Альбина Валентиновна

Страница: 5 из 7

«бутона». От животной похоти лицо его налилось кровью, рот открылся, дыхание стало громким и прерывистым, а полусогнутые колени дрожали.

 — Встань, шлюха, как следует... Ляжки шире расставь! — приказал Миша.

Мать покорно повиновалась...

И вот оно наконец свершилось! Так сказать, конь и трепетная лань слились в едином порыве... Упругая головка фаллоса раздвинула мокрые от мужской и женской смазки срамные губы и вошла во влагалище. Живот сына плотно прижался к округлой попе любимой женщины. Мишка запыхтел и быстро задвигал телом. Альбина Валентиновна чувствовала, как яички сына с размаху бьют по болоте. Стоны сына, характерные

звуки соития мужского и женского половых органов, шлепки яиц — все слилось в какую-то невообразимую, очень возбуждающую какофонию. Алька завелась.

Комната «закружилась», и училка ощущала только одно — самое что ни наесть проститутское возбуждение в ее давно не траханной манде. Стареющая сучка сладострастно ахала и охала при каждом погружении в ее влагалище полового члена. Помогая сыну, мать двигала своим пышным задом навстречу движениям его «инструмента». Оба сношались не впервые, но, как ни крути, она все-таки мама, а он ее сынок, и это придавало соитию непередаваемые словами ощущения, а родным «партнерам» дарило неземное наслаждение. Влюбленные сердца бились, как после бега, обоим не хватало дыхания. Для Али и Миши перестало существовать время и окружающее — все, кроме совершающегося полового акта, захватившего их целиком. Мама, закрыв глаза, уже почти что выла, содрогаясь под Мишкиными толчками. Она ерзала сосками по полированному столу и это приносило ей дополнительную сладость. Когда Альбина решила отдаться сыну, она думала, что Мише трудно будет ввести пенис из-за сухости во влагалище, а она сама испытает если не боль, то уж явно дискомфорт.

Как она ошибалась! Член ходил туда-сюда, как по маслу: такого обилия соков она никогда не выделяла. Ее «пещерка» истекала густой липкой пенистой смазкой с характерным терпким запахом. Даже она сама, уткнувшись носом в стол, чувствовала, как пахнет ее пизда. Да, да! Именно пизда! Исключительно это матерное определение женского полового органа было в ее сознании, когдасынок обрабатывал ее сзади.

 — Он в моей писе, — думала она. Моя пещерка — его дверь в мир... Он вышел из нее! А теперь опять входит... И выходит... И снова входит... Выходит... Входит... А вот насчет боли она не ошиблась. И боль эта не из-за сухости слизистых влагалища. Мать и не предполагала, что у ее сыночка, ее «мальчика» такой большой половой член. Проходя влагалище он ударялся в стенку матки с такой мощью, что сильно растягивал ее, причиняя матери довольно сильную боль. Низ живота заныл, как при менструации. Ей захотелось, чтобы сын поскорее спустил сперму и вынул свою колоссальную дубину. Ее желание быстро осуществилось.

Миша замер, прекратив фрикции, судорожно дернулся и спустил стон и весь как-будто обмяк.

 — Ты кончил? — спросила мать.

 — Да...

 — Ну вот я и твоя... Твоя жена...

Сын сделал еще несколько фрикций и извлек из влагалища матери мокрый

начинающий увядать пенис. Альбина Валентиновна выпрямилась, повернулась к сыну лицом и обняла его.

 — Тебе было приятно, мой мальчик?

 — Да... Ты самая сладкая женщина на свете... Мне ни с одной женщиной еще не было так вкусно, как с тобой Альбина...

 — Ты можешь опять называть меня мамой...

 — Нет! Теперь ты только Альбина. Я буду сношаться с тобой, Алька, каждый день... И, может быть по нескольку раз... А спать мы будем вместе! В твоей постели.

 — Хорошо, муженек... Давай я оботру твою пипирочку...

 — Нет, детка, оближи ее...

 — Альбина не стала сопротивляться и вновь опустилась перед сыном на колени. Он с готовностью оголил свою красную залупу. Несколько раз ударил гибкой вялой колбаской мать по щекам и вложил склизкую головку в ее уста, засунув поглубже. Мягкая кожица, обтягивающая фаллос, при погружении в рот, складывалась гармошкой. Мошонка, в которой обрисовывались крупные яйца, раскачивалась от движения Мишиного тела, шлепками ударяясь о материнский подбородок. Алька, сомкнув по окружности губы, сделала несколько сосательных движений челюстью и языком. Она взяла рукой яйца и, катая их в мошонке, стала во всю сосать пенис, вновь совершая минет. Головка члена была мягкой и упругой, а ниже ее ощущалась языком и губами отвердевшее как кость тело, и чувствовалось, что оно живое и трепетное.

Странное дело, Альбина опять почувствовала влечение и быстрее задвигала языком по половому органу сына. Она с аппетитом слизывала остатки спермы, перемешавшиеся с соком ее влагалища. Второй раз

за сегодняшний вечер она сосала у сына. Альбина Валентиновна подумала

понимала, что теперь она сможет делать это часто, и крепкий мужской

агрегат всегда будет к ее услугам. Закончив с членом, она насухо облизала сыну яйца и чувством выполненного

долга встала во весь рост. Голая, бесстыжая. Красивая...

ВТОРОЕ СНОШЕНИЕ

Мать, взвизгнула, схватила в кулачок обвисший член у самого основания и

прижалась к сыночку, обхватив его за шею другой рукой. Мишин пенис вдруг

оказался между ее ногами, и Аля стала водить его головкой по своим срамным губам, влажным и покрасневшим от только что совершенного полового акта. Для большего простора движений и удобства, откинув одну ногу в сторону, мама обхватила ею ноги сына, а он, ухватив старую давалку обеими руками за крепкий зад и прижимая ее к себе, впился страстным поцелуем ей в шею и, схватив Алю на руки (груз нелегкий — она все-таки полновата...), понес к диван-кровати и, кинув на спину, навалился на нее. Он тискал большие бабьи титьки, грубо ласкал ляжки, по-хозяйски мял задницу. Все шло к новому

коитусу...

 — Милый! Ты хочешь еще? — спросила мать, чуть отталкивая Мишу от себя.

 — Да...

 — Так быстро... Ты ведь только что кончил.

 — Но ведь ты не кончила... Скажи, ты же не испытала оргазм?

 — Нет... — честно призналась мама.

 — А я хочу тебя довести до оргазма, Аля.

 — Но это не так просто. Я уже стара для этого...

 — Ничего! Любви все возрасты покорны... Ты от меня еще забеременеешь...

 — Ну этого ты можешь не бояться. Залететь я никак не могу... Климакс!

 — К черту климакс! Мое семя оплодотворит тебя! Главное, трахаться почаще...

 — Глупый...

 — А ты сучка! Раздвигай ляжки... Да пошире!

 — Но это невозможно сделать на диван-кровати! Здесь очень узко. Давай

разберем постельку.

Тут Миша согласился со своей возлюбленной, и Альбина Валентиновна стала раскладывать диван, чтобы застелить их брачную постель. В матери все еще теплилась стыдливость, и она хотела накинуть на плечи халатик, но сын не позволил.

 — Я хочу рассмотреть тебя во всех подробностях.

 — Немножко стесняюсь...

 — Такая шлюха, как ты не должна стесняться. Тем более меня. Я ведь только что отодрал тебя как последнюю проститутку.

Альбина Валентиновна промолчала на это и продолжала застилать постель,

разглаживая простынь и взбивая подушки, а Миша, развалясь в кресле, играя со своими яйцами и слегка подрачивая член, с удовольствием наблюдал за ней

 — созерцал, как свисают и дрягаются ее огромные шары, рассматривал вблизи ее замечательный женский орган. Срамные губки раздвинулись, щель раскрылась, и по белым ляжкам потекла из влагалища Мишина сперма.

Альбина увидела это, застеснялась и быстро вытерла семя подвернувшимся под руку бюстгальтером.

Постель была готова...

 — Твоя женушка ...  Читать дальше →

Показать комментарии (3)
наверх