Укрощение тигрицы, или как заставить женщину себя полюбить

Страница: 1 из 2

ЧАСТЬ 1.

Джефф никогда не мог понять — почему Элен выбрала его в качестве отца для своего ребенка. Она была красивая и эффектная женщина; вокруг неё всегда крутилось не меньше дюжины молодых мужчин, в том числе несколько накачанных, лоснящихся от геля для волос красавчиков — настоящих бычков-осеменителей. И тем не менее она выбрала Джеффа. В тот вечер она приехала к нему домой, было уже поздно. Удивлённый и обрадованный неожиданным визитом, он помог ей снять пальто и замер... На ней была только коротенькая полупрозрачная кружевная сорочка, через котоую бесстыдно просвечивали её яркие эрогированные соски. Элен прошла в гостиную комнату, легла на диван и грациозно развела колени. На ней не было трусиков. Она подарила ему несколько минут неземного наслаждения, и в обмен получила то, что хотела — его мужское семя. Джефф весь таял от нежности — у него давно не было женщин, а ТАКОЙ женщины у него не было никогда. Он не знал, как выразить благодарность за удовольствие, которое она ему доставила, и пытался неловко целовать её в плечо и гладить по волосам. Элен, наоборот, была совершенно холодна. Она отстранилась от него и сказала:

 — Я перестала пить таблетки.

Джефф пытался понять, о чём она говорит.

 — По моим подсчётам, у меня сегодня должна быть овуляция — я надеюсь, что мне удасться забеременеть. Я хочу иметь ребёнка, Джефф.

Мысли в голове Джеффа завертелись бешеным хороводом. Еще день назад он не мог даже мечтать о том, что ему удастся поцеловать кончики её пальцев, а теперь эта женщина сама пришла к нему и говорит, что хочет иметь от него ребенка?!

 — Элен, милая, — его голос срывался, — я знаю, что у меня очень мало шансов, но я так безумно люблю тебя! Пожалуйста, выходи за меня замуж.

 — Хорошо, — ответила Элен, — если я забеременею, я выйду за тебя замуж. Но при одном условии: во время беременности я не буду заниматься сексом. Я не стану рисковать жизнью моего малыша ради мимолётного удовольствия.

О, тогда Джефф был готов согласиться на любые условия!..

ЧАСТЬ 2.

Через несколько месяцев они поженились в маленьком кругу самых близких друзей. Джефф просто сиял от счастья и гордости, кидая взгляды на её заметно округлившийся животик. Одно омрачало его радость... Ему бы так хотелось обнимать и целовать эту драгоценность — её живот, и прижиматься к нему ухом и слушать, как внутри двигается их младенец и как бьётся его маленькое сердечко. Но Элен совершенно не подпускала его к себе. С той ночи, которая была первой и последней, ему ни разу не удалось не то что обнять или поцеловать её, но даже просто погладить её ладонью по плечу или волосам. Она была так далека и непреступна. Элен переехала в его дом, но заняла отдельную спальню. В одну из первых ночей он хотел зайти к ней и поцеловать ее на ночь, но дверь оказалась заперта. И он безмолвно отступил, уважая её желание быть в одиночестве. Элен оставила работу и довольно сносно выполняла всё, что требовалось от порядочной домохозяйки — она покупала продукты и готовила Джеффу ужины, стирала его бельё, даже гладила его рубашки. Но она практически не разговаривала с ним. Убрав со стола остатки ужина, каждый вечер она садилась в кресло у камина и читала книги — о подготовке к родам и о детском воспитании. На выходных он вывозил её на природу, в горы или на озеро, и опять же она молча сидела и читала книги. За всю беременность она только один раз позволила ему положить руку себе на живот, чтобы почувствовать, как двигается внутри их малыш. Когда у неё начались роды, она категорически запретила Джеффу присутствовать в палате. Долгие 12 часов он стоял под дверью больничной палаты и, обливаясь холодным потом, слушал её стоны и крики, прежде чем раздался детский плач. Он весь дрожал от нежности, ему хотелось упасть перед ней на колени и целовать её, и шептать ей нежные слова, чтобы утешить её после перенесённых страданий. Но когда он вошёл к ней, слова замерли у него на языке. Она с гордостью протянула ему сына — крепкого карапуза почти 4 кг весом. Ей хотелось похвалы за славного малыша, а не сентиментальных нежностей.

