Проснись и пой!

Страница: 24 из 31

он, Никита, дёрнулся от Андрея в сторону, Андрей поначалу ничего не понял, пока не сообразил, что у Никиты, накануне изрядно выпившего спиртного, случился провал в памяти... тотальный провал, — Андрей сообразил это, вспомнив, как однажды он сам, точно так же перебрав лишку на дне рождения, испытал наутро нечто подобное — такой же точно провал... бывает! Но то, что Никита ничего не помнил, было полдела, хотя ситуация такого беспамятства уже сама по себе была забавна, делая совершенно относительными такие понятия, как «анальная девственность» или даже «сексуальная ориентация», — ночью, трахаясь с Никитой, Андрей несколько раз менял о Никитиной ориентации своё мнение, думая-гадая по ходу траха, гей Никита или не гей... или, во всяком случае, насколько близок Никита к осознанию своего потенциального гейства. А утром вдруг выяснилось, что Никита не только не гей, а вообще, судя по всему, тема эта была ему побоку, точнее, не было вообще такой темы в его мыслях-переживаниях, в его грёзах-мечтаниях, и это делало ситуацию ещё более забавной, в чём-то даже абсурдной... трахнутый, но девственный — может такое быть? Судя по случаю с Никитой, может такое быть... и если б Андрей после траха, натянув на спящего Никиту трусы, лёг бы от Никиты отдельно или если бы, едва открыв глаза, Андрей не потянулся бы к Никите всем телом, то проснувшийся утром Никита никогда бы не узнал, на что он способен... и не просто способен, а ч т о и к а к он делал в реале — делал конкретно... Никита «ночной» и Никита «дневной»: было — и не было, — прикольно! Вот и думай после этого — гадай-угадывай, гей Никита или не гей..."А ночью мы делали тоже так — мы целовались ночью?» — спросил Никита, ничего не помня о прошедшей ночи...

 — Ночью мы делали в с ё, что делают парни в подобных случаях... — проговорил Андрей, любуясь Никитой, и улыбка сама собой расплылась на его лице, отчего лицо Андрея тут же засияло, заискрилось радостным — солнечным — светом. — Но! Ты спросил меня, голубой ли ты, и я тебе ответил, что ты не голубой...

 — Я сам это знаю! — перебил Никита Андрея. — Ты мне ответь на другой вопрос...

 — Легко! — Андрей улыбнулся. — Но прежде... давай местами поменяемся — ложись ты на меня! Давай?

 — Легко! — отозвался Никита, невольно подражая Андрею.

Андрей, обнимая Никиту за плечи, плавно перевернулся на спину, увлекая Никиту за собой — перетягивая парня на себя... впрочем, никаких особых усилий от Андрея не потребовалось: Никита с готовностью сам, своей собственной волей тут же взгромоздился на Андрея сверху, и Андрей, шире расставляя под Никитой ноги, чтоб тому было удобнее, одновременно с этим обхватил ладонями ставшие доступными сочные, упруго-мягкие половинки Никитиной попки... твёрдый горячий член Никиты вдавился Андрею в пах, и Никита — отчасти подражая Андрею, отчасти действуя по наитию — раз и другой сладострастно дёрнул бёдрами, с силой вдавливая напряжённый член в Андреево тело.

 — Я тебя — как ты меня... — проговорил Никита, пряча под улыбкой невольное смущение.

 — Правильно! Ты меня — как я тебя... потому что, Никита, это приятно... это — кайф! И было бы странно, если б ты сейчас лежал без движений — как бревно, — хмыкнул Андрей, ладонями лаская Никитины ягодицы. — Ты, Никита, классный парень... обалденный ты парень — без всяких глюков! Но у тебя есть один вопрос... хочешь, я отвечу тебе сразу, не слушая сам вопрос?

 — Ты что — экстрасенс? — Никита, чуть заметно двигая бёдрами — скользя залупающимся членом об Андреев пах, засмеялся. — Давай поспорим... если ты угадаешь, о чём я хочу у тебя спросить, ты шалабан мне стукнешь, а если не угадаешь, стукну я тебе... давай? Спорим на шалабан?

