Проснись и пой!

Страница: 20 из 31

б мог подумать! В кафе, рассматривая симпатичного, без комплексов веселящегося одиннадцатиклассника, Андрей не мог даже мечтать, что этот стройный и ладный школьник будет спустя несколько часов обнаженным лежать в его постели, и он, Андрей, беспрепятственно лаская пальцами юный, чуть обмякший после оргазма мясисто-толстый член, будет шептать: «Никита... Никита...» — с нарастающим наслаждением при этом целуя парня в шею, в щеки, в чуть припухшие от сосания губы... но если Андрей, втайне неравнодушный к парням, прекрасно осознавал, какой сказочный подарок в лице Никиты преподнесла ему судьба, то Никита, впервые познавший сексуальный кайф с парнем, воспринял голубой секс исключительно как секс, не акцентируя никакого внимания на его «цветовой» окраске, — Никите, классно кончившему Андрею в рот, было по барабану, кто и что о таком сексе думает; ему, Никите, и трезвому-то было до лампочки, какими словами клеймят однополый секс лукавые моралисты, а уж пьяному, да ещё возжелавшему трахаться — сильно возбуждённому... плевать ему, пьяному, было на то, что вместо блондинки — или брюнетки — вдруг оказался Андрюха! Секс — это кайф, и кайф с Андрюхой оказался ничуть не хуже несостоявшегося кайфа с предполагаемой девчонкой... Прошло минут десять или пятнадцать, прежде чем Андрей почувствовал, как член его вновь выпрямляется, сладостно затвердевает, наливаясь горячей тяжестью, — одной рукой лаская упруго-мягкий член Никиты, пальцами другой руки Андрей предвкушающе заскользил по члену своему, двигая крайнюю плоть... было снова приятно, и снова хотелось, — навалившись на лежащего на спине Никиту, Андрей медленно провёл кончиком языка по Никитиным губам, затем скользнул языком по подбородку, по шее — и, двигая своё тело назад, обхватил губами сначала левый Никитин сосок, затем правый, но надолго на сосках не задержался, и губы Андрея заскользили по животу, устремляясь к члену... член у Никиты не стоял — не был напряжен, и в то же время он не скукожился после оргазма, а был хотя и мягким, но при этом упруго-сочным, мясисто-крупным, — Андрей, вобрав в рот обнаженную головку члена, стал ласкать её во рту кончиком языка, стремясь вернуть Никите состояние возбуждения... и — не прошло и минуты, как Никитин член во рту Андрея стал стремительно затвердевать, — Андрея, выпустив член изо рта, выпрямился, оказавшись стоящим на коленях между разведенными в стороны Никитиными ногами... «Андрюха, давай в жопу... я в жопу хочу!» — проговорил Никита, глядя в глаза Андрея взглядом пьяного вожделения; член у Никиты стоял — и он, Никита, хотел ещё... школьник Никита хотел продолжения!"Легко!» — рассмеялся Андрея, поднимаясь с тахты. «Бля, ты куда... Андрюха, куда ты? — в голосе Никиты прозвучало недоумение, и это же недоумение отразилось в Никитином взгляде. — В жопу давай... в жопу ебать хочу!» «Сейчас, Никита, сейчас... лежи, Никита... я вазелин возьму», — тихо засмеялся Андрей, радуясь Никитиному желанию; Никита хотел, не скрывая своего хотения, и уже в этом был кайф — кайф предвкушения кайфа...

Тюбик с вазелином лежал у Андрея в ящике стола; последний раз Андрей пользовался вазелином полтора месяца назад, сняв на дискотеке парня чуть старше себя; точнее, парень снял Андрея, — Андрей заметил на себе характерный взгляд парня, и, выйдя покурить, они тут же обменялись парой ничего не значащих фраз, затем выходили курить ещё, и парень пожаловался Андрею, что поссорился со своей девчонкой, с которой они снимают квартиру, что теперь ему негде переночевать — негде перекантоваться до утра; назвал себя парень Сашей, сказал, что работает программистом в каком-то офисе, и Андрей пригласил парня к себе; конечно, был определённый риск звать к себе малознакомого человека, но Андрею хотелось трахаться... и потом: кто не рискует — тот не кайфует, — под лежачий камень вода не течёт; «поссорившийся со своей девчонкой» парень, назвавший себя Сашей, оказался обычным геем, причём геем с большим опытом, и Андрею поневоле пришлось разыгрывать из себя неофита — типа того, что «я в первый раз»; полночи они энергично трахались — кувыркались на такте и так и этак, а утром, когда парень уходил, они обменялись номерами телефонов, но... продолжения связи не получилось, — Саша несколько раз звонил Андрею, с каждым разом всё настойчивее предлагая встретиться, и каждый раз у Андрея находилась веская причина, чтоб от встречи уклониться... этот Саша был в сексе явным профессионалом, и Андрея этот профессионализм немного пугал — он, Андрей, ни морально, ни материально не был готов к тому, чтоб становиться полноценным геем со всеми вытекающими из этого последствиями, — втайне отдавая предпочтение парням, Андрей вместе с тем в глубине души был еще не готов сказать самому себе со всей определённостью, что он, Андрей, является геем; а кроме того... да, они классно провели ночь — они очень технично потрахались, поочерёдно натягивая друг друга и на тахте, и в ванной, и на столе на кухне, но в душе Андрея не возникло внутренней тяги к продолжению внесексуальных отношений... ничего такого в душе Андрея не появилось; а потом Андрей вообще сменил SIM-карту — поменял тариф... и вот — Никита, брат Игоря... Никита, симпатичный, неопытный, но страстный школьник-одиннадцатиклассник, — держа в руке тюбик с вазелином, Андрей снова опустился на тахту — стал на колени между раздвинутыми, врозь разведёнными Никитиными ногами; конечно, Никита был пьян... отсосав у Андрея, пьяный Никита готов был кайфовать дальше, — не задумываясь, Никита готов был перепихнуться в зад, и это лишний раз подтверждало собственную теорию Андрея о разделении сексуальности человека на «базис» и «надстройку»: «базисом», по мысли Андрея, была сексуальность-сама-по-себе, то есть желание-как-таковое, присущее любому индивиду изначально, от природы, вне какого-либо социального либо общественного контекста, а под «надстройкой» Андрей понимал всё то, что человек усваивает извне, в том числе обусловленное социумом деление секса на «гетеро» и «гомо»... короче говоря, «базис» — это ничем не замутнённая изначальная сексуальность, а «надстройка» — представления о сексуальности, то есть вся та муть, что формирует отношение человека к сексу, — у пьяных «надстройка» даёт сбой: алкоголь вымывает муть представлений, привнесённых в сознание извне, и человек таким образом становится в большей степени самим собой, а отсюда — та лёгкость, с какой парни, будучи пьяными, идут на однополые контакты... во всяком случае, у многих парней это получается и быстрее, и проще, когда они пьяные, — Никита был пьян, а потому его совершенно не напрягала мысль — очень важная в контексте социума, но совершенно глупая с точки зрения природы, то есть «базиса» — о том, сексом какого цвета он в эту ночь занимается... ему, Никите, заниматься сексом было в кайф — и это было главное!

Открутив колпачок, Андрей выдавил вазелин из тюбика на головку своего члена и, отложив тюбик в сторону — глядя Никите в глаза, стал медленно втирать пальцами правой руки вазелин в кожу головки, — Никита, лежа перед Андреем — сжимая в кулаке свой напряженно твёрдый член, молча смотрел на Андреевы приготовления... «Ну, Никита... давай? Я тебя первый...» — проговорил Андрей, вытирая пальцы салфеткой, принесённой вместе с вазелином. «Мне, бля, как... раком становиться надо?» — деловито и вместе с тем возбужденно-нетерпеливо отозвался Никита, делая попытку приподняться. «Не раком... поднимай ноги... — Андрей, поддев ноги Никиты ладонями, сам уверенно поднял их вверх, разводя — раздвигая — колени в стороны. — Вот так, Никита... для начала — так!» Ноги Никиты оказались запрокинутыми назад — коленями к плечам, и Никита, тут же обхватив ноги руками, зафиксировал их в таком положении, — ягодицы распахнулись, широко разъехались ...  Читать дальше →

Показать комментарии (2)

Последние рассказы автора

наверх