Бургундский Декамерон

Страница: 9 из 9

лишь немного времени назад испытал бурный и продолжительный оргазм, что она едва не захлебнулась его семенем. Но её мальчик снова хотел её любви и её тела. — О, Клод, вы ненасытны... , — прошептала она ему с улыбкой, запуская руку в его мокрую шевелюру, — быть может, нам стоит перебраться в спальню? Я чувствую, что от меня потребуется много сил, чтобы утолить Ваш любовный голод... Но он не хотел отрываться от неё ни на один миг. Невольно она содрогнулась от странного томящего удовольствия, когда руки сына скользнули по её ещё по девичьи стройному стану и мягко легли на ее груди. Клод медленно сжимал их, лаская и усердно вминал пальцы в сочную плоть... — Как долго я мечтал касаться их... , — прошептал Клод. Он опустил голову к её телу и его губы нашли мамину грудь. Графиня замерла, чувствуя, как его жадный рот засосал сначала один напряженный сосок, а затем и другой. Она же снова нащупала его мужское орудие, вновь стремительно наливавшееся любовной силой и мощью, и медленно пробежалась по нему пальцами. Удивительно, но Клод успел за столь короткое время отдохнуть и теперь вновь во всей своей боевой красе он был полностью готов к новой любовной схватке. — Мой мальчик... , — удивлённая прошептала Бьянка, — вы будете потрясным любовником... Вашей любовной силе позавидуют многие мужчины... — О, мама, — на миг Клод оторвался от её груди, — это Ваша красота наполняет меня нескончаемым вожделением. Он снова припал к её груди, покусывая белую кожу вокруг твёрдых напряжённых сосков. На какой-то миг, от мысли, что скоро её родное дитя вверзнется в её лоно своим огромным копьём, Бьянке де Аранжи всё же стало не по себе... Но спасала только одна мысль, что всё же это не её вина, она ведь сделала всё, чтобы не испить этого греха, и не её вина, что упорство и решительность сына превзошли её добродетель. Клод чертовски долго и изощрённо ласкал и целовал её грудь, словно, маленький ребёнок, который, наконец-то, дорвался до так долго ожидаемой и вожделенной игрушки. Но затем его руки мягко сжали её тело и Клод играючи приподнял её в воздухе, аккуратно усаживая мать попкой на свои бёдра. Графиня склонилась к его груди и тут же припала своими устами к его губам во влажном и страстном поцелуе. Вода тёплыми струями ниспадала на их разгорячённые друг другом тела. Это было, быть может, и очень не правильно, но сейчас, в объятиях сына, играя своим языком глубоко у него во рту, чувствуя возбуждённый член сына между своих бёдер, тесно прижатый к её животу, Бьянка уже и сама желала страстного и горячего любовно соития с Клодом... Да, она хотела слиться с ним воедино в страстном порыве, в одно общее целое... И пылко и всецело отдаваться своему мальчику не думая более ни о чём... — Пора амазонке объездить одного дикого и горячего жеребца... , — пылко выдохнула она, томно глядя в глаза Клода. Грациозно изогнувшись, Бьянка привстала над Клодом, раздвигая в стороны стройные ноги и неотрывно глядя в глаза сыну, стала медленно опускаться на его вздыбленную башню. — Ахх... — тонко и пронзительно воскликнула она, когда огромная головка этого копья, преодолевая сопротивление нежных лепестков её лона, медленно протиснулась в неё... , — малыш, вот мы и вместе... От переизбытка самых противоречивых чувств, ураганом проносившихся в её голове и острого ни с чем не сравнимого ощущения любовной стати своего сына внутри себя, силы вдруг покинули графиню и она резко опустилась на член сына всем своим весом, насадившись до самого конца на этот твёрдый кол. Она тихо вскрикнула ещё раз, разрываемая одновременно болью и блаженством, и, закусив губу, упала на грудь Клода. Губы Клода тут же нашли её губы и они снова, теперь уже по-настоящему познав друг друга, слились в жарком поцелуе. Графиня, глубоко насаженная на своего сына, блаженно застыла, касаясь возбужденными сосками широкой груди Клода. Лишь через несколько невыразимо долгих мгновений плотского наслаждения, она медленно и осторожно задвигала бедрами, отдаваясь целиком этой сладкой пытке. — О, мой мальчик... , — с трудом переведя дыхание, прошептала Бьянка, — вы поразили насквозь меня своим копьём... Ей богу, E-mail автора: Ken.Taker@yandex.ru
  1. Ответное SMS сообщение с кодом может прийти через 2-3 минуты,
    Пожалуйста, не закрывайте окно браузера

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

4 комментария
  • Бабай
    27 августа 2013 21:38

    Хм... Только сейчас заметил, что модераторы обрезали рассказ...
    — О, мой мальчик... , — с трудом переведя дыхание, прошептала Бьянка, — вы поразили насквозь меня своим копьём... Ей богу, я ощущаю себя несчастной куропаткой насаженной на вертел...
    Она выпрямилась на нём, сжимая ладонями свои груди и издавая громкие стоны. Её бёдра ходили ходуном в замысловатом любовном танце. Сладкая возбуждающая боль пронизывала всё тело. Бьянка просто не была готова к такому острому и сильному удовольствию от любовного слияния с Клодом и теперь страстно и пылко предавалась этому чувству.
    Обычно, в постели с мужчиной, оставаясь трезва и холодна головой, Бьянка никогда не позволяла чувствам и эмоциям взять верх даже в самые страстные мгновения. Из гордости и чувства собственного достоинства никогда ни одному мужчине в своей жизни не отдавала она себя полностью и без остатка. Но, почему-то сегодня, отдавая своё тело во власть сына, она забыла одеть обычную для себя маску важной высокородной дамы, которая даже во время любви прежде всего остаётся графиней де Аранжи, фрейлиной Её высочества герцогини Изабеллы и не даёт о том забыть ни на миг никому из своих любовников, ни даже мужу... И теперь, она и сама не заметила, как её горячий огненный темперамент, бушующим пламенем рвался из неё наружу, заставляя забыть, напрочь, о каких бы то ни было рамках поведения и устоях, приличествующих и подобающих великосветской даме даже в постели с мужчиной.
    Она положила руки Клода себе на грудь, а сама, вцепившись в его бёдра, яростно и безудержно прыгала на его члене, наполняя ванную жалобными всхлипами и криками, умирая от ужаса и возбуждения, вызванного сознанием того, что это член ее родного чада сейчас пронзает её лоно, заставляя нежный бутон наполняться любовными соками.
    Пыл графини разгорелся ещё более, когда она заметила, что расслабленно лежавший под ней Клод, с жадным интересом наблюдает, как его влажный от её соков любви член, с невероятной скоростью, то появляется из жарких глубин её женственности, то снова исчезает в горячей глубине материнского лона.
    Клод де Аранжи впервые в своей жизни воочию видел и ощущал женщину, нанизанную на своё мужское достоинство. И этот, ни с чем не сравнимый вид, собственной матери с упруго сотрясающимся от бешеной скачки тяжелыми грудями, с подёрнутым от удовольствия лицом, покусывающей в пылу страсти пухлые алые губы наполняло его жилы несказанным возбуждением.
    Подобное зрелище было бесспорно способно возбудить и опытного закалённого в любовных схватках мужчину, а тем более девственного юношу.
    Совсем потеряв голову от охватившего его возбуждения, Клод сжал сильными ладонями мать за бедра, и начал помогать ей, подбрасывая её лёгкое тело на своих ладонях и затем с силой опуская мать на своё любовное копьё, устремляя свои бёдра навстречу бёдрам матери, стремясь вторгнуться как можно глубже в нежное податливое горячее лоно.
    Графиня, чувствовала, как мужская доблесть ее сына, своими размерами и яростным напором просто раздирает ее изнутри, пронзая тело сладкой болью. Испугавшись столь бурных любовных атак в своё лоно, она даже попыталась отстраниться, впрочем, мало надеясь на успех. И впрямь, находившейся уже на самом пике своего возбуждения, сын на её попытки только крепче обнял её бёдра и не дал матери этого сделать, продолжая с силой опускать её бёдра на свой любовный кол.
    — Клод... , — простонала графиня срывающимся голосом, скача на этом разбушевавшемся бешеном быке и с трудом приноравливаясь к этой любовной мощи, неистово пронзавшей её, его размерам и той скорости, с которой ей приходилось принимать в себя своего отпрыска, — Мальчик мой, о боже... Я же Ваша мама... А вы просто используете меня, как бордельную шлюху для своей утехи!!
    Всё же графиня решилась на ещё одну попытку спастись от этого яростного совокупления и, упираясь ладонями в грудь виконта, попыталась привстать с бёдер сына, чтобы хоть как-то ослабить яростное вторжение любовного кола своего сына, на который её так страстно и пылко насаживали.
    — Мама... — лицо Клода исказилось в недовольном выражении.
    Совершенно неожиданно для графини, виконт внезапно крепко прижал её тело к своей груди и одним движением перевернул мать на спину. Через миг Бьянка лежала, распростёртая на спине, ощущая кожей тёплый мрамор пола и смотрела в лицо нависшего над ней Клода.
    — Клод, вы разорвёте меня... — хныкала она, пока юноша нетерпеливо закидывал её ножки себе на плечи, — о, нет... Я не переживу эту ночь...
    Клод прервал её стенания, накрыв её губы поцелуем. Его бёдра вновь мощным рыком со звонким шлепком прильнули к бёдрам матери. Графиня вскрикнула, потом ещё раз и ещё...
    Распалённая булава юноши с силой стала равномерно и неумолимо пронзать материнское лоно, заставляя хрупкую женщину тонко вскрикивать от смеси боли и удовольствия. Впрочем, её вздохи и стоны, казалось, не имели на юного виконта никакого воздействия. Он двигал бёдрами, мощно и глубоко вторгаясь в мать, сейчас более походя на молодого племенного бычка, истосковавшегося от любовного зуда и которого наконец-то допустили до самки.
    Но вспышки боли всё реже пронзали тело графини и скоро унялись и вовсе и Бьянка, оглушённая любовной горячкой от яростного соития, уже обнимала сильные плечи сына ладонями, а длинными ножками обвивала его бёдра, изо всех сил прижимаясь к сильном телу Клода, чтобы теперь, наоборот, позволить ему таранить свою святая святых как можно сильнее и глубже...
    О, как это было дико и невероятно! Нет, графиня де Аранжи совсем не была готова к таким чувствам и эмоциям, рожденными любовным слиянием с родным сыном.
    Через несколько долгих минут, показавшихся им обоим вечностью, яростного бешеного, по-настоящему животного совокупления, Бьянка по внезапно напрягшемуся телу сына, почувствовала, что он сейчас взорвётся.
    — О, Клод, — жарко зашептала она ему на ухо, прижимая его голову к себе, — вы не должны извергаться в меня...
    — Нет, мама!! В Вас!! Только в Вас... — выдохнул в ответ напряжённым голосом Клод.
    — Что!? в меня!? Клод, нет же... — её мысли заметались, словно, испуганный чайки. Господи, Клод обирается её оплодотворить? Мой сын собирается излить в моё лоно своё семя? И даже не собирается испросить на то у меня дозволения?
    Эта мысль была ужасно бесстыдна и постыдна... Она вспыхивала раз за разом мощным факелом в охваченном возбуждением и страстью сознании графини... Но с каждым новым любовным ударом Клода, графиня всё более превращалась в распалённую ненасытную сучку, уже через несколько мгновений не только покорно согласную, но и страстно жаждавшую, чтобы горячее семя её сына наполнило её лоно.
    Тело Клода изогнулось дугой, когда он в заключительном рывке с силой вогнал член в покорное и податливое материнское лоно...
    Графиня закусила губу и громко закричала, забившись под большим телом сына в любовных конвульсиях невероятного по силе оргазма, чувствуя как мощные фонтанирующие струи горячего семени обильно наполняют её лоно.
    Мать и сын слились в жарких тесных объятиях друг друга, захваченные общим чувством опустошающего дикого наслаждения.
    Через долгое время, всё ещё пребывая в полузабытьи и приятной расслабленной неге после испытанного блаженства, едва восстановив дыхание, Бьнка де Аранжи почувствовала, как сильная мужская рука требовательно наматывает её волосы на кулак и тянет ее за волосы и как что-то твёрдое и напряжённое настойчиво упирается ей в губы. Не раскрывая глаз, но, уже прекрасно понимая, что это такое и что от неё требуется, Бьянка покорно открыла рот и послушно начала ласкать губами и языком возбуждённый любовный жезл своего сына.



