Невероятные похождения моих гениталий. Сезон 2

  1. Невероятные похождения моих гениталий. Сезон 1
  2. Невероятные похождения моих гениталий. Сезон 2
  3. Невероятные похождения моих гениталий. Сезон 3

Страница: 10 из 14

Звонок в дверь.

 — Кто? — бросила Ксеня.

 — Свои, — ответил я.

Она неуверенно щелкнула замком и приоткрыла металлическую дверь.

 — Что тебе надо? — окинула она меня испытующим взглядом. — Ты, я полагаю, к Дашке? Она не хочет тебя видеть...

 — Плевать! — не дослушал ее я и ворвался в квартиру. Ксеня пыталась препятствовать. Я опустил взгляд на ее старенькую, слегка дырявую футболку. Туда, где приподнятые бюстгалтером томились груди. Облизнулся от приятных воспоминаний. Ксеня шарахнулась от меня. Вероятно, мое выражение показалось ей маниакальным. — То-то же!

Я стремительно миновал коридор, вошел в Ксенину комнату: на кровати, на которой несколько недель назад мы славно провели ночь, сидел ее парень. Я бросил ему «Привет, как дела?». На самом деле он был славным. Учился на бюджетке. Предстоял выпускной курс, после которого он намеревался продолжить работать по специальности и сделать Ксене предложение. В общем, у него были самые что ни наесть серьезные планы. К тому же, чувство юмора, язык без костей, математический склад ума — не понимаю, почему мы с ним так и не нашли точки соприкосновения. Дальше я перевел взор в сторону телевизора и небольшого кресла перед ним, в котором сидела Дашка.

 — Дашка, я ему сказала, что ты против, но он... — вбежала с криками Ксеня.

Дашка подняла на меня свой гневный взгляд, да не просто гневный, а буквально испепеляющий. Хотела что-то сказать. Даже стремительно подорвалась из кресла. На ней был махровый халатик, тапочки-собачки. Я, не меняя темпа, двинулся к ней. Она явно имела, что сказать, но не успела. Я подхватил ее, бросил на плечо и потащил в ее комнату. Дашка брыкалась, начала что-то выкрикивать. Что-то типа: «поставь меня на место, ублюдок», «убери свои грязные руки, сволочь», «я тебя видеть не хочу, гад», «отстань, иди к своей девке, бабник» и т. д. Но я не из тех, кто поворачивает назад и ставит девушку на землю. Да я не такой! Вместо этого я публично — мы еще не вошли в ее комнату — смачно шлепнул ее по этой похотливой заднице. Она вскрикнула от боли, но ни Ксеня, ни ее Витя не осмелились меня остановить. Дверь захлопнулась.

Я бросил ее на кровать, не теряя времени даром, снимая трико. Дашка взлетела, набросилась на меня с тумаками:

 — Не смей, запомнил, не смей никогда трогать меня своими грязными лапами! — я стерпел одну пощечину, вторую, но третью — это уже перебор. Я поймал ее за запястье. Чиркнул ее по лицо второй ладошкой и толкнул по направлению кровати. Она приземлилась на бок. Потерла больную щеку:

 — Ты меня ударил? — шептала она, сама пытаясь осмыслить произошедшее. Она вновь поднялась на ноги. — Да как ты смеешь? — ее тихий маниакальный голос перешел на крик. Она собиралась вновь махать руками, но не тут-то было.

Я схватил ее за плечи, резко развернул и вновь толкнул вперед. На этот раз она устояла, упершись руками в кровать. Я запахнул ее халат. Там меня дожидались недавние знакомые черные трусики. Я подцепил их пальцами и рванул на себя. Треснула ткань. Обрывки спустились по ее ноге на пол. Я вытащил из трусов агрегат и грубо вставил между ее ног. Приглушенный стон сорвался с ее губ. Я вошел в нее вновь. Стон постепенно разрастался. Обидчивый тихий тон сменялся жадным похотливым. Слезы отчаяния на ее глазах превращались в слезы восторга. Я грубо вцепился пальцами в ее ягодицы. Встал поудобнее. Начал буквально насаживать ее лоно на свою елду. Движения были четкими. Она не могла шевелиться — полностью отдалась во власть моих ручищ. Темп ускорялся. Ее ягодки горели. Я добавил жара еще парой шлепков. Поршень долбил ее с огромным энтузиазмом. Он давненько так долго не обходился без секса. А еще эта Алина! Берет и совращает его. То стоит к нему спиной в одних черных трусиках, соблазняя его фантазию. То и вовсе нагишом, якобы не успела одеться. Все это сказки! На самом деле, чувствовал я, у нее давненько созрел коварный план помучить моего жеребца. И он увенчался успехом. Но больше скакун терпеть не мог. Хватит! Да пусть услышит она: ХВА-ТИТ! Мустанг вырвался на свободу. Да здравствует прерия! Полагаю, умей «скакуны» думать, мой бы трахал Дашку исключительно с такими мыслями.

Между тем, упившись ее соками, он норовил напоить ее своими. Я еще жестче схватился в ее талию. Дашка завелась мучительными криками. И вдруг наживка сорвалась. Я вставил ей как никогда глубоко, когда первая порция спермы полетела навстречу ее матке. Затем я вытащил бойца, похлопал им по ее ягодицам и вогнал вновь. Как следует, отжал. Молочная субстанция окропила ее губы, ляжки, ягодки. Однако мой хрен не желал сдаваться. Он все так же находился в боевом положении. Дашка рухнула на кровать и вполоборота таращилась на меня возмущенным взглядом, мол, и это все? Я приземлился рядом с ней.

 — Ты довольна? — спросил, отдышавшись, я.

 — Ты что охренел?! — наконец вербализовала она свои мысли. — И это все, что ты можешь мне предложить?! Сам кончил, а мне хрен?!

Я попытался ее успокоить, но хрена с два. Она продолжала наезжать на меня, пока мы вновь с ней не сцепились. Мы немного поборолись на кровати, и когда она оказалась сверху, я вынужден был сдаться. Она склонилась над моим воином и поцеловала его. Сначала коснулась губами, затем провела языком, а потом и проглотила. Какой боец после такого не захочет снова?! Ну разве что лентяй. Мой таковым не был.

Дашка села на него и поскакала. Если прежде секс-игрушкой была она, то теперь секс-станком ощущал себя я. Холодный корыстный расчет. Сначала трахал ее я, теперь она трахает меня. Кровать заскрипела, как в былые времена. Я пытался перевернуться, но Дашка твердо решила, что не сменит позу, пока не получит желаемого. Она наседала под разными углами, вращала тазом — чего она только не делала! В конечном итоге я взял верх. Резко схватив ее, я подался в сторону и мы свалились на пол. Дашка брыкалась, отбивалась, но хват был стальным. Я прижал ее к полу, раздвинул на максимум ноги и прошептал маниакальным голосом: «Ты готова, сучка?!» Карусель завертелась по новой...

Так продолжалось добрых полчаса, пока два бренных потных тела не рухнули на скомканные простыни. В комнате вдруг стало тихо. Дашка прекратила свои крики со стонами. Наши органы перестали издавать шлепки. Кровать замолкла. Теперь тишину нарушали наши глубокие вздохи. За время, пока мы сношались, как перевозбудившиеся кролики, в комнате был наведен страшный бардак. На полу валялись вещи, книги, были уронены два стула. Парочка за дверью, вероятно, решила, что мы свихнулись. И все же до сих пор никто не заглядывал. Вдруг раздался стук в дверь.

 — Нет, — крикнула Дашка.

 — Да, — крикнул я.

Мой крик оказался громче. Дверь отворилась. Дашка, торопясь, накинула на свое нагое тело махровый халат — накинула лишь на свои достопримечательности. Я же лежал раскрытым: все на виду. В проеме показалась голова Ксени.

 — У вас все в порядке. Мы решили, что вы поубивали друг друга... Ой! — она, окинув взором комнату, наткнулась на нас. В итоге ее взгляд остановился на том, что я не постеснялся скрыть.

 — Да все отлично, — ответил я, — хочешь присоединиться?

Дашка толкнула меня локтем в грудь, но Ксеня уже закрыла дверь с той стороны.

 — Ты, что, еще и мою сестру совратить хочешь? — Дашка лукаво уставилась на меня.

 — Уже нет, — ответил я.

 — Что это значит: уже?

 — Ну как тебе сказать... — в общем, я рассказал Дашке, как однажды я забрался в комнату и в итоге петтинг-игры раздвинул той ножки. Пока я повествовал, Дашка вновь возбудилась, хоть и называла меня и сволочью, и уродом, и бабником, и другими подобными словечками. Она начала вновь лапать мой инструмент. Да все чаще и чаще....  Читать дальше →

Показать комментарии (9)

Последние рассказы автора

наверх