В поезде. Часть первая

Страница: 1 из 3

Жизнь учит, что любая полоса невезения рано или поздно заканчивается.

Но тогда я еще об этом не знал. Более того, несмотря на мой оптимизм, что-то с моим возвращением из полугодовой командировки явно не задалось. Сначала я не смог достать никаких билетов на поезд, и пришлось покупать дорогой билет в купе. Во вторых я так и не смог дозвониться до единственной в городке службы такси и пришлось ловить частника. Однако, как только я вышел на улицу, пошел дождь. Да и какой дождь, я моментально вымок и порадовался лишь тому, что ливень освежил царящую уже вторую неделю духоту. Машины как назло не останавливались и отчаявшись, я решил пройти несколько километров, тем более, что уже вымок и вряд ли кто из водителей решится пустить меня в салон.

К вокзалу я уже не подходил, а подбегал, так как порядком опаздывал. Уже выходя на платформу я сорвался в галоп, понимая, что до отправления остаются считанные секунды. Выбегая, я чуть было не сшиб молодую женщину. В одной руке она держала месячного ребенка, а в другой — небольшой чемоданчик на колесиках. Понимая, что она на тот же поезд, я предложил ей свою помощь. Она с улыбкой согласилась и отдав мне чемодан, взяла ребенка обеими руками. Несмотря на то, что она как и я сильно вымокла, я обратил внимание, насколько она привлекательна. Она была на голову ниже меня, не полная, но и не худая, с очень миленьким, но не смазливым круглым личиком, полными губами и красивыми глазами, в которых бегали искорки. Ее короткие светлые волосы спутались и с прядей падала вода на плечи, а с подбородка капало в глубокий вырез белой летней кофточки. Вырез открывал чудесный вид на длинную ложбинку между больших, очень больших грудей, упакованных в плотные чашки бюстгальтера. С юбки женщины лило ручьем на асфальт, а открытая обувь никак не защищала скромные маленькие ножки.

 — Какой вам вагон? — спросил я на бегу.

 — Первый, — ответила она.

 — Мне тоже.

Мы подбежали к двери в вагон. Внутри стояла молодая проводница, высокая, крашенная под блондинку, но с заметно потемневшими корнями волос. Она насмешливо смотрела на нас.

 — Доплыли? Билеты давайте.

Женщине пришлось на минуту дать подержать мне ребенка и наклониться к чемодану за билетом. Пока она искала билет, я не мог оторвать глаз от ее качающихся большущих сисек. В командировке было совсем не густо с женщинами и такой чудесный вид заставил мой член напрячься. Это заметила и проводница. Хмыкнув, она взяла билет у женщины.

 — Четвертое место.

Я передал ей свой билет.

 — А у вас третье. Вы вместе что ли?

 — Нет, — сказали мы почти хором и улыбнулись. Я передал ребенка женщине и мы начали продвижение вглубь вагона. Женщина прошла первой, а проводница скользнула вместе со мной, да так, что в тесном пространстве коридора я оказался прижат к ней чемоданом. По счастью она была довольно длинноногой и мой напряженный член уперся ей не в промежность, а в ногу. Она насмешливо смотрела мне в глаза сверху вниз и ее губы расплывались в ухмылке.

 — Если нужен будет чай, — она словно специально пошевелила ногой мой член, — обращайтесь.

 — Незамедлительно, — ответил я.

Она убрала ногу и я прошел дальше. Войдя в купе я увидел, как женщина хлопочет над ребенком. Больше в купе никого не было и это меня обрадовало.

Поезд тронулся.

 — Спасибо, что помогли с чемоданом, — я начал придвигать его к ней поближе, она снова отвернулась к ребенку и протянув руку видимо хотела придвинуть чемодан к себе. Однако не рассчитала и неожиданно взяла меня сквозь намокшие шорты за член. Потянув на себя она в течении нескольких секунд не понимала, что происходит, а потом не разгибаясь повернула голову, чтобы взглянуть, что не так. Ее мокрое лицо густо покраснело, она взглянула на меня и отдернула руку. К чести моей могу сказать, что ее пальчикам не удалось сомкнуться.

 — Простите меня, я подумала...

 — Ничего страшного, — я улыбнулся. — Вы не будете возражать если я переоденусь?

 — Нет, конечно нет. Я как раз вытру волосы.

Она достала из чемодана полотенце, накинула на голову и принялась энергично трясти. Ее сиськи тяжело заколыхались в неволе бюстгальтера. Наслаждаясь этим зрелищем, я стянул майку и снял шорты, повесив их на крючок. В этот момент мой член почувствовал, что удержание ослабло и, найдя разрез в моих семейных трусах, развернулся на все свои двадцать восемь сантиметров. Именно в этот момент женщина приоткрыла полотенце и взгляд ее случайно упал прямо мне на пах.

 — Боже мой, — ее глаза расширились, не успевший уйти румянец еще больше загустел. От волнения она закусила конец полотенца, не в силах отвести взгляд с моего пружинисто покачивающегося главного орудия. Наконец она пересмотра себя, и, сглотнув набежавшую слюну подняла глаза на меня.

 — Простите, — сказал я невозмутимо, пытаясь спрятать член в трусах. Она уже не особо стесняясь следила за моими попытками. В конце концов мне удалось уложить мой конец по диагонали, стараясь, чтобы головка не вылезала на свет божий, от чего вид был такой, словно я засунул в трусы толстую палку колбасы. Я сел за столик. Она стояла передо мной, все еще слегка ошарашенная и с ее волос, кофты и юбки мерно капала вода.

 — Вам наверное тоже стоит переодеться, — сказал я. — Вы вся мокрая.

 — Ой, да, — ответила она с сожалением, — но мне не во что, мы так торопились, что я успела только для дочери вещи собрать.

 — Ну, заметил я, вы можете хотя бы снять мокрое и завернуться в простыню.

Она кивнула. — Хорошая идея.

Женщина стянула кофточку через голову. Теперь она стояла передо мной в мокрой юбке и большом намокшем белоснежном бюстгальтере. Она повернулась ко мне спиной и расстегнула замочек. Ее сиськи мгновенно отвоевали себе пространство и я понял, как они были стеснены внутри. Вдобавок, когда она совсем сняла белье, они немного разошлись в стороны и теперь их белые округлости чудесно было видно со спины. Женщина повернула голову и с легкой улыбкой посмотрела на меня.

 — Будьте добры, прикройте меня.

Я взял простыню, развернул ее и встал к ней поближе. Она наклонилась, снимая юбку и ее груди тяжело закачались. Сняв юбку, она приняла от меня простыню, закутавшись в нее села рядом с ребенком.

 — Спит, сказала она поправляя дочери пеленание. — На нее всегда дождь действует успокаивающе.

Я смотрел на нее с интересом, а она, не выдержав моего взгляда с улыбкой посмотрела в окно.

 — Мы, между прочим, так и не познакомились, — заметил я. — Меня Олег зовут.

 — А я Люба, — она улыбнулась и протянула руку. Ее мокрое тело смочило простыню и теперь она облегала ее в некоторых местах.

Мы разговорились. Я узнал, что ее молодой человек сбежал от нее, когда узнал о беременности, узнал, что на пути к нам подсядет ее двоюродная сестра, что они вместе едут в Москву. За это время мы немного обсохли. Успели обсудить всякую всячину и посмеяться над парой анекдотов. Когда Люба в очередной раз поправила простыню, я увидел, как в местах натяжения грудями, появились и начали расплываться два мокрых пятна. Ее тяжелые сиськи были полны молока и это вызвало у меня ранее незнакомое чувство. Я проглотил слюну и с трудом вернулся к теме беседы. Люба как назло положила сиськи на стол, отчего в мокрых пятнах простыню оттопырили соски, судя по всему толщиной с мизинец. Женщина, словно не обращая на это внимания продолжала весело щебетать. Потом вдруг опомнилась и спросила у меня который час.

 — Мы отправились без двадцати час, сейчас где-то час десять, ответил я.

Она встрепенулась.

 — Надо дочу покормить. Я покормлю ...

 Читать дальше →
Показать комментарии
наверх