — Вообще классический рок нравится: Led Zeppelin, Deep Purple, Queen...

Он уважительно кивнул и жестом пригласил сесть рядом. Минут двадцать мы наслаждались коньяком и музыкой, периодически комментируя: «А вот классная вещь» или «Вот это вокал!» Но всё это время я думал только об его органе. Наконец, я решился: «слушай, смотрю на тебя и думаю, что ты в штаны подкладываешь?»

 — в каком смысле?

 — ну, как балеруны, чтобы член смотрелся.

 — сдурел, что ли, ничего не подкладываю.

 — не, таких не бывает!

 — на спор?

 — на что спорим?

 — на сотку баксов.

 — ты что, я завтра улетаю, у меня все деньги кончились.

 — ну, переводом вышлешь.

 — давай! — я прекрасно знал, что попал на сто долларов, но, в конце концов, говорили, что в Москве мальчики по вызову стоили 300—500. Экономия!

Он отставил бокал, расстегнул ширинку и, приподняв задницу, стянул штаны вместе с трусами до колен. Взору открылся действительно приличный орган. Низ живота заныл с новой силой, я уже не мог остановиться! Он должен быть во мне!

 — да, проиграл, — «опечалился» я.

 — да, ладно, прощаю!

 — слушай, он у тебя сантиметров 15! А когда стоит, наверное, все 20?, — я-то прекрасно знаю, чем расположить ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх