Заброшенный дом

Страница: 3 из 8

начал их умолять не делать этого, но они были непреклонны. Единственная уступка, на которую они пошли, это отпустить меня, когда уже начнет темнеть.

 — Ладно, не волнуйся, может никто тебя и узнает, а если и узнает, то может и залюбуется. А там гляди и замуж выскочишь — захохотала одна. — Короче не бойся, ты и сама-то себя не сразу узнала. Так, что прийти домой неузнанной у тебя шансы есть. А сейчас учись ходить на каблуках. А то грохнешься где-нибудь по дороге.

Я понял, что мне не отвертеться. Вещи мои сгорели, снять платье, так останусь в лифчике, даже если и лифчик снять, то все равно останусь в кружевных женских трусиках, что тоже картины не меняет. Позвонить кому-нибудь из друзей, так это еще хуже. Тут же спросит, а как я там очутился, да и раззвонит всюду. Остается одно принять их условия и добираться домой в том виде, в котором я нахожусь. Правда, оставалось объяснение с мамой. Но это казалось самым маленьким из всех неприятностей, которые со мной произошли.

Я встал и сказал:

 — Хорошо.

 — Умница Вита. Вот это другое дело!

Это только со стороны кажется, что на каблуках девушки летают. На самом деле это адская работа этому научится. У меня ушло на это не менее часа. За это время я научился сносно ходить. А мои мучительницы как будто меня, не замечая, разговаривали на свои девичьи темы, ничуть не стесняясь, что я парень. Они полностью воспринимали меня как одну из них. И обращение ко мне было соответствующее, в женском роде. Я узнал и когда у кого менструация, и кто кого трахал, и кто сколько раз мастурбирует. А одна устроилась в уголке, приподняла край юбочки, запустила руку в трусики и легонько себя мастурбировала. Остальные сначала немного прикалывались, а потом перестали обращать внимание. Однако усиливающиеся вздохи заставили всех сконцентрировать на ней внимание.

 — Все надоело дрочить — вдруг сказала она. — А ну иди сюда.

Сначала я не понял, что это ко мне.

 — Я хочу, чтобы ты мне вылизал мою киску!

Я продолжал стоять.

 — А, что девочки, это правильно, раз так то пусть нас всех по очереди вылижет. Ты поняла? — обратилась она ко мне.

Меня подтолкнули к лежаку, где сидела, раскинув ноги, и еще продолжавшая возбуждать себя пальчиками девушка, и поставили перед ней на колени. Я первый раз видел перед собой настоящую женскую киску. Я заворожено смотрел на нее, а мой член давно стоял. Я готов был наброситься на нее, но от меня, оказывается, ждали не этого.

 — Нет-нет, себе потом сама подрочиш, а сейчас давай вылизывай — заметив мои намерения, сказала самая старшая из них. И силой наклонила мою голову прямо между ног лежавшей девушки. Я ткнулся носом в промежность, а меня продолжали удерживать в таком положении, и приказала:

 — А ну давай лижи, сучка.

Я неумело высунул язык и провел им по влажному влагалищу. И только мой язык прикоснулся к половым губкам, как острый оргазм пронзил меня. Я кончил. Струя спермы вылилась прямо на подол моего платья. К счастью, никто этого не заметил. Все были заняты тем, как я буду их вылизывать. Я немного начал понимать, как это надо делать. Девушка своей рукой и движением тазом указывала направление движения моего языка. Я вылизывал ее влагалище снизу до верху.

И в конце-концов дошел до клитора. Я понял это по тому, как она выгнулась и застонала. Несколько раз провел языком, как вдруг она сильно прижала мою голову к себе, сжала ноги и бурно кончила. Я еле-еле вырвался из тисков ее ног. Но не успел подняться на ноги, как снова был опрокинут на колени, и передо мной была уже следующая киска. Так одну за другой я вылизал всех девушек. Последней была Оля. Она сначала не хотела, но старшие девочки буквально силой ее подвели и положили передо мной.

 — Олька ложись! Расставь ноги! Дура, еще спасибо скажешь! Учись, пока тебя старшие учат. Девке уже скоро четырнадцать, а она до сих пор из себя целку строит. Мы с двенадцати трахаемся и живы-здоровы.

