Операция «Фантом». Часть 3: Женщина на корабле

  1. Операция «Фантом». Часть 1: Начало
  2. Операция «Фантом». Часть 2: Штиль на море и буря в постели
  3. Операция «Фантом». Часть 3: Женщина на корабле
  4. Операция Фантом. Часть 4: Сексуальный талант

Страница: 1 из 3

Зоя Николаевна сегодня решила устроить себе выходной, чтобы полнее осмыслить ту ситуацию, которая невольно сложилась вокруг красивой, умной женщины, к тому же и единственной на боевом корабле. Недаром среди военных моряков ходит пословица: «Женщина на корабле — быть беде». Правда, возникшая ситуация пока еще не предвещала беды. С ней путались в постели пока только двое: командир корабля коротышка Жаков, ее земляк, друг детства с Вологодской деревеньки, и стройный красавец, дамский сердцеед и угодник, начхим эсминца старший лейтенант Веселовский. Правда, у этого мужское естество было поменьше, но это совсем не означало, что с ним этой страстной женщине было в кровати хуже, чем с Жаковым. Сашек — пастушок не любил долго разводить «амуры» с голой женщиной, покусывающей его член. Он просто заваливал ее на спину и мощным ударом, словно кием на бильярдном столе, загонял свой шар на самое дно ее глубокой «лузы». Далее он драл ее, как сидорову козу, не обращая никакого внимания на то, как его мощные усилия воспринимает партнерша, так как ласку в постели со стороны мужика он не признавал, называя ее прихотью импотентов.

Молодой Веселовский был прямой противоположностью Жакову. Он любил умасливать женщин, ласкал, целовал и отсасывал у них «конденсат», доводя до бешеного оргазма. И только тогда, когда самому было уже невмочь далее растягивать удовольствие, Александр медленно, будто нехотя, вставлял свой член в желанную щель, чем доставлял партнерше огромное наслаждение. В его практике еще не было случаев, чтобы красотка, побывавшая единожды в его постели, не захотела нырнуть туда вновь. Это сразу заметила и на себе прочувствовала опытная в постельных делах Зоя Николаевна. Мысль о том, что скоро истечет срок ее пребывания на корабле, и она навсегда потеряет такого культурного, пылкого и нежного любовника, пугала ее, так быстро привыкшей к этому красивому молодому человеку, пожирающего ее фигуру жадными, ненасытными глазами. Кроме того, ей было жаль расставаться с ним и по другой причине. Она уже имела теоретическое обоснование на открытие на ее кафедре химической лаборатории и подыскивала хорошего химика на должность начальника ее. Некоторые из ее сотрудников прозрачно намекали на согласие возглавить этот важный участок в ее работе, но что-то все время сдерживало ученую дать кому-нибудь из них положительный ответ. Она чего-то ждала, интуитивно чувствуя, что тут должен быть не только хороший администратор, но и отличный специалист-химик с военным уклоном. И вот он, этот специалист, трубит на каком-то небольшом корабле, явно гробя свои отличные познания в химии на заботу о матросах, дежурство на мостике в роли вахтенного офицера, выслушивая от крутого командира корабля упреки, а порой и матерные «зуботычины». Кроме того, чтобы добиться открытия лаборатории наверняка, ее теоретические обоснования не мешало бы подтвердить практикой, за чем она и приехала на флот с программой проведения своих исследований.

«Нет! Не быть тому, чтобы тут пропадал его химический талант. Я сделаю все, чтобы выдернуть Александра к себе» — думала профессор, следя, как тот аккуратно обсчитывает очередную пробу забортной воды на дозиметрической установке и наносит данные на специальный график.

... До окончания работ на корабле у Зои Николаевны оставалась неделя. Она уже успела настрочить на имя декана института длинное послание о достигнутых результатах, не забыв отметить и роль Александра в своей работе.

В день завершения работ офицеры корабля упросили командира организовать в кают-компании торжественные проводы ученой. Стол, как всегда, манил к себе красной икрой, отбивными, салатом «Оливье», коньяком (для командира и высокой гостьи), и шилом, разукрашенным черничным варением под сок для остальных офицеров. Был тут и напиток «Богов» (для самых выдающихся выпивох) под древним названием «Кровавая Мэри». Для непосвященных подскажу: спирт, разбавленный томатным соком.