    ****
    Спустя два года...
    Родовой замок де Аранжи сегодня по случаю первого бала в честь Филиппа де Аранжи был богато украшен, столы ломились от яств лучших поваров Бургундии, артисты, певчие и музыканты с самого утра демонстрировали публике свои таланты.
    Щедрость графа де Аранжи не знала границ и многочисленным гостям оставалось только диву даваться богатству и роскоши в родовом замке де Арнжи.
    — О, какая прелесть!! Право, это, наверняка, стоит целое состояние! — восхищённо произнесла Баронесса Изабель де Курти, с восторгом оглядывая бриллиантовое колье на груди графини.
    Графиня де Аранжи потупилась:
    — О, счастью графа не было предела, когда он узнал что небеса подарят нам второго отпрыска. Сам граф уже давно отчаялся ещё раз познать радости отцовства.
    Баронесса Изабель де Курти игриво обняла свою подругу графиню де Арнжи и шутливо произнесла её на ухо:
    — Право, же моя дорогая, вы совсем забросили меня. Вашему отпрыску уже год, вы не подумываете о возвращении ко двору? Герцогиня весьма скучает по Вашему обществу.
    Графиня склонила голову:
    — На сегодняшнем балу в честь младшего сына графа де Аранжи обещали присутствовать и Их Высочества. Я буду просить разрешения о возвращении ко двору...
    Баронесса рассмеялась:
    — О, нисколько не сомневайтесь, герцог и герцогиня с превеликой радостью дадут Вам согласие. Ваша должность при герцогине до сих пор вакантна. О, а как Ваш сын?
    Бьянка де Аранжи улыбнулась:
    — Женат. Наш внук здравствует. — она тонко усмехнулась, — представьте себе, мой внук младше моего второго сына всего-то на три месяца... А жена нашего сына Маргарита дэ Куатье снова беременна.
    — О, юный мальчик не теряет зря времени, право. Я слышала, что он получил хороший пост при французском дворе?
    — О, да... Принц Анжуйский благоволит к нему и у Клода есть большие надежды сделать хорошую карьеру при дворе французского короля. Ему даже была доверена лично королём важная дипломатическая миссия в Милане и Венеции... А кстати, вот и он...
    Она указала баронессе на старшего сына в богатом расшитом камзоле в толпе молодых дворян.
    При виде сына у неё забилось сердце. Когда он приехал? Они не виделись уже целый год.
    — Он один?
    — Да, Маргарита осталась в Париже с моим внуком... И к тому же в её положении ей уже тяжело даётся столь дальняя дорога.
    Они долго болтали с баронессой, пока один из слуг с низким поклоном не доложил графине, что граф де Аранжи ожидает её в одном из библиотечных залов замка по срочному

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • Бабай
    27 августа 2013 21:40

    ... Они долго болтали с баронессой, пока один из слуг с низким поклоном не доложил графине, что граф де Аранжи ожидает её в одном из библиотечных залов замка по срочному вопросу.
    Немного удивлённая такой срочностью в самый разгар бала, Бьянка всё же поспешила на зов мужа.
    Это было странно, но в библиотеке, погружённой во мрак мужа она не обнаружила. Графиня нахмурилась, думая, что стоит крепко отчитать глупого слугу, когда дверь позади неё громко захлопнулась и она испуганно вздрогнула.
    Но чьи-то сильные руки сзади уже обвили её талию, а жаркие уста припали к её шее. Её сердце забилось сильнее.
    — Клод!? Что за шутки?
    — Мама, простите, но я так по Вам соскучился... — виконт развернул её к себе и, прижав к себе, приник к её губам пламенным поцелуем.
    — Нет... — она с трудом отпрянула от него, — дом полон гостей! Ваш отец...
    — Нет, мама, нет... — Клод не выпускал её из объятий, — дверь закрыта... У нас есть немного времени... Я так истосковался по Вам...
    Клод легко оторвал мать от пола и через миг графиня оказалась на большом столе из красного дерева посередине библиотеки. Руки Клода лихорадочно задирали её шёлковые юбки его платья, пока графиня не ощутила ладони сына на своих ногах.
    — Клод... — простонала она, — ну, право же... Я думала, что утолила Ваш голод ко мне... Признаться два года назад целых три месяца я была очень внимательной и пылкой любовницей... Разве Вам мало?
    Их губы снова слились в поцелуе и Бьянка почувствовала, что у неё кружится голова. О, господи, она много раз представляла себе их встречу после годичной разлуки, и совсем не ждала, что она состоится вот так. Мало того, она не сомневалась, что его пыл к ней давно угас... Признаться, три месяца их бурного романа при бургундском дворе графиня сама не мало приложила сил, страсти и ласки к тому, чтобы её сын вдосталь насытился ей. И теперь уже год после его удачной и счастливой женитьбы, графиня изрядно рассчитывала, что теперь их отношения войдут в нормальные семейные русла. Но видимо, она ошибалась...
    — Ну, Клод... Господи, я и так не уверена от кого родила графу сына... От Вас или от мужа... Перестаньте... У Вас молодая жена...
    Она чувствовала, как его пальцы отодвигают в сторону её тонкое бельё, освобождая дорогу к её лону.
    Сын мягко поцеловал её в ухо и прошептал:
    — Не думайте, мама, что даже жена заставит меня забыть о Вас... О, а Филипп настоящий маленький ангел... По приезду я целый час находился в детской у его кроватке... — он усмехнулся, — вы, правда, верите, что это может быть ребёнок отца? Право перестаньте мама... небеса не дарили графу радостей отцовства целых 19 лет... Думаете, они вот так вот вдруг разом повернулись к нему лицом?
    — Но, Клод... — захныкала Бьянка, снова, как и все те три месяца их страстного романа, ощущая себя безвольной игрушкой в его руках, — нет, не сейчас... Если вами снова овладело безумство ко мне... , — она сделал пузу, колеблясь, но, в конце концов решилась, — то... я готова... принять Вас ночью в моих покоях...
    — Да, мама, и ночью тоже... , — страстно проговорил Клод, покрывая её обнажённые плечи и шею поцелуями, — у нас всего две недели, мама... Потом мне снова по поручению короля придётся вернуться в Милан... Быть может, мы снова не увидимся ещё целый год... Я не хочу терять времени...
    Мощным рывком он притянул бёдра матери к себе и графиня беспомощно вскрикнула, грубо и безжалостно насаженная одним махом на возбуждённое копьё своего отпрыска.
    — О, мой сын!! Вы как всегда нетерпеливы и непослушны — в отчаянии пробормотала она, вцепляясь в его плечи, — прошу Вас только не испортите причёску... Мой парикмахер корпел над ней четыре часа...
    Ответом ей был яростный скрип стола под ней под мощными ударами сына, громкое шуршание её юбок и звонкие шлепки бёдер её отпрыска о её бёдра. Её лоно, уже позабывшее о стати и мощи её сына, вновь безжалостно наполнялось его любовной силой, заставляя графиню вздрагивать и тихо постанывать от сладкой возбуждающей боли.
    Немного погодя, окончательно сдавшись неизбежному, она изогнулась в таллии, грациозно скрестила свои ноги за спиной сына и притянула его губы к своим.
    Серебряные подвязки чулок на её бёдрах стремительно сжимались и разжимались не успевая за любовным танцем бёдер своей хозяйки.
    — Клод... Вы снова оросите моё лоно своим семенем? — на какой-то миг у неё получилось поймать дыхание и она успела зачем-то задать этот глупый вопрос, хотя и сама знала уже ответ. Ведь Клод всегда изливал своё семя только в неё.
    Вот и сейчас, он ухватил покрепче мать за бёдра, так что на её бёдрах под его пальцами заиграли ямочки и, глядя матери в глаза, тяжело дыша, проговорил:
    — Да... мама... Я думаю, скоро вы ещё раз осчастливите графа де Аранжи счастливой новостью...
    — Клод... Вы невозможны... , — простонала графиня, жарко бросая свои бёдра навстречу сыну и усилиями ног помогая себе как можно глубже насадиться на его член, — как Вам не стыдно... Вы снова готовы заставить свою мать рожать от Вас... Клод... Вы несносны...
    Она обвила шею сына руками, покусывала в страсти его шею, тихо вскрикивала и долго всё хныкала ему на ухо жалобные мольбы не извергаться в неё, прекрасно сознавая, что всё — равно именно так он и сделает. Но, точно так, же в глубине души, графиня прекрасно сознавала, что именно это дикое и ненормальное стремление Клода в каждом их любовном слиянии излить в её лоно своё семя, оплодотворить её, зачать в ней грешное дитя, а самое главное, что делал он это без всякой на то оглядки на чувства и желания своей матери — вот именно это каждый раз и возбуждало так неистово и сумасшедше и её саму. Это было невозможно ужасно и невозможно грешно, но графиня ничего не могла поделать ни со своими чувствами, ни тем более с желаниями своего старшего отпрыска.
    Умирая от охватившего их кровосмесительного грешного блаженства, они оба громко закричали, с силой прижимаясь бёдрами друг к другу, когда любовное орудие Клода мощными залпами, выстрел за выстрелом, выплёвывало из своего жерла обильные струи горячего семени в материнское лоно.
    — Клод... Мой мальчик... — дрожала всем телом графиня, сотрясаемая бурным экстазом, как, впрочем, всегда, в объятиях сына.
    — Я люблю Вас, мама... — прошептал, приходя в себя Клод...
    Но Бьянка де Аранжи усмехнулась в ответ на это. Она нащупала руку сына и мягко поцеловала его в раскрытую ладонь. Мягко отстранила его от себя:
    — Нам следует поторопиться, виконт... Наше отсутствие могут заметить.
    Графиня оправила бельё, чувствуя, как её измученное яростным и внезапным вторжением лоно источает семя Клода, разгладила свои пышные юбки и перед зеркалом в библиотеке принялась торопливо поправлять свой наряд и причёску.
    — Нет... Мой сын это не любовь... — проговорила внезапно она, — я дала Вам, под влиянием Ваших безумных чувств ко мне, полную власть над моей душой и телом... И горько поплатилась за это... Теперь я и сама попала в ту же сатанинскую ловушку...
    Клод удивлённо воззрился на неё:
    — Мама... Что вы говорите такое?
    Графиня только грустно улыбнулась:
    — О, мой дорогой, я много думала об этом... Нет, нельзя открывать некоторые двери... Никогда... Ваша любовь ко мне, настоящая любовь сына к матери, закончилась два года назад... Вы безжалостно забрали её у меня... Вместо неё вы дали мне другую любовь, — любовь хозяина к своей безропотной наложнице, к своей покорной рабыне... Вам было мало моей души и сердца, вы решили стать и хозяином моего тела, мой сын... Теперь, Вас интересует только это... И вы ревниво следите за Вашей частной собственностью, мой сын... И потому, снова хотите заставить меня принести от Вас ребёнка...
    Она вздохнула:
    — Но видимо, это мой крест. Я не виню Вас. Во всяком случае, не более, чем себя...
    На скулах Клода де Аранжи заиграли желваки:
    — Мама, у вас появился новый любовник? — его голос был сух и напряжён.
    Графиня печально рассмеялась:
    — О, нет, мой сын... Можете не волноваться... Ваша мать хранит Вам верность... Поверьте, изменить собственному сыну и разбить его сердце, это совсем не то, что изменить просто любовнику или даже мужу... Не один мужчина, кроме мужа не касался меня после Вас. Я никогда не смогу изменить Вам. Это выше меня. Во всяком случае, пока вы меня не отпустите...
    Клод де Аранжи не удержался и облегчённо выдохнул, а его губы тронула довольная улыбка:
    — Я никогда не отпущу Вас, мама. Слышите? Никогда!
    Графиня только смиренно склонила голову и грустно улыбнулась:
    — Я знаю это, мой сын...
    — Мама, ночью, когда граф уснёт, я приду в Ваши покои... , — твёрдым тоном произнёс Клод де Арнажи.
    Графиня Бьянка де Аранжи посмотрела в глаза сыну и склонилась перед ним в церемонном поклоне:
    — Как Вам будет угодно, виконт... Я буду ждать Вас..

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • Anonymous
    ВВП (гость)
    6 сентября 2013 15:00

    Хорошо, что добавил концовку. В общем, иолодец!

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • X-impostor
    21 сентября 2013 18:17

    ... Очень!

    Ответить

    • Рейтинг: 0

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх