Похищение Гиласа

Страница: 2 из 3

И Геракл отзывается на желание. От вида, орудующего ртом и языком друга, юноша готов уже кончить. Сок любви практически уже готов вытечь. И тогда Гилас сильнее прижимает голову любимого к себе и выстреливает ему прямо в небо. Выстрел за выстрелом. Заливая весь рот своим соком.

Боги! Оба просто не понимают, что сейчас происходит — их уносит на Олимп.

Но Геракл не хочет выпускать из своего рта великолепие юноши, пока не выпьет каждую каплю это дара любви.

«Сейчас ты мой, и я не отдам тебя никому», — думает он.

Одну каплю он все же оставит, чтобы оторваться от великолепия и принести на губах к губам. И Гилас в благодарность принимает этот дар, и их поцелуй затягивается на вечность.

Хвала богам Олимпа!

Бог времени — Хронос, не спеша, проходит мимо них, останавливается, любуется и идет дальше.

Вот он уже вдалеке. Еле заметен. И влюбленные понимают, что и им надо идти.

Они встают с примятой травы.

 — Не уходи! Побудь еще немножко... — влюблено и тихо просит Гилас.

Геракл нежно обнимает его за плечи, прижимается всем телом и замирает. Юноша обхватывает его и тоже стоит неподвижно. Появившаяся печаль овладела ими. Гиласу хочется плакать. Ему кажется, что он больше никогда уже не обнимет любимого. Он положил голову на грудь, и слеза, оставляя мокрый след, потекла по румяной щеке. Еще некоторое время они так стоят, обнявшись. Юноша чувствует, как Геракл ослабил объятия, но сам он не хочет отпускать друга и еще сильнее прижимает его.

 — Не уходи... — шепчет он.

Геракл безвольно и молча стоит в объятиях — ему тоже не хочется уходить. Но он старше и мудрее, и знает, что так не может быть вечно. И еще он знает, что его ждут подвиги, бессмертие и слава.

«Боги не любят, когда человек вмешивается в их планы. То, что ты похитил, похитят у тебя», — вспомнились слова, сказанные старым оракулом.

Его руки нежно гладит тело Гиласа. Он вздыхает.

 — Надо идти, любимый... — говорит он.

Руки Гиласа ослабевают, и он выпускает из объятия Геракла.

 — Сейчас найду подходящее дерево для весла, и встретимся на корабле, — ободряюще говорит Геракл. — И ты долго не задерживайся. Возвращайся быстрее.

Он уходит в лес, уверенно и мощно ступая по земле. Гилас с грустью смотрит на удаляющуюся красивую спину Геракла. Рельефные мышцы играют в его теле. Он идет, не оглядываясь. Его фигура еще видна до тех пор, пока не растворяется среди темных стволов леса.

Хвала богам Олимпа!

Гилас еще немного стоит. Он печален.

«Какие красивые цветы! Почему я раньше их не замечал?» — думает он, разглядывая луг.

Юноша, как будто впервые, увидал красные, желтые, голубые, фиолетовые, лиловые цветы.

«Нарву-ка я их и сделаю венок любимому», — подумал он. В его стране, влюбленные дарили венки из цветов, признаваясь в любви.

Набрав полную охапку цветов, Гилас садится на траву и делает венок. Цветы хорошо и аккуратно сплетались. Закончив работу, он любуется ею. Венок получился очень красивый. Красные крупные бутоны, возвышавшиеся на венке, делают его похожим на цветочную корону.

«Будет красивая корона у Геракла, — с удовлетворением подумал юноша. — А пока я его поношу».

Он водрузил его на голову и почувствовал легкую прохладу цветов.

Встав и слегка нагнувшись, поднял большой кувшин и, не спеша, пошел в лес. Ноги медленно плелись. Почему-то совсем уже не хотелось идти за лесной водой.

Откуда-то подул ветерок, и на светло-голубом небе появились легкие белые облачка. Листья на деревьях слегка зашелестели и зашептались. Что-то тревожное и напряженное повисло в воздухе. Казалось, сам лес пытается что-то ему сказать, предупредить о чем-то.

Гилас шёл, все еще думая о друге и рассеянно глядя по сторонам.