 — Спорим... только спорим не на шалабан. Давай так: если я угадаю, я тебе в попку первым вставлю, а если я не угадаю, то первым вставлять будешь ты... согласен?

 — В жопу? — переспросил Никита, и по тому, с какой интонацией он это произнёс — уточнил-проговорил — Андрей окончательно понял, что всё у них сейчас будет... то есть, будет всё то, что было ночью... класс!

 — В попу, Никита! В попочку... — Андрей, поправляя Никиту в выборе слов — вожделённо глядя Никите в глаза, легонько хлопнул Никиту по ягодицам, почувствовал, как ягодицы от его несильного шлепка сочно вздрогнули, колыхнулись из стороны в сторону. — Согласен?

 — А если я скажу тебе «нет»? — в Никитином взгляде мелькнуло любопытство, смешанное с долей совершенно мальчишеского лукавства. — Если я не соглашусь, ты что — будешь меня насиловать?

 — Ни в коем случае! — Андрей изобразил на лице гримасу полного неприятия такого сценария. — Насилие, Никита, не мой профиль... да и потом: зачем мне тебя насиловать? У тебя что — есть веские основания, чтоб сказать сейчас «нет»? То есть, ты можешь, конечно, от секса отказаться... а — зачем? Ну, откажешься ты... допустим, ты скажешь мне «нет», и — кому и что ты докажешь своим отказом? — Андрей, глядя Никите в глаза — предвкушающе тиская его попку, улыбнулся. — Короче, Никита... если хочешь узнать, экстрасенс я или не экстрасенс, соглашайся на моё условие! Я же вижу... — Андрей, дурачась, заговорил глухим голосом, чуть растягивая слова, — вижу... я вижу, Никита, что тебе сейчас очень приятно... тебе сейчас клёво... тебе кайфово — я это вижу и даже чувствую, но есть на твоём пути к дальнейшему — наивысшему — блаженству одно небольшое препятствие... и даже не препятствие, а так — маленькое недоразумение, возникшее из детского непонимания, и хотя оно тебя не очень волнует и, в общем и целом, практически не напрягает, тем не менее... тем не менее, ты хотел бы знать, как совместить тебе то, что тебе кажется несовместимым... я могу объяснить тебе это, Никита... и мы устремимся туда, где царствует упоительный, никем и ничем не омрачаемый кайф... ты согласен, Никита?"Да» или «нет»? Отвечай — и я отвечу тебе на твой вопрос... итак, Никита: «да» или «нет»?

Андрей дурачился — откровенно, по-мальчишески дурачился, лёжа под Никитой, и в этом тоже был кайф, совершенно невозможный с Сашей, умевшим технично трахаться... трахался Саша классно, а говорить с ним Андрею было не о чем... и уж тем более было бы неуместно вот так дурачиться! А с Никитой это было и уместно, и естественно — с Никитой хотелось и говорить, и дурачиться, и прикалываться...

 — Отвечай, Ники-и-та... — пропел Андрей, глядя смеющимися глазами в глаза Никиты.

 — Не-е-т! — со смехом протянул Никита, подражая Андрею.

 — Не-е-т? — словно эхо, тут же повторил Андрей. — Ты сказал сейчас «нет»? Ты дурак, Ники-и-та...

 — Да-а-а! — не дослушав Андрея, со смехом протянул Никита, перебивая Андрея — так же явно дурачась, глядя на Андрея смеющимися глазами.

 — Что означает твоё «да», Никита?"Да» — ты дурак? Или «да» — ты согласен?

 — Или «да» — ты согласен? — словно эхо, повторил Никита, и Андрей, поняв Никитину игру, невольно улыбнулся... когда-то — в детском оздоровительном лагере на берегу тёплого Черного моря — он, Андрей, точно так же повторял слова вслед за мальчиком из города Сургута, который от него, от тринадцатилетнего Андрея, безуспешно добивался взаимности: они сидели в беседке, и мальчик, который был на год или даже на полтора старше Андрея, почти что открытым текстом уговаривал Андрея «попробовать», а Андрей, на тот момент ещё не имевший никакого опыта и потому не знавший, как ему быть, не говорил ни «да», ни «нет», а лишь повторял ...  Читать дальше →

Показать комментарии (2)

Последние рассказы автора

наверх