Ольга. Часть 1: Поиграли в картишки

Страница: 1 из 3

1. ОЛЬГА. Часть 1-ая. ВОСКРЕСЕНИЕ. Поиграли в карты.

Мои старые друзья (супружеские пары Гена с Леной и Петя с Люсей) пригласили меня на «пикник», по поводу, того, что вчера Гену назначали и. о. начальника финансового отдела. А заодно уж так и совпало, что вчера я проводила своего мужа и сына в 40-дневный отпуск и они укатили далеко за Байкал, в тайгу. После хорошей еды и выпивки решили сыграть в покер впятером. Об условиях игры договорились заранее: чтобы проигравшие не пострадали материально, максимальная ставка не должна превышать двухсот рублей. В этот вечер мне не везло: на руках оставалось пятьдесят рублей, когда пошла нужная карта.

Чтобы продолжить игру, мне нужно было одолжить сто рублей. Едва я только сказала это, Лена воскликнула: «Об этом не может быть и речи! Мы так не договаривались». Затем после непродолжительной паузы с двусмысленной улыбкой добавила: «Если ты так уверена в себе, на кон можешь поставить свои трусы». Мне не следовало обращать внимания на реплику — Леночка слишком много выпила, а может быть, вошла в азарт игры, но мне хотелось отыграться, и несмотря на тон подруги, в котором можно было разгадать явный подвох, я ответила, что готова на любые условия. Преодолев смущение (на четвертом десятке лет все еще смущаюсь как школьница), стянула под столом трусики ультрамаринового цвета и торжественно возложила их рядом с кучкой ассигнаций. Не стоит, вероятно, говорить, что после моего демарша игра заметно оживилась, а Леночка посмотрела на меня похотливым взглядом.

Игра продолжалась. Петя с Люсей проигрались, я осталась при своем интересе, но мне нечем было платить. «Я больше не играю, — заявила я, — мне нечего ставить на кон». Загадочно улыбаясь, Лена говорит: «Жаль, у тебя пошла игра! Если уважаемая публика не возражает, вношу дополнительное условие в игру: ставишь на кон оставшуюся одежду. Выигрываешь — разумеется, все твое. Проиграешь — выполняешь все наши пожелания. Идет?» Я стала возражать. Присутствовавшие принялись уговаривать меня, убеждая, что я непременно выиграю. Отнекивалась, как могла, но компания шумела, возмущалась: как, мол, это так, мы ей сделали исключение из правил, а она не хочет продолжать. В итоге я согласилась... и проиграла вчистую. Что тут началось!

Можно было подумать, что выиграли все, кроме меня. Когда всеобщий гвалт немного стих, Лена слащаво-ехидным голосом и говорит: «Давай, старушка, раздевайся догола!» Пыталась умолять, просила сжалиться надо мной и освободить от подобного испытания. Но надо было видеть эту публику: все было тщетно. С большой неохотой взгромоздилась на стол (таково было первое пожелание, которое высказал муж Лены) и трясущимися руками со слезами на глазах стала расстегивать блузку. Возбуждение зрителей нарастало. Осталась в юбке и бюстгальтере. Недавние партнеры по покеру бурно аплодировали, крича хором: «Догола! Догола!» Сняла лифчик, обнажив довольно массивную грудь, намереваясь прекратить на этом дальнейший стриптиз. Но публика неистовствовала: «Юбку! Юбку! Долой юбку!» В конце концов, Петя расстегнул сзади молнию, и юбка упала к моим ногам.

Стою я, совершенно голая, на столе, а вокруг — четверо чокнутых, прыгающих и орущих. Мне было очень стыдно, хотя я всегда гордилась своим телом. По их просьбе я, как манекенщица на подиуме, несколько раз повернулась вокруг своей оси, демонстрируя, кому прелести и достоинства, кому недостатки. Когда «представление», наконец закончилось, и нужно было одеваться, я вдруг заметила, что моя одежда исчезла. На мой вопрос Елена ответила, что проигравший есть проигравший и ему не возвращается ни деньги, ни что бы то ни было еще. Следовательно, если я проиграла одежду, значит, придется возвращаться домой в костюме Евы.

Подобная перспектива меня никак не устраивала: мысленно представила себе предстоящий маршрут и разрыдалась. От дачного посёлка, до станции, где надо сесть на электричку и далее двигаться по городу! А как? ГОЛОЙ? Вновь стала упрашивать всех прекратить дурацкую игру и вернуть мне одежду, жалобно причитая о там, что я не только просадила все деньги, но и оказалась голой в прямом смысле слова. «Ну хорошо, — прервал молчание Пётр, — вношу предложение: дадим сарафанчик, в котором ты доедешь до дома, но при условии, что ты позируешь сейчас в голом виде перед фотокамерой во время траха. Пётр делает четыре снимка, которые ты затем «выкупаешь», выполнив по одному нашему желанию за каждый фотоотпечаток. Договорились?»

Конечно, я понимала, что это ловушка, их «пожелания» могут оказаться похуже, чем выставить меня на улицу в чем мать родила. Но выбора у меня не было, и я согласилась. У меня давно не было мужчины, и я со страстью стала отдаваться и столь же страстно позировать во время траха перед камерой!

И хотя мужчин было двое, но я осталась неудовлетворённой, даже после того как каждый их мужчин поспускали в меня по пару раз, потому как всякий раз когда я приближалась к оргазму — вспыхивали вспышки от фотокамер и меня бесцеремонно переставляли в очередную нелепую позу. Каждый снимок старались делать так, что бы видно было, как члены входят в каждую мою дырочку! Самым неожиданном образом оргия прекратилась, и мне вручили сарафанчик.

Господи, почему я не попросила показать сарафанчик ещё до начало оргии? Этот сарафанчик был сшит на девушку-подростка и по длине он едва-едва прикрывал мою попку, выставляя напоказ всю длину моих голых и пухлых ножек. Покрой был такой, что после нижней пуговицы подолы сексуально разводились в разные стороны. И даже при закрытой нижней пуговицы видно, в каких трусиках будет дама, а под сарафаном по условиям должна быть я голой. Верхняя пуговица едва ли позволяла мне с трудом втиснуть вовнутрь сарафана мои груди четвёртого размера. Сам сарафан был пошит под буфера 2-го размера.

А две малюсенькие лямочки, которые были на плечиках — скреплялись липучками, которые плохо слеплялись. Я не хотела одеваться в этот сарафан, и при этом страстно хотелось продолжения траха, ну хотя бы до оргазма. Я впервые в жизни ощутила животную страсть от того, что меня заставляли смотреть в камеру прямо во время траха и я впервые в жизни ощутила наслаждение от взглядов мужчин, которые хотят меня выебать. Сам похотливый взгляд мужчин и сама возможность смотреть на их похотливые слова — как от этого я возбуждена!!! Я несколько раз продефилировала между одевающими мужчинами, демонстрируя себя, как я выгляжу, если не застёгивать нижнюю пуговицу (до самого пупка подолы разводились в разные стороны) и как тут же вываливаются груди, как только отстёгивать верхнюю пуговицу. Все выдавали неприличные реплики особенно по поводу того как течёт по ляжкам сок из моей киски. Когда я расстегнула последнюю, третью, центральную пуговицу, то сарафанчик не стал держаться на лямочках.

Лямочки тут же разлипались и сам сарафанчик, молниеносно уносился ветерком, оставляя меня полностью голой. Я решительно потребовала свою одежду, потому как заявила, что боюсь в таком сарафанчике пройтись по своему подъезду на свой пятый этаж. На втором-третьем этаже с гитарами сидят каждый вечер стайка местных мальчишек и девчонок... Мне тогда предложили в последний раз сыграть в карты и уже решили так — выиграю — отдадут одежду, не выиграю, то буду выполнять условия контракта. И мы увлечённо принялись сочинять контракт.

Получилось так: я на 40 дней попадаю в сексуальное рабство. Потому как через 40 дней вернутся с отпуска мой муж и сын. По 10 дней на каждого из участников сегодняшней оргии. Каждый день я выхожу из дома на работу или в другое место именно в этом сарафане одетое на голое тело! И в течении дня по распоряжению господина где угодно, когда угодно отдаюсь тому мужчине, которому мне будет велеть господин. Первым господином назначили Гену. Геннадий — это мой сослуживец по работе, но работает помощником зам. ген. директора по финансовым вопросам. Я же работаю простым сотрудником финансово-аналитического отдела. Геннадий и его жена ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (2)

Последние рассказы автора

наверх