Рабыня поневоле. Часть 2: Ты моя сучка

  1. Рабыня поневоле. Часть 1: Попалась
  2. Рабыня поневоле. Часть 2: Ты моя сучка

Страница: 5 из 12

— пришло на ум Вике.

Она была не особо сильна в мате. Родители, школьные друзья и даже универовские девушки редко употребляли крепкие выражения при ней, потому Виктория говорила первое, что придет в голову.

А мужчина между ее ног умело дарил Вике наслаждение, заставляя ее протяжно постанывать. Он никуда не спешил. Лизал медленно и нежно, играя языком с клитором, проходя по каждой складочке половых губок. И каждое движение его языка Виктория ощущала в полной мере.

Сознание заволакивало нежной дымкой. Виктория не могла думать ни о чем, кроме языка между ее ног. Все ее мысли колебались от «Не прекращай!» до «трахни меня уже!». А Оксана висела над ухом и требовала все новых и новых слов.

Виктория уже исчерпала свой словарный запас, уже назвала себя даже и блядью и подстилкой, а Оксана все не унималась, подглаживая ее грудь и теребя соски своими пальчиками.

Вика не знала, чего от нее хотят. Сквозь пелену наслаждения отчетливо пробивался стыд от этого самоунижения. Но стыд оставался где-то на самой грани, толком не пробиваясь на поверхность и не мешая Виктории получать удовольствие.

Возбуждение давным-давно перешло в оргазм, оргазм сменился желанием, а желание — открытой похотью. Виктория потихоньку потеряла себя, выпустив на волю ту дремлющую в себе сущность, что хотела только одного — жить в свое удовольствие. И сейчас это удовольствие лилось через край.

А потому девушка была очень разочарована, когда мужчина отстранился. Виктория недовольно замычала, что не прошло незамеченным.

 — Хочешь ее ротик? — раздался голос Оксаны. — Сейчас устроим. Ей, шалавушка малолетняя, я хочу чтобы ты попросила трахнуть тебя в рот!

Внутри у Вики родился протест, но он тут же сгинул где-то в глубинах сознания. На поверхности пульсировала единственная мысль — «Что угодно, лишь бы трахнуться!»

 — Трахните меня в рот! — громко и отчетливо сказала она.

И почти сразу же почувствовала, как набухший член ткнулся ей в губы.

Вика с готовностью впустила его внутрь и, сомкнув губы позади головки, начала неистово облизывать языком то, что находилось внутри ее ротика, даже не пытаясь пока что насадиться поглубже.

Девушка орудовала языком с такой скоростью и силой, что не прошло и десяти секунд, как мужчина удовлетворенно застонал и протолкнул член чуть глубже.

Виктория поняла намек и начала сосать, двигая головой туда-сюда на несколько сантиметров, не желая выпускать головку из своего ротика.

Мир для нее поплыл, сузившись до «здесь и сейчас». Виктория не чувствовала, есть Оксана где-то поблизости или нет. Сейчас девушке было до лампочки. Оксана совершенно не волновала Вику, все ее попытки унизить девушку казались забавными и отступили на второй план, сменившись похотливым настроем.

Виктория целиком сосредоточилась на члене, который прямо таки стремился в ее ротик. И девушка не возражала. Ей даже нравилась та ситуация, в которой она оказалась — тело изнывало от желания, а рядом был тот, кто сумеет его удовлетворить.

Сколько это уже продолжалось? Пять минут? Десять? Вика чувствовала, что ее губы начинают неметь, а язык порядком подустал. Вероятно, это почувствовал и мужчина, потому что вскоре его член подался назад и покинул владения Виктории.

Самым краем уха девушка услышала торопливый шепот. Потом цокнули каблуки.

 — Хочешь чтобы он выебал тебя? — шепнула Оксана в самое ухо Виктории.

Ее дыхание обжигало, мочкой уха Вика чувствовала чуть приоткрытые губы Оксаны и это заводило, придавало новых сил девушке. А потому Виктория кивнула вместо ответа.

 — Тогда попроси его кончить на тебя! Твой ротик доставил ему много радости, так доведи дело до конца! — голос Оксаны дрожал от возбуждения, каждая интонация выдавала страсть и похоть, владевшие девушкой.

И Виктория не колебалась. Она уже давно перешла грань приличий и хоть владевшее ей возбуждение начало ослабевать, разум цеплялся за уходящую похоть и прятался за ней, не желая участвовать в происходящем.

 — Обкончайте меня! — громко и требовательно произнесла Виктория и со стоном добавила: — Пожалуйста...

Мужчина подошел и Вика услышала, как он неистово наяривает свой агрегат неподалеку от лица девушки. Но ей было уже все равно — Виктория понимала, что отступать сейчас некуда. Либо притвориться блудливой шлюшкой и идти до конца, либо начать капризничать и получить еще одну дозу приключений на свою задницу.

Виктория почувствовала, как струя ударила ей чуть повыше груди и разлетелась по телу мелкими каплями, в миг заляпав бедра и лицо. Вслед за первой струей пришла вторая, попав чуть ниже, потом третья и четвертая, окончательно заливая ее грудь и живот ароматной вязкой смесью, опьяняющей Викторию с каждым вдохом.

Прошла минута или две, Вика тяжело дышала и уже почти пришла в себя — возбуждение отступило и все недавние события, все ее слова все отчетливее проступали в памяти. Виктория весьма запоздало испытала лютый стыд.

Но даже сейчас, сидя с завязанным глазами на мягком кресле, покрытая свежей спермой, в голову настойчиво лезла одна и та же мысль — сейчас Виктория чувствовала себя гораздо более низко и мерзко, чем когда ее показали половине города. Вике было стыдно не столько от тех событий, через которые пропихнула ее Оксана, а от того, что все это время Виктория получала неистовое наслаждение и телом и душой.

Оксана отвязала Викторию через несколько минут. От мужчины не осталось и следа. А Оксана, кинув Вике ее одежду, быстро вывела ее из квартиры, даже не дав умыться, и отвезла домой, легко поцеловав ее в губы на прощанье.

И именно этот поцелуй стал последней точкой. Закрыв за собой дверь и пройдя на кухню, Виктория ошарашено уселась на стул и долго сидела без единого движения, пытаясь разобраться в себе и своих чувствах.

Едва проснувшись следующим утром, Виктория обнаружила на телефоне сообщение от Оксаны, посланное глубокой ночью:"Пойдешь в универ с членом между ног. Заскочу позже.»

Делать было нечего.

И все бы ничего, но каждое движение ног напоминало Виктории, о том какой развратной она стала. Еще две недели назад ей бы и в голову не пришло идти куда-либо без нижнего белья. А теперь это даже доставляло ей удовольствие.

Вот только на сей раз с каждым шагом перед мысленным взором Вики всплывали весьма возбуждающие картины одна пошлее другой. Ей вспоминалась кафе, где Оксана грубо ласкала Викторию под столом. Вспоминалось, как девушка удовлетворяла себя на переднем сидении автомобиля. Вспоминалась фотосессия, после которой Виктория еще долго чувствовала себя навеселе, ощущая себя красивой и желанной.

И над всеми этими воспоминаниями витал стыд и разочарование в самой себе. Виктория не могла понять, почему она раз за разом подчиняется Оксане. Вроде бы так просто было сказать «нет», но раз за разом Вика так или иначе говорила «да». Постоянные угрозы Оксаны? Да, они играли свою роль. Стоило Виктории представить себе последствия наказаний Оксаны, которые она обещала, как девушка тут же склонялась к мысли, что уж лучше быть пай-девочкой.

Но было и что-то еще. Некое чувство внутреннего протеста. Против чего? Да против всего. Против самих устоев общества, которые заставляли юных девушек испытывать стыд при мысли о том, чтобы прогуляться без трусиков по улицам города. Против правил приличия, запрещавших то одно то другое, то и дело встающих на пути удовольствия.

Виктория старалась быть честной хотя бы с самой собой. И понимала, что она подчиняется Оксане уже не только из-за угроз. Ей уже и самой хотелось подчиняться. Не только из любопытства, чтобы посмотреть что будет дальше. А чтобы плюнуть в лицо обществу, отринуть социальные условности, переступить через себя и хотя бы попробовать жить так, как ей хочется, а не как того хотят от нее.

И потому Вика безропотно вставила себе между ног член, натянула ...  Читать дальше →

Показать комментарии (24)

Последние рассказы автора

наверх