Проснись и пой!

Страница: 30 из 31

контактам с девчонками, если будешь обращаться к партнеру мужского пола даже тогда, когда будешь окружен девчонками или женщинами, готовыми тебе отдаться... дело, Никита, не в самом сексе, а в том, какому сексу ты отдаёшь предпочтение... только и всего! Вот скажем, ты... ты что — отдаёшь предпочтение голубому сексу?

 — Нет... какое, бля, предпочтение, если я сейчас вообще... вообще впервые это делаю! Нет у меня такого предпочтения... всё правильно! — проговорил Никита, и лицо его расплылось в улыбке. — Я же сказал тебе, что я не голубой... просто, бля, кайф — и всё!

 — Ну, слава богу! — не удержавшись, съязвил Андрей. — А то я уж стал беспокоиться...

 — Хуля, бля, беспокоиться! Андрюха, а ты сам... ты сказал мне, что ты не знаешь, голубой ты или нет. Это потому, что не знаешь, кому отдать предпочтение?

 — Ну-да, потому, что не знаю, — чуть помедлив, отозвался Андрей... лёжа под Андреем, Никита едва ли не впервые за всё это утро назвал Андрея по имени — назвал Андрюхой, и Андрей тут же подумал, что это... это — хороший знак! — И ещё, Никита... ещё потому, что этого я не сказал себе сам — не сказал сам себе, что я голубой. Это самое главное — сказать самому себе... Впрочем, Никита, всё это фигня! Все эти разговоры... — Андрей приблизил лицо к лицу Никиты, но не всосался в Никитины губы, как это делал до этого, а, скользнув горячими губами по Никитиной щеке, вжал губы в Никитину шею, одновременно с этим стискивая, сладострастно сжимая ягодицы — вжимая свой член в член парня. — Все эти разговоры, Никита, для тех, кто склонен к рефлексии — у кого комплексы... у кого — тараканы в голове... а ты парень умный — без тараканов... парень из города Незалупинска! Впрочем, нет... — Андрей, оторвав губы от шеи Никиты, приподнял голову, глядя Никите в глаза, — город твой нужно переименовать... город, где живёт классный парень с именем Никита... парень типа тебя... — засмеялся Андрей, — короче, такой город будет называться... как, Никита, будет называться такой город? Город, в котором живёт — вопреки гопоте и попу на джипе — обалденный парень с именем Никита...

 — Хуй его знает! Ты, бля, как только сегодня город мой не называл! — отозвался Никита, глядя на Андрея смеющимися глазами.

 — Никита, не матерись! А то я, когда мы встанем, не дам тебе завтрак...

 — Я не матерюсь — я так разговариваю, — рассмеялся Никита.

 — И дома ты так разговариваешь?

 — Хуля, бля, дома! С друзьями я так разговариваю — с пацанами, — отозвался Никита, удивляясь, как Андрей может не понимать, где материться можно, а где нельзя

 — С друзьями — с пацанами, — повторил Андрей, словно желая этим повторением впечатать в сознание Никиты слова, им же сказанные. — Если с друзьями, то ладно... это может служить тебе оправданием, Никита... Никита из города Обалденска...

Андрей, медленно наклонившись — приблизив лицо к лицу Никиты, снова обхватил губами губы Никиты, жарко и жадно вобрал их в рот, до сладостной боли всосал губы Никиты в губы свои — и тут же, выпустив их изо рта, скользнул губами по Никитиному подбородку, по шее, по ключицам... приподнимаясь — пятясь задом, Андрей поочерёдно тронул губами набухшие Никитины соски... и медленно, с нескрываемым наслаждением заскользил губами по плоскому мальчишескому животу, устремляясь дальше — ниже... ниже... да и как могло быть иначе? Хотя... как знать! Всё ведь могло бы быть и иначе, если б Никитины представления о сексе оказались бы извращенными, замутнёнными агрессивным невежеством — если б Никитины представления о сексе оказались бы перевёрнутыми с ног на голову... не оказались!