 — А ты не отвлекайся, лижи давай, сучка! — это уже было сказано мне.

Я как заведенный снова начал работать язычком. Конечно, Олина пизденка была и на вкус и по размеру совсем не похожа на предыдущие, да и волосики были не в пример реже.

У меня снова стал подниматься член, и уже через пару минут я опять кончил на платье. Оля не стонала, не выгибалась, а просто лежала и охала. Как вдруг резко вскрикнула, вся выгнулась, вцепилась мне ногтями в плечи и закричала.

Девушки громко засмеялись:

 — Вот и умница. Еще пару раз, и ее за уши не оттянешь от мужиков.

У меня болели колени и скулы, язык и губы вспухли. Шутка ли восьмерых девчонок обсосать!

Я медленно поднялся с колен и выпрямился.

 — Посмотрите — вдруг указала одна на меня пальцем — да она и сама кончила, да кажется не раз. Подождите, а ведь ей никто не дрочил, да и сама она к члену не притрагивалась. Ей понравилось! — сделала она вывод.

Я опустил взгляд на платье. Оно было мокрым от моей спермы. Пятно четко выделялось на платье.

 — Ничего, теперь она, как настоящая блядь домой пойдет обвафленная! Да и губы у нее как будто у мужиков члены сосала. Вот это блядь так блядь!

Я уже не обращал внимания на их подколки, мне хватило унижений, мне хотелось, просто убежать от них, а дальше будь, что будет. Пока они собрались возле лежака, и что-то обсуждали, я наклонился, снял босоножки, взял их в руки и стремглав выскочил на улицу. Там я резко завернул за угол и знакомыми развалинами и кустами стал убегать. Здесь я знал каждый закуток, и погоня быстро отстала. Я пробежал еще немного и заскочил в здание бывшей котельной. Только здесь, я почувствовал, как болят ноги. Ведь я бежал, не разбирая дороги и по камням, и по стеклу, и по доскам. Только чудом не пропорол себе ногу гвоздем. Я обул босоножки. Все-таки лучше, чем босиком. И, все еще напуганный погоней, забрался в самую дальнюю комнату, которая наверное служила когда-то бытовкой.

Штукатурка со стен еще не везде осыпалась, а над местом, где когда-то стоял умывальник на стене до сих пор висел осколок от зеркала, размером сантиметров пятнадцать. Я подошел к стене и посмотрел в него. И вдруг с интересом начал рассматривать себя. То, что я увидел, мне не понравилось.

Если весь макияж, который мне наложили, был в сохранности, то помада была размазана по всему лицу. Я нашел носовой платок, который был в кармане моего платья и достал его. При этом из кармана, что-то выпало еще. Я машинально поднял и начал вытираться. Минут через десять-пятнадцать мне удалось вытереть от помады свои щеки, подбородок и губы. Однако подойдя к зеркалу. Увидел, что ресницы и брови, да и щеки резко контрастируют с моими пухлыми бледными губами. В таком виде явно нельзя было идти. Я задумался, что-же делать. При этом крутил в руках предмет, который выпал у меня из кармана, и который машинально подобрал. Вдруг я остановил на нем взгляд и задумался. В руке у меня была губная помада, которую мне положили в карман и сказали, что теперь она мне еще пригодится Говоря эти слова, они, наверное, не представляли себе, как они были недалеки от истины. Я смотрел на помаду и стал понимать, что мне самому придется накрасить себе губы, что бы не бросаться в глаза на улице. Все мое мужское существо противилась этому, а предательские ноги уже вели к зеркалу, и я сопротивляясь своему мужскому Я, начал красить себе губы. Я думал, только об этом, и меня все это вдруг стало возбуждать.

Я неумело наносил себе помаду на губы, смотрел в зеркало, вытирал, снова наносил до тех пор пока не получилось что-то очень похожее на девочку. Я смотрелся в зеркало, и вдруг во мне проснулась гордость, что я умело, накрасил губы. Я стоял и гордился собой как девчонка, и сам себе нравился. И вдруг рука сама потянулась под подол платья. Я его поднял, залез под трусики,...  Читать дальше →

Показать комментарии (1)
наверх