Вдруг ему показалось, что он слышит чей-то голос. То ли детский, то ли девичий. Он замер и прислушался.

«Откуда здесь могут быть голоса?» — подумал он.

Но было тихо. Только деревья все еще тревожно шуршали листьями, да где-то неподалеку был слышен полет птицы.

«Показалось», — подумал он.

Пройдя еще немного, он увидал густые темные кусты и, чуть повыше их, высокие темно-зеленые стебли камышей.

Гилас направился туда.

Ленивый лепет еле слышных речных струй все сильнее и сильнее становился слышен за кустами.

Юноша раздвинул кусты — перед ним блеснула тихая лесная заводь. Было так тихо, и такой ласковой и чистой казалась небольшая речка, что Гилас спокойно подошёл к воде. Большие, широкие, зеленые листья кувшинок с прекрасными белоснежными цветами покрывали поверхность пруда. Вода была настолько чиста и прозрачна, что было видно, как тонкие стебли уходили далеко вниз. А там, на дне, золотая солнечная сетка покачивалась на желтом песке и яркие рыбки медленно и лениво двигались, чуть шевеля плавниками.

Он опустился на колени и зачерпнул ладонью воду. Несколько капелек воды, радужно блеснув на солнце, упало обратно в речку с ладони. Легкие волнистые круги пошли в разные стороны, чуть зашевелив неподвижные листья кувшинок.

Вода была восхитительной — прохладной и сладкой.

Гилас наклонился над прозрачной рекой и еще раз зачерпнул и выпил воду.

Было так свежо и покойно, что уходить не хотелось.

Он присел на самый край берега и стал смотреть на зеркально отражающиеся в воде кусты и деревья, синее небо и облака, плывшие над лесом.

На него из воды смотрело его лицо, молодое, красивое с цветочной короной.

Долго он так сидел, любуясь отражениями. Вода зачаровывала, манила, звала к себе.

Он подумал, что аргонавты, наверно, заждались его, и пора уже возвращаться. Да и Геракла хотелось снова увидеть.

Оторвав взгляд от волшебного зеркала воды, оглянулся в поисках кувшина. Тот лежал на боку недалеко. Гилас протянул руку и взял его. Зачерпнув полный кувшин, он уже собирался уходить, как почувствовал, что кто-то или что-то коснулось его. В прозрачной воде была красавица-нимфа с белыми жемчужинами в волосах и зелеными глазами. Ее маленькие прохладные беломраморные ручки касались его.

 — Не уходи, Гилас, — попросила она.

 — Ты кто? — удивился юноша.

 — Я — Дриола, — сказала девушка, — нимфа.

Она влюблено смотрела на него.

 — Ты так нам понравился своей красотой, — продолжала она, — что мы хотим, чтобы ты остался с нами.

Прекрасные нимфы подплывали к ним с разных сторон.

 — Я не могу — меня ждут на корабле, — смущенно ответил он.

 — Ну, побудь еще немножко, — просили нимфы, — дай нам полюбоваться тобой.

 — Мне надо идти, — Гиласу было неловко отказывать им.

Он стоял в нерешительности, затем развернулся и даже сделал шаг в сторону от воды.

 — Подари хоть на прощание поцелуй, — попросила Дриола и протянула к нему руки, с которых стекала хрустальная вода.

Он не хотел целоваться — его губы еще помнили поцелуй Геракла. Но он сжалился над нимфой, да и смотрела она так просящее, что он подошел ближе к воде и нагнулся. Маленькие ручки Дриолы обняли его шею. Ее холодные губки коснулись его губ и замерли в поцелуе. Гилас почувствовал, как становится тяжело дышать. Кувшин выпал из рук, и юноша попытался освободиться из объятий нимфы. Но руки нимфы, казавшиеся такими нежными и маленькими, крепко держали жертву. Они стали тянуть его в воду. Гилас отчаянно пытался освободиться, но его руки только скользили по телу нимфы. С трудом оторвав губы от губ девушки, он успел крикнуть:

 — Гераааакл!

Но его тело уже полностью оказалось в реке. Вода еще немного побурлила и вскоре успокоилась. Большие листья кувшинок закрыли то место, где исчез Гилас.

И опять стало ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх