Дневники отдыхающих 1. Коктебель 2008.

Страница: 1 из 23

08.08.2008

Вот мы и доехали до солнечного Крыма! Ура! Наконец-то! Точнее, мы доехали не просто до Крыма, — мы в Коктебеле! Уже завтра утром будем валяться голыми под жарким солнцем, купаться в море, и пить вкусные вина Коктебельского завода. Иришка уже спать завалилась, — замучалась в поезде, бедолага. Сейчас черкну пару строк, — и к ней, а то попку выставила торчком, смотреть тяжело, особенно после целых суток вынужденного воздержания в поезде этом, будь он не ладен.

Зато устроились, — лучше не придумать, хоть и частный сектор, но есть всё! Домик отдельный, ванная своя, не джакузи, конечно, но вода горячая; кондиционер, телевизор. Раньше всё было куда прозаичнее.

Всё, побежал в нашу (на целых две недели) койку (огромную, двуспальную), надо Иришку потискать, может, не заметит!

09.08.2008

Конечно, не заметь тут, когда тебе в попку тычут горячим, толстым членом! Прижался ко мне и давай руками по всему телу шарить, я попритворялась, конечно, немного, но тоже ведь не железная. Но после такого воздержания, на самом деле, взобраться на мужчину очень даже в радость. Я аж трижды кончила!

Хитрец, — дневничок завёл тайком. Думает, что я только и делаю, что сплю. Наивный у меня Димон мой, может, за то и люблю его? И про Крым успел написать, и про Коктебель. Забыл, правда, добавить, что не впервые мы тут, слава богу, а третий раз уже. Аккурат, через лето. Когда Турция с Египтом и Тунисом достают. Там тоже неплохо, но голыми не поваляешься, — это факт. Арабы утащат в пустыню, куда-нибудь. А мы нудисты те ещё! Вот завтра и начнём! А сегодня пора бай-бай, а то уже второй час ночи и Димон храпит так соблазнительно, — натрахался и в люлю. Молодец! А я свой дневничок припрячу так, что он точно не найдёт.

09.08.2008

Первый день отдыха, что может быть лучше! — Погода, что называется, шепчет. Жара за тридцать. Море просто парное молоко!

Народу, правда, не мало. Но что делать, — август. Самый что ни на есть нудистский сезон. Это мы ещё пришли рано, учитывая наши вечерние развлекалки. Но и развлеклись на совесть, Ирка даже проснулась, чего я никак не ожидал. Ей бы только спать, обычно. Секс ей тоже нравится, но сон превыше всего. Тем не менее, проснулась вчера и даже снизошла до небольших оральных ласк. А мне много и не нужно было. Да и она разок другой кончила, пока на мне скакала.

Так вот — пляж! Отличный пляж! Плевать на народ, народ отрывается. Веселится по-полной. Все такие загорелые, нам не чета. Мы хоть и поездили в Серебряный бор, но до качественного загара нам ещё далеко. Зато у нас всё впереди, а им уезжать скоро!

Контингент, конечно, разный на пляже. Неоднородный, я бы сказал. И палаточники компаниями и украинские подданные от мала до велика и, само собой, — наши соотечественники. Но хохлов больше. Мужчины представлены в более богатом ассортименте, как, впрочем, и везде. То есть — на других нудистских пляжах.

Маньяки тоже есть, куда ж без них. Мы пока кремом намазались, вокруг нас уже парочка индивидуумов пристроилась. Видимо, так мазались, что не могли на себя внимание не обратить. Ирке нравится, когда я её намазываю, и чего тут особенного, не понимаю? У меня, правда, эрекция проявляется, а у кого бы не проявилась, приходится потом на животе отлёживаться какое-то время.

Ну да хрен с ними, с маньяками. Мы привыкли. Мы молоды (Ирке — 26, мне — 32), симпатичны, стройны, — чего стыдиться! Зато накупались, назагорались вволю!

А Коктебель, конечно, изменился за два года. Уже понастроили тут всего: отелей всяких, ресторанов новых и прочей фигни. И к пляжу нашему строения подбираются всё ближе. Скоро, видимо, от пляжа ничего не останется.

Всё, идём в душ и ужинать.

09.08.2008

Писатель! Максимилиан Волошин, практически! Мимо музея которого мы сегодня проходили, кстати. Далековато от пляжа нашего. Димону-то всё нипочём, а ведь говорила ему, что нужно ещё походить, жильё поискать!

Да теперь уж ладно. Но про пляж он точно написал, даже мне добавить нечего. Разве только о мужской половине пляжников? — Так это Димон со своей мужицкой колокольни судит. По мне, так хоть бы весь пляж одними мужиками забит был до отказу! Это сколько внимания тогда было бы? Комплиментов, не высказанных вслух. Но глаза куда красноречивее и некоторые другие части тел — тоже. И все смотрят. Только мой любимый наивный муженёк удивляется такому повышенному к нашим персонам интересу. А интерес тут не к НАШИМ, а к моей персоне. А мне это и надо! — Хлебом не кормите, а быть пупом земли — хочу! Пупом, с голым пупом! Ха-ха!

В принципе, и пуп мой тоже не плох. Хотя мне куда больше нравятся мои груди: не дико большие, но и не маленькие, упругие, кругленькие, с аккуратными маленькими сосочками. Которые очень быстро становятся твёрденькими под ласкающими мужскими взглядами, особенно, если их изредка поглаживать пальчиками. Смотрят? — Пусть только попробуют не смотреть! Зря я, что ли в Коктебель ехала?

А с кремом, — это вообще мой коронный трюк. Тут Димон прав на все сто: обожаю, когда он своими большими ладонями растирает по моей кожице это ароматное масло, век бы так лежала, нежилась. Сначала он мне спинку натрёт, ножки, даже попку чуть-чуть. Больше нельзя, — Димон за нравственность борется. Потом я на спинку ложусь, и тут самое приятное начинается, пока он мне грудки мои намазывает и животик, моя маленькая, похотливая мышка между ножек начинает оживать, давать сок. А припекаемая солнышком, да продуваемая тёплым ветерком, если слегка раздвинуть ножки...

Димон пыхтит рядом, старается. Старается не смотреть на мои соски, которые уже, конечно, торчком. У благоверного моего тоже уже почти торчком, ему много не надо. Очень близко от моего лица покачивается, медленно наливаясь кровью, его аппетитная колбаска. Головка начинает выглядывать из-под кожи, сама по себе раскрывается, словно бутон какой. Растёт. Нравится мне наблюдать этот процесс каждый раз. Жаль, не долго, — Димон этот процесс завсегда под контролем держит. — Нравственность!

Поэтому, когда Димон на живот свой плюхается, мне приходится самой покрывать кремом не обработанные части моего стройного тельца. Сначала я намазываю попку; и те, кто уже пристроился поблизости, без труда могут рассмотреть мою маленькую попочку, которая под неторопливыми поглаживаниями начинает блестеть. Затем переворачиваюсь и, словно не замечая обращённых на себя взглядов, совершаю похожую процедуру с моей горячей мышкой. Сначала наливаю побольше крема прямо на лобок, потом всей ладонью, медленно, размазываю по внутренней стороне бедра и промежности. Ножки раздвинуты самую малость, так, чтобы невольным (и прочим) зрителям было видно, как под моей ладошкой жирно проскальзывают складочки, как один из пальчиков останавливается на клиторе, а другой, на один ноготочек, на мгновение исчезает в дырочке.

Стоп. Муж возвращается. Пора отправляться кушать. Моцион, знаете ли.

09.08.2008

Ну вот, вернулся, а моя милая сидит, в чём мать родила, мечтает. Как обычно. Она у меня натура романтичная. Частенько улетает мыслями, знать бы ещё куда! А вроде, кушать спешила.

10.08.2008

Нет, дорогой, лучше тебе не знать, куда и зачем я улетаю мыслями своими, блин! Едва ли тебе это понравится. Ты ж меня за простушку наивную держишь, вот и продолжай, чтобы нравственность наша семейная не дала трещину.

Дрыхнет, родимый! А всё говорит, что это я соня. Я вечером соня, зато утром я жаворонок. Это точно.

А поужинали мы не плохо. В узбекском ресторанчике за сущие копейки, в сравнении с Москвой. Муж, правда, хотел хохлятской кухни отведать, но я отговорила. Хотелось на топчане посидеть развалившись. Борща украинского мне тоже хотелось, конечно, но поскольку я нижнее бельё «случайно» не одела, — то я голосовала двумя руками за топчан.

А потом весь ужин сидела в растопырку и не давала Димону ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (4)

Последние рассказы автора

наверх