... За столом было шумно, весело. Тосты в честь очаровательной гостьи сыпались, как из рога изобилия. Зоя Николаевна в благодарность гостеприимным хозяевам сыграла на пианино несколько современных песенок, аккомпанируя все тому же Веселовскому, который, оправдывая свою фамилию, их неплохо спел. В перерывах все выходили на верхнюю палубу, покурить и полюбоваться на полнолунный диск хозяйки ночного неба.

Эсминец стоял на якоре, готовясь к возвращению в базу. В кают-компании продолжилось веселье, но уже в более узком кругу: командир, старпом, зам по воспитательной работе, Веселовский и многоуважаемая гостья. Они обменивались впечатлениями, посмеивались над ошибками командира субмарины, который несколько раз был засечен акустиком эсминца, не подозревающим, что тот просто играл с ним в поддавки в угоду красавице-профессорше. Но это уже был пройденный этап. Офицеры пили «Кровавую Мэри», Зоя Николаевна ела торт, испеченный коком в ее честь, запивая его чаем, поглядывая с некоторой опаской на земляка, который в эти минуты думал о том, как бы быстрее забраться к Зойке на последнюю ночь в постель, а Веселовский — как воспрепятствовать этому. Поэтому он ушел раньше всех, пояснив, что есть еще недоработанный материал, который ждет завершения. Жаков довольно кивнул и повернулся к гостье.

 — Каково же ваше итоговое впечатление о нашем походе, дорогая Зоя Николаевна?

 — Все было, как говорят на флоте «Тип-топ», — улыбнулась она, одарив его мягкой улыбкой.

 — Мы рады, что познакомились с вами и помогли в вашем трудном поиске истины в морской пучине, — отпустил «леща» в адрес ученой неунывающий заместитель по воспитанию личного состава, среди которых по последнему отчету не было грубых нарушителей воинской дисциплины.

 — Да. С такой женщиной ни один тайфун не страшен, — подлил масла в огонь «костра» старший помощник командира, вопросительно глянув на «Батю», который слегка зевнул, прикрыв ладонью рот.

... Они еще посудачили о том, о сем, допили спирт и стали прощаться с гостьей.

 — На правах хозяина, я проведу вас, — сказал Зое Жаков... , одобрительно посмотрев в след уходящим офицерам.

... В каюте было темно, только узкий свет луны через иллюминатор слегка серебрил свою дорожку по направлению к кровати, задернутой голубоватой занавесью. Жаков подошел к ней, обнял за талию, она покорно положила обе руки на его плечи.

 — Ты довольна, радость моя? — спросил он, целуя ее в дрогнувшие губы.

 — Конечно, Сашек — пастушок...

 — Слушай! Когда ты из пастухов исключишь меня?! — недовольно спросил он.

 — Когда ты еще немного подрастешь и хотя бы сравняешься со мной, — хохотнула озорница и стала расстегивать на нем тужурку.

 — Ну, а если серьезно?

 — Когда на твоем погоне звезда капитана третьего ранга станет хотя бы контр-адмиральской, — хихикнула она, помогая ему снять брюки.

Они разделись догола. Он хотел было включить настольную лампу, но она остановила его.

 — Ты что? — спросил он.

 — Не включай...

 — Почему?

 — Так романтичнее...

 — Не знал я, что в твоей душе живет романтик.

 — Ты, конечно, не из тех, кто прятал под подушку «Бегущую по волнам»...

 — А зачем ее прятать? Она сама уже здесь, — вдруг негромко, но внятно раздалось из — за занавеси, задернутой перед кроватью.

Любовники застыли, словно пораженные громом. Жакова удивить было трудно, но чтобы в адмиральском салоне в такое время оказался третий казалось сверх — естественным. Он осторожно щелкнул выключателем, отдернул занавес, перед ним предстал в позе «лотоса», сидящий на кровати голый Веселовский.

 — Как вы здесь оказались?! — вскипел Жаков, подступая к сопернику.

 — А вы как? — ухмыльнулся тот, протягивая командиру полотенце ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх