Бургундский Декамерон

Страница: 6 из 9

уже смущённая графиня, — Готье... Твой старший сын... Молодой барон де Курти... Я не могу поверить в услышанное... — Перестань, моя дорогая, — баронесса взяла её за руку, — подумай и ты о своём долге перед своим сыном! Ты же видишь, что твой сын почти обезумел от любви к тебе! И разве в том не твоя вина? Твой милый, добрый, обаятельный сын готов из-за тебя сцепиться с любым, кто положит на тебя глаз! Ты хочешь и далее его мучить? Своё единственное чадо? А самое главное, он же на самом деле невинен, как дитя... Два года в Ордене это очень долго. Подумай, если он попадётся в лапы какой-нибудь придворной волчицы... Хм... Нет, моя дорогая, это редкая возможность и удача самой дать своему мальчику и опыт и оградить его от многих напастей и ловушек, что подстерегает каждого молодого дворянина при любом венценосном дворе. Подумай об этом, моя дорогая графиня де Аранжи... Бьянка де Аранжи вздохнула, забирая у подруги свою руку и покачала головой: — Нет, Изабель, я не готова к подобному... Это неправильно и грешно. Я не смогу преступить эту черту. **** — Говорят, что этот колодец бездонный., — проговорил мессир Толлак, указывая дамам в густой чаще герцогского леса возле огромной высокой скалы на небольшой пруд с тёмной до черноты водой, — вода в нём ледяная до жути даже в самое жаркое лето. В народе это место прозвали Чёрный Пруд. — О, как интересно, мессир, — захлопала в ладоши леди Чартевон, жена английского посла при дворе бургундского герцога. Мессир Толлак учтиво поклонился: — О, у местных крестьян бытует поверье, что в этом пруду обитают русалки. И, что, якобы, если юноша или девушка, страдающие от неразделённой и безответной любви, бросится в воду с этой скалы, то русалки своими чарами помогут найти путь к сердцу любимого человека, — мессир улыбнулся, — было время, герцог даже повелевал выставить здесь охрану, — до того было много желающих испытать силу пруда на себе... В прошлом году, здесь почил, если вспомните, некий молодой человек Андрэ Д"Агостин... Страдал от безответной любви к некой молодой особе и решился на последнее средство... — Полноте, уважаемый мессир, — проговорил граф де ля Коменж, — признаться, скала очень высока, но чтобы разбиться насмерть... — О, граф... Отсюда снизу не видно, но от края скалы до воды весьма большое расстояние не только в высоту, но и по горизонтали... — ответил мессир Толлак на это, — и надо очень сильно оттолкнуться, чтобы долететь до достаточно глубокого места в пруду. И это удаётся далеко не всем. К тому же вы не представляете насколько студёная вода в этом пруду. Я слышал, что достаточно и нескольких минут в этой воде, чтобы у взрослого мужчины остановилось сердце... Конная кавалькада придворных особ медленно потянулась дальше в неспешной прогулке герцогини Бургундии Изабеллы Бурбонской по личным лесным угодьям герцога Бургундского. Озеро уже осталось далеко позади, исчезнув за густыми деревьями, когда возле статного скакуна графини де Аранжи, круто осадила свою лошадь баронесса де Курти. Она склонилась к уху подруги и еле слышно прошептала: — Моя милая Бьянка... Ваш сын... Кажется, он решил испытать на деле чудодейственные силы этого проклятого пруда... На миг графини стало плохо с сердцем. Перед глазами промелькнула живая картина разбитого окровавленного тела Клода на острых камнях на берегу пруда. — Нет! Глупый мальчишка! — она пришпорила коня. Круто поворачивая назад. Её сердце сжалось, — Клод, обнажённый по пояс стоял на скале, на самом краю и смотрел вниз. — Клод! Нет! Остановись! — закричала она ему, привстав на стременах. Он казался таким маленьким на таком расстоянии. Клод приветливо помахал ей рукой: — О, мама, мне, кажется, мне кажется, что этот Чёрный Пруд как раз то, что мне нужно! — он поклонился ей на скале в грациозном реверансе, — о, мама, Вам очень идёт Ваш сегодняшний наряд! Вы очень элегантны в нём! — Клод! Я прошу тебя! Спускайся ко мне! Клод ещё раз со всей помпезной возможностью и нарочито комично ей поклонился: — Да, моя мама, и хочу того же, поверьте мне, — крикнул он ей, — я иду к Вам... — Клоооддд! — её глаза в ужасе расширились, когда Клод де Аранжи силой оттолкнувшись от скалы, бросил своё тело в бездну. Она знала, что если сейчас он умрёт, то в следующую минуту умрёт и она. В эту секунду гордая, избалованная совей красотой и положением при дворе, графиня готова была на всё. Стать его любовницей, наложницей, даже рабыней, если он этого захочет. С шумным плеском вода расступилась принимая в себя тело виконта де Аранжи и чёрной непроглядной завесой тут же сомкнулась над ним. Бьянка упала с седла, вскочила на ноги, побежала к воде, запуталась в длинных пышных юбках и упала опять. Она уже бросилась в ледяную воду, враз сбившей ей дыхание и, казалось, пронзившей её тело насквозь на сквозь тысячами студёных игл, когда на поверхности появилась голова Клода. — Клод! О, боже ты жив! С его щеки стекала кровь, а губы уже синели от холода, но он улыбнулся ей. В его глазах плясали бешенные огоньки. — Мама... Ты всё — равно будешь моей... , — трясущимися губами прошептал он, — я никому тебя не отдам! — Глупый мальчишка! — кричала она ему, — что же ты делаешь? Разве так можно? О, господи, Клод иди же ко мне, я не могу до тебя дотянуться! Но Клод де Аранжи не двигался с места и всё смотрел на мать странным взглядом. **** Наверное, у хозяина гостиницы глаза готовы были полезть на лоб, когда графиня де Аражи едва не вывалилась из кареты в насквозь промокшем платье и с размазанным по лицу макияжем, но виду он не подал. — Нам нужен твой лучший номер! — выпалила она, — и живо! — О, у нас есть как раз то, что Вам понравится! В нашей гостинице нередко останавливаются влиятельные и богатые вельможи, маркизы, герцоги, маркграфы! — Я сказала живо! — рявкнула на него графиня с перекошенным от злости лицом. И хозяин бросился со всех ног вперёд её к дверям своего заведения. Да, и впрямь, было видно сразу, что эта гостиница в предместьях столицы для знатных и богатых людей, а не какая-нибудь третьеразрядная харчевня. Во всяком случае покои, что сдал им хозяин, были просторны, чисто и аккуратно прибраны и хорошо обставлены недешёвой мебелью. Хотя, сейчас графине на это было абсолютно наплевать. Слуги практически донесли Клода до дверей, — он настолько промёрз, что руки и ноги плохо его слушались, а губы до сих пор отдавали синевой. — Мне нужна горячая вода и хорошее вино! — сказала в покоях она хозяину. Тот вежливо поклонился: — Самые лучшие сорта в винном шкафу в Вашей гостиной, мадам. Горячая вода в достатке в чане в ванной комнате, — хозяин горделиво улыбнулся, — чан установлен на потолке, мадам. Вам стоит только повернуть рычаг и вода польётся на Вас сверху. Миланское изобретение, мадам. Графиня не глядя на него, махнула рукой: — Вы свободны. И озаботьтесь, чтобы нас никто не беспокоил. Хозяин гостиницы снова поклонился. — Я поставлю у Ваших дверей одного из слуг. Вас никто не потревожит. Ванная комната была отделана от пола до потолка дорогим мрамором. Бьянка повернула рычаг в стене и из лакированных прорезей в потолке потекла тёплая вода. Это и впрямь было очень удивительно и интересно, но у неё не было сейчас времени дивиться подобным чудесам. Она затащила Клода под струи воды прямо в одежде. И только тут стала с него стаскивать мокрую холодную одежду. До поры она не замечала, что руки Клода слабо шаря по её телу и делают тоже самое и с её платьем. Бьянка не думала ни о чём, кроме того, чтобы побыстрее избавить своего сына от холодной и мокрой одежды и согреть его тело. — Пей, сын, пей до дна! — она протянула ему полный бокал бургундского. — это согреет тебя... Клод нежно ей улыбался, принимая из её рук бокал. — Вы тоже, мама, — прошептал он. ...  Читать дальше →
Показать комментарии (4)

Последние рассказы автора

наверх