... Телефон зазвонил, пропел мелодией совершенно неожиданно, и они оба — и Андрей, и Никита — невольно вздрогнули, напрочь забыв, что за пределами комнаты, где они были, есть совершенно другой мир, — телефон Андрея зазвонил в тот момент, когда Андрей, только-только сев на лежащего на спине Никиту — до основания вобрав в себя, поглотив анусом Никитин член, начал, приноравливаясь к сладостной боли, делать плавные качки вверх-вниз... Они уже кончили друг другу в рот, сделав это почти одновременно — лёжа валетом, лаская друг другу возбуждающе сочные попки; они уже кончили, поочерёдно разрядившись, друг другу в зад, или, как прокомментировал довольный Никита, «поебались нехило в попец»; они уже побывали в ванной, где Андрей под струями тёплой воды со смехом показывал Никите, как пьяный Никита за него, за Андрея, держался, чтоб не упасть, и Никита, смеясь в ответ, искренне удивлялся степени своего вчерашнего опьянения, при этом они снова, как ночью, стоя под струями воды, сосались в губы и, поочерёдно опускаясь на корточки, поочерёдно сосали один у другого члены; они уже, сидя на кухне в накрученных на бёдра полотенцах, наскоро перекусили — жадно и весело съели по несколько бутербродов, запивая их душистым, обжигающе горячим чаем, потому что Никита от пива, предложенного Андреем, категорически отказался, а Андрей пить пиво не стал, планируя после обеда поездить по магазинам — купить себе джинсы... словом, они уже сделали всё, что можно было сделать для первого раза, будучи в здравом уме и при ясной памяти, — Никита «ночной» и Никита «дневной» слились в одного Никиту, классного шестнадцатилетнего парня, и вот они снова были в постели, и снова были возбуждены, как бывают возбуждены молодые любовники, чья страсть, возникая вновь и вновь, никак не может достичь своего утоления-дна, и Андрей, оседлав опрокинутого на спину Никиту, плавно и медленно, преодолевая боль, сел растянувшимся анусом на колом торчащий Никитин член, и уже, глядя Никите в глаза, стал плавно и медленно раскачиваться, такой комбинацией-конфигурацией практически напрочь уничтожив понимание, кто «активный», а кто «пассивный» — кто кого трахает, тем самым и себя, и Никиту приближая к ощущению андрогинности, и... в этот момент зазвонил телефон, — вздрогнув от неожиданности — глядя Никите в глаза, в которых мгновенно вспыхнуло недоумение, Андрей потянулся за телефоном; телефон лежал там, где всегда лежал у Андрея ночью — в головах, в небольшой расщелине за матрасом.

 — Игорь звонит... — проговорил Андрей, глядя на монитор телефона — не слезая с Никитиного члена.

 — Не надо! — шепотом выдохнул растерявшийся Никита, напрочь позабывший с Андреем, что где-то есть Игорь, старший брат, и что Игорь может в любой момент позвонить Андрею или ему, Никите.

 — Да, Игорёк! — Андрей поднёс телефон к щеке, одновременно приложив к губам Никиты палец — показывая Никите, чтоб тот молчал. — Привет... да, всё нормально!... я сам только встал... ну-да, только проснулся... ага... а с чего она будет болеть у меня?... ну, правильно, я же не пил... Никита?... нет, спит ещё... нет, — Андрей, глядя на Никиту, засмеялся в микрофон, — нет, Игорь, всё нормально... с чего бы он буйствовал?... да... нет, мы, как пришли, я постелил ему сразу... да... да, и сразу он спать завалился — спит до сих пор... ага... после обеда я думаю... да, думаю после обеда, где-то часика в три... да, по магазинам — надо джинсы себе купить... ну, со мной он поедет, если захочет... да... не захочет — к тебе его привезу... не надо? — Андрей, глядя на Никиту, вновь засмеялся. — Ну, Игорёк, ты вошел в фавор... да... да, я о том же!... понял, всё понял!... я думаю, он не откажется... куртку?... ну, пусть покупает... ага... заедем к тебе — дашь ему деньги... ага... не знаю, почему телефон его молчит... ну, может... да, скорее всего батарейка села... ага... ладно... а сколько мать ...  Читать дальше →

Показать комментарии (2)

Последние рассказы автора

наверх