Теперь Элен каждый вечер брала сына на руки и няньчила его. Она почти перестала садиться ужинать с Джеффом. Она баюкала малыша, гладила его по белокурой голове, целовала его малюсенькие пальчики — в общем, делала все те маленькие глупости, которыми молодые мамаши часто одаривают своих первенцев. Когда мальчик был голодный, она расстёгивала блузку и кормила его грудью. Но она всегда поворачивалась к Джеффу спиной, и он не мог видеть этого чуда — как мать кормит грудью младенца. А подойти к ней и погладить её грудь — на это у него просто не хватало мужества. Столько раз, возвращаясь с работы домой, он мечтал о том, как будет целовать Элен и как её губы ответят ему — но приехав домой, он безвольно любовался женой издалека, не решаясь подойти к ней. И глядя на эту идиллию между матерью и сыном, Джефф всё больнее осознавал — в этой идиллии нет для него места. Он с горечью вставал и, пожелав ей спокойной ночи, плёлся в свою одинокую спальню.

ЧАСТЬ 3.

В тот день сынишке исполнялось 3 месяца. Джефф приехал пораньше домой, Элен сготовила праздничный ужин и они выпили бутылку вина — Элен решила вскоре выйти на работу и поэтому она отучала малыша от груди. Он не выпивал уже больше года — от вина у него слегка кружилась голова и он решил, что сегодня ночью он непременно будет с Элен. Вообще-то их малыш был очень спокойный и почти никогда не плакал, но сегодня — видимо, от перехода на искусственное молоко — он немного покряхтывал и в конце ужина расхныкался. Элен подхватила его на руки и стала успокаивать и баюкать, нежно поглаживая ему животик и осыпая его поцелуями. Внезапно Джефф заметил, что на Элен было красивое шёлковое платье и туфли на высоких каблуках. Приступ любви и желания захлестнул его. Он уже встал и сделал два шага навствечу Элен, чтобы обнять и поцеловать её, но внезапно мальчик заплакал сильнее, Элен встала с дивана и начала ходить по комнате, качая малыша на руках. Она остановилась у окна, повернувшись к Джеффу спиной. Господи, как ему хотелось подойти к ней и провести руками по этой стройной гибкой спине и сжать ладонями её маленькие крепкие ягодицы... Она была небольшого роста, но всегда держала спину очень прямо, а голову — очень высоко, как будто была воспитанницей балета из Большого Театра. И в этом гордом, твёрдом положении спины ему казалось, что на ней написано «НЕТ» крупными буквами. Внезапно горький комок сдавил его горло — он вдруг с горечью понял, что у них никога больше не будет ничего. Никогда и ничего. Ей не нужен был мужчина. Ей просто однажды потребовалась порция его спермы, чтобы завести ребёнка.

Он встал и постарался выдавить из себя пожелание ей спокойной ночи и почти побежал в свою спальню. Он расстегнул на себе рубашку и скинул брюки. Он еле сдерживал слёзы неудовлетворённого желания, горечи, обиды, одиночества — они физической болью разрывали его грудь. Он зашел в ванную комнату и привычным движением повернул защёлку. Подставив лицо под струи воды, он беззвучно рыдал, с трудом переводя дыхание. Потом его рука скользнула вниз... Он стал гладить свою мошонку, ощущая, как постепенно наливается кровью и встаёт его член. Господи, как ему нужна была эта разрядка!...

Его прервал сильный стук в дверь.

 — Джефф, открой! Немедленно открой! — Элен почти кричала, стучала по двери кулаком и дёргала за ручку.

Он выключил душ, накинул халат и открыл дверь. Она набросилась на него, как тигрица.

Она размахнулась и со всей силы ударила его ладонью по лицу.

 — Наглец! — она вся тряслась от злости. — Да как ты можешь со мной так обращаться?!

Лицо у неё раскраснелось, глаза были полные слёз, она тряслась и с трудом дышала